Serjio

Администраторы
  • Число публикаций

    2 674
  • Регистрация

  • Последнее посещение

  • Дней в топе

    281

Serjio последний раз побеждал 19 Июня

Serjio - автор самых популярных публикаций!

Репутация

1 225 самый лучший

О Serjio

  • Звание
    Редактор
  • День рождения 13.11.1970

Контакты

  • Сайт
    http://www.socionavtika.narod.ru
  • ICQ
    0
  • Skype
    Serjio498

Информация

  • Пол
    Мужчина
  • Город
    Белгород
  • Интересы
    Социология, религия, человек.

    IstinaResearcherID (IRID): 22878271

    РИНЦ ID: 250950

    http://forel.idn.org.rs/slebedev-bio.html


    Дизайн заставки - Константин Битюгин (2000)

Недавние посетители профиля

  1. Вика, с Днём Вас Рождения! Маму поздравляйте!

    1. Виктория

      Виктория

      Спасибо! Обязательно!))))

  2. От всей души поздравляем с Днём Рождения и с защитой диплома юную надежду российской социологии религии - Викторию Склярову! Здоровья, любви, успехов в науке и жизни!!!
  3. От всей души поздравляем с Днём Рождения Ксению Павловну Трофимову! "Меж лучших жребиев земли да будет жребий Ваш прекрасен!"
  4. „Социал-традиция“ Александра Щипкова Книжный ряд / Новейшая история / Избранные места Щипков Александр А.В. Щипков. Социал-традиция Монография М. АСТ ПРЕСС КНИГА 2017 320 с. 14 июня в МИА «Россия сегодня» будет представлена новая книга постоянного автора «Литературной газеты», известного русского политического философа Александра Щипкова. Называется «Социал-традиция». Это неологизм, придуманный автором и отвечающий его представлениям о современном политическом процессе. Книга писалась в течение нескольких лет и отражает пристальный взгляд автора на бурные события последнего времени. Здесь и атаки на Церковь и верующих со стороны представителей «актуального искусства», и возвращение Крыма на историческую родину, и судьба «больших» идеологий в ХIХ веке, и русский холокост под названием «плаха», и феномен Бронзового века и аксиомодерна в русской культуре. Впрочем, это собрание пёстрых глав скреплено жёстким концептуальным каркасом. В центре книги – тема возвращения традиционализма и его новой, не правой, этнокультурной, а левой – социальной трактовки. Автор показывает традицию не как набор неких общественных институтов или идеалов прошлого, а как механизм социокультурной трансляции и преемственности. Щипков утверждает, что будущее России и той части мира, которая выберет социальный, а не привычный этнокультурный традиционализм, неизбежно будет связана с построением новой модели общества, основанной одновременно на идее социальной справедливости и на приверженности традиционным ценностям. Выдвинутая автором идея социал-традиционализма явно претендует на участие в формировании новой идеологии и преодолении существующего сегодня состояния идеологического вакуума. «Социал-традиция» – это яркий, целостный, глубокий и понятный рядовому читателю анализ жизни современного общества. Щипков пишет о переоценке роли традиции в жизни современного человека. В идейном багаже автора можно отыскать ряд отсылок к евангельской традиции социального христианства, к наследию Иоанна Златоуста и его школы, к манифестам и деятельности русского подпольного социал-христианского движения, а также к широкому набору идей современной философской и политической мысли: от движения «радикальной ортодоксии» до школы мир-системного анализа. Соединение левых и правых идей, одновременно противостоящих сегодня неолиберальным догмам, по мысли автора, приведёт к перестройке существующей социальной модели и изменит привычную, но уже не актуальную политическую шкалу. Социальный традиционализм займёт место центристской идеологии в рамках нового политического спектра, требующего новой понятийной разметки. В перспективе – возникновение социал-традиционалистской модели «большого общества», характеризующегося взаимной ответственностью его членов и договором поколений. В жанровом отношении книга является научно-популярной или, как теперь принято говорить, тяготеет к научной беллетристике. Но это отнюдь не отменяет серьёзного аналитического подхода к рассматриваемым проблемам. Выбор жанра обязывает автора избегать крайностей – не «пересушить» текст и вместе с тем не фамильярничать с читателем, заставлять его усиленно думать и выдвигать собственные выводы о происходящем. То есть автору необходимо было пройти между Сциллой академического «форматного» подхода и Харибдой легковесного сочинительства. И это Александру Щипкову блестяще удалось. Предлагаем вниманию читателей Пролог к книге «Социал-традиция». Какое будущее ожидает Россию и весь мир? Пролог «Социал-традиция» – плод четырёхлетних размышлений. Работа над книгой начиналась в тяжёлое время. К 2012 году окончательно канула в прошлое так называемая эпоха нефтяного профицита, погрузившая Россию в состояние временного наркоза. Наркоз стал отходить – и развороченное выжженное нутро начало болеть. В это время заметно усиливалось давление на общество. Всё, что хоть как-то соотносилось с национальными или просто нерыночными ценностями, выпалывалось из сознания людей, изгонялось из медийной повестки. Шли провокации. На Болотной площади была предпринята попытка ультраправого переворота. Общество умело раскалывали. Людям навязывали чувство коллективной вины за «совок» и «тоталитарность», обвиняли ветеранов войны в фашизме и участии в заградотрядах. «Актуальные художники» наносили удары по Церкви, стремясь поссорить её со светской частью общества. В интеллигентской среде распространялся институт рукопожатности – форма дискриминации инакомыслящих. Тогда был особенно ощутим идеологический пресс, под которым мы на самом деле находимся много лет. Хотя 13-я статья Конституции уверенно утверждает, что в стране нет единой идеологии, людям навязывался жёсткий неолиберальный образ мысли. Стало понятно, что и история России, и сам язык, на котором говорит общество, – всё это нуждается в кардинальном переосмыслении, что необходимо отказаться от мифов о безбрежных «естественных» правах, об абстрактном и никогда не существовавшем «общечеловеке», – заменив всё это обычными христианскими истинами и реальными людьми из души, плоти и крови. Теми, которые горели в танках, молились в храмах, писали прекрасную музыку и сохранили нам нашу страну и нас самих. Это была мысль о народе. Но народ является коллективным субъектом – носителем уникальной традиции. И без нормального функционирования традиции, без передачи социокультурного опыта невозможны ни прогресс, ни модернизация, ни реальная, а не процедурно-имитационная демократия. Сразу же возник вопрос о том, почему для русской традиции так важны идеи равенства и братства, хотя на бывшем «западе» эти два слова давно стёрли со знамени либеральной революции, оставив лишь свободу, которая превратилась в ничего не значащий ярлык. И другой вопрос: отчего в России традиция так часто прерывалась, а опыт народа – обнулялся? Почему русский народ оказался разделён на части, а куски его территории – отторгнуты? Почему факты массового уничтожения людей, если только они совершены не коммунистической властью, выводятся из публичного обсуждения и осуждения? Почему у страны нет права на свободную эмиссию национальной валюты и на серьёзные рублёвые кредиты, а за национальные чувства приходится оправдываться? Почему 15% населения привыкают считать «быдлом» остальные 85%, и кто их этому учит? Чтобы всё это понять, требовалось изучить историческую систему отношений колониальной зависимости, применив разные подходы – от миросистемного до цивилизационного. Постепенно я пришёл к выводу о том, что история ХХ века в России искусственно разделена на две части – большую (1914–2014) и малую (1917–1991), причём малая не только заслоняет, но почти вытесняет большую. На самом деле разрыв традиции был подготовлен именно 1914 годом – началом геноцида носителей русской идентичности в лице русин. А ведь это 250 тысяч уничтоженных, четверть миллиона. Знают ли школьники Талергоф и Терезин так же хорошо, как Освенцим и Бухенвальд, а если нет, то почему? Также очень хотелось бы понять, почему нацизм, как будто побеждённый в 1945 году, откровенно реабилитирован в 2014-м. Эти вопросы встали особенно настоятельно после того как русское национальное движение на Украине было потоплено в крови, а пепел одесской Хатыни вызвал ликование в среде бывшей либеральной интеллигенции. Бывшей – потому что с этого момента выражение «либеральная интеллигенция» превратилось в оксюморон для всякого человека с принципами и живой совестью. Шли месяцы, продолжалась работа над книгой, и у меня менялось ощущение от собственного текста. В 2012 году мне казалось, что я работаю не на самое близкое будущее, а готовлю предмет для размышлений, которые будут уместны лет через десять. В 2014 году выяснилось, что время сильно обогнало и меня, и моих единомышленников, социал-традиционалистов. Оно пошло в галоп, и некоторые места текста устаревали на глазах и отставали от текущих событий. Какие там десять лет! Как бы не опоздать, думал я. К 2015 году ситуация в стране и мире зависла в точке неустойчивого и тревож­ного равновесия. Для кого-то наступила новая весна народов, в нашем случае – русская весна в Крыму. А кто-то так и не получил признания своей русскости, воли к национальному освобождению и противостояния фашизму. Такое было впечатление, что разные эпохи просочились одна в другую или сплелись в прихотливый узор на ковре истории. Пришло время для более глубокого анализа и для более широких сопоставлений. Теперь никто никого не обгонял: моя работа и внешние события двигались примерно с одинаковой скоростью. Чего бы я хотел от собственной книги, на какой эффект от неё рассчитываю? Прежде всего на избавление моих соотечественников от многих вредных иллюзий. Мы привыкли к тому, что выражение «жить в интересное время» не сулит нам ничего хорошего. Это результат исторических разрывов, которые имели место в русской жизни. Особенно двух последних – 1917 и 1991 годов. В обоих случаях русское общество несло невосполнимые потери. Нажитый десятилетиями и веками коллективный опыт таял на глазах, и люди чувствовали себя словно на ледяном ветру – время совершало крутой поворот. Вероятность ещё одной подобной катастрофы существует и сегодня. Но исход отнюдь не предопределён. Да и цена вопроса объективно несколько иная. Теперь решается судьба не только России, но и всего мира. Мы вместе стоим на исторической развилке. Либо опыт многих поколений будет сметён и раздавлен, что приведёт уже не к «восстанию масс», как в ХХ веке, а к регрессу и отползанию в пещерное прошлое. Либо человечество сможет вырулить на торную дорогу истории, с которой его грубо столкнули несколько веков назад. Происходящее в мире сегодня – это кризис. Но, как известно, кризис по-гречески означает «суд». И этот момент истины, момент обнажения смысла времени есть величайшая ценность, которая будет адекватно оценена только нашими потомками. В основном об этом написана данная книга. Теги: Александр Щипков , Социал-традиция http://lgz.ru/article/-22-6600-7-06-2017/sotsial-traditsiya-aleksandra-shchipkova/
  5. © Григорий Сысоев/РИА "Новости" Сергей Глазьев считает, что главе государства нужна реалистичная экономическая программа Какое предложение Россия должна сделать Дональду Трампу, кому выгоден блокчейн, как заменить спекулятивные инвестиции на долгосрочные и почему у Москвы нет доверия к Пекину — советник президента России и академик РАН Сергей Глазьев в интервью «Газете.Ru» подводит итоги ПМЭФ-2017. - Что «зацепило» в выступлении Владимира Путина на форуме? - Президент сделал акцент на цифровой экономике, которая охватывает все больше отраслей и видов деятельности. В свое время, работая председателем комитета по экономической политике Госдумы, я инициировал принятие нескольких законов, необходимых для развития электронной торговли. С тех пор уже миллионы людей пользуются интернетом при покупке товаров. И бизнес, и государство проводят операции в электронной форме, а электронные торги и аукционы стали основной формой госзакупок. Сегодня в повестке дня создание правовых условий для использования в транзакциях - блокчейн - такой технологии, которая сделает хозяйственный оборот прозрачным, обеспечит доверие между партнерами, которого так не хватает нашему бизнесу и государству. Почему это так важно и это «цепляет»? А потому, что цифровые технологии революционизируют и нашу повседневную жизнь: телемедицина, дистанционное образование, умные дома и даже города – вот далеко неполный перечень новых возможностей, открывающихся для каждого гражданина и выравнивающих условия для получения качественных услуг и раскрытия своих возможностей. - Равные возможности - это хорошо, хорошая мечта. Но власти предлагают жить по другой формуле: денег нет, но вы держитесь там, терпите. - Эта фраза премьера свидетельствует о непонимании природы денег. Наши денежные власти не понимают, что современные деньги создаются под долговые обязательства в целях финансирования расширенного воспроизводства экономики. Главной целью денежной политики во всех успешно развивающихся странах является создание условий для максимизации инвестиционной и инновационной активности. При низких сбережениях и доходах населения, неразвитом финансовом рынке эмиссия используется для целевого финансирования инвестиций. Эта политика успешно применяется со второй половины XIX века: Гамильтоном в США, Витте в России, Госбанком в СССР, в послевоенной Японии и Западной Европе, современном Китае, Индии, странах Индокитая. Все страны, совершившие экономическое чудо, использовали крупномасштабную денежную эмиссию для кредитования инвестиций. В настоящее время в целях преодоления структурного кризиса и оживления экономики широкая денежная эмиссия применяется ФРС США и ЕЦБ. Ее основным каналом является финансирование дефицита государственного бюджета с целью обеспечения необходимых расходов на НИОКР, модернизацию инфраструктуры, стимулирование инвестиций в освоение нового технологического уклада. Китай, Индия, страны Индокитая, как ранее послевоенные Европа и Япония, эмитируют деньги под инвестиционные планы экономических агентов в соответствии с централизованно устанавливаемыми приоритетами. - Но противники такой практики пугают ростом цен, скачком инфляции, если включить печатный станок. - Целевая эмиссия денег для кредитования инвестиций в упомянутых странах не приводит к инфляции, так как ее результатом является повышение эффективности производства и расширение объемов выпуска товаров, благодаря чему снижаются издержки, растет предложение товаров и повышается покупательная способность денег. По мере роста объемов и повышения эффективности производства увеличиваются доходы и сбережения населения и частного бизнеса, благодаря чему расширяются частные источники финансирования инвестиций, и значение денежной эмиссии снижается. Но как только частная инвестиционная активность падает, государство ее компенсирует увеличением государственных инвестиций, в том числе за счет эмиссионного финансирования дефицита бюджета и институтов развития. Именно это мы видим сегодня в политике количественного смягчения в США, ЕС и Японии и росте госинвестиций в КНР и Индии. По мере роста монетизации экономики инфляционный фон снизится. В России инфляционный фон относительно высок вследствие неразвитости конкуренции, коррупции регуляторов, технологической отсталости и низкой эффективности, порождающей инфляцию издержек и девальвацию рубля. Ключевой причиной постоянного снижения покупательной способности рубля является проводимая денежная политика: высокие процентные ставки либо перекладываются на цены, либо влекут сокращение кредитования производства, в результате чего растут цены и сокращается предложение товаров. Проводимая в настоящее время политика таргетирования инфляции исходит из примитивного представления о деньгах как о товаре, цена которого определяется равновесием спроса и предложения. Руководствуясь этой логикой, ЦБ пытается снизить инфляцию и повысить цену (покупательную способность) денег путем сокращения их предложения. Это автоматически влечет сжатие кредита, падение инвестиционной и инновационной активности, вследствие чего снижается технический уровень и конкурентоспособность национальной экономики, которое влечет девальвацию валюты и новую волну инфляции. Этот порочный круг монетарной политики мы проходим в очередной, уже четвертый раз с последовательной примитивизацией и нарастающим технологическим отставанием экономики. - Цель ПМЭФ – показать западным политикам, инвесторам и регуляторам возможности России для инвестирования. Но внешнеполитическая повестка форума растворила экономическую. И есть сомнения, что западные инвесторы после форума будут инвестировать активнее. - Если мы хотим привлечь иностранные инвестиции, вначале государству нужно инвестировать самому. Тогда и частные инвесторы, как свои, так и иностранные, поверят в серьезность намерений и вложат свои деньги. Не об этом ли свидетельствует опыт Индии и Китая, опыт послевоенного восстановления Европы и Японии, как впрочем и наш собственный недавний опыт. - Это намек на что? - Я вспоминаю петербургский экономический форум образца 2007 года. Тогда в преддверии мирового финансового кризиса наше руководство пыталось заманить иностранных инвесторов образом России как финансовой гавани, защищенной от внешних штормов. На практике вместо притока инвестиций мы получили бегство капитала, а российская экономика просела больше других. - Образ России – защищенной финансовой гавани, кажется, употребил Алексей Кудрин, тогдашний министр финансов. Он тоже не удержался на плаву, зато активно критикует ваши идеи о смягчении денежно-кредитной политики. - Пусть себе дальше критикует, но инвесторы хорошо видят все изъяны системы регулирования российской экономики, которые делают ее зависимой от колебаний внешней конъюнктуры. При рекордной волатильности рубля, неуправляемости валютно-финансовых потоков, неработающем банковском трансмиссионном механизме трансформации сбережений в инвестиции, неспособности государства выполнить собственные планы, никаких инвестиций, кроме спекулятивных, мы не дождемся. За исключением, конечно, политических инвестиций, которые организует лично президент. - Кстати, о критике со стороны Кудрина, теперь руководителя ЦСР и куратора стратегии социально-экономического развития страны до 2035 года. Он назвал пять опасных, с его точки зрения, экономических заблуждений. На один из выпадов вы фактически сейчас ответили. По поводу «количественного смягчения». Кудрин убежден, что отечественный вариант такой политики ускорит инфляцию и увеличит давление на рубль в результате «выплескивания» дополнительных денег на валютный рынок. - Я бы дополнил свой ответ… Конечно, деньги окажутся на рынке, но они пройдут при этом через рост производства. - По версии Кудрина, мифом является и такая идея: экономический рост можно разогнать, задействовав имеющиеся в стране значительные незагруженные производственные мощности и при помощи, опять же, смягчения денежно-кредитной политики. Ваш оппонент говорит, что тогда возникнет реальная угроза формирования целых кластеров, которые при отрицательной рентабельности станут лоббировать получение дешевых кредитов от ЦБ. То есть финансирование неэффективных отраслей будет осуществляться за счет обременения всех остальных инфляционным налогом. - Во-первых, замечу, что свободных производственных мощностей в России около 40%. Во-вторых, резкое повышение процентной ставки до 17% и ограничение кредита со стороны государственных банков в 2014 году заставило свернуть большую часть инвестиционных программ даже на производствах с высокой рентабельностью. Многие предприятия обанкротились. А банковская система при этом превратилась в механизм выкачивания денег из реального сектора экономики. - Вернемся к инвестфоруму в Питере. Едва ли не половина времени на пленарном заседании форума была посвящена США, не в последнюю очередь, кстати, благодаря усердию модератору и ведущей американского телеканала NBC Мегин Келли. Может ли дойти до импичмента президенту Трампу? - Не сомневался в победе Трампа, после того как определились кандидаты от ведущих партий. Об этом говорила хорошо известная мне закономерность избирательного поведения граждан, недовольных существующим положением дел и желающих его изменить. Но я сомневался в том, удастся ли ему эту победу легализовать. Но, как ни странно, в США демократия еще работает и избирательное законодательство соблюдается. Это значит, что возможен и импичмент. Американская властвующая элита болезненно переживает утрату мировой гегемонии. Она стремится сохранить доминирование военно-политическими средствами, проигрывая конкуренцию в экономике Китаю и другим странам Юго-Восточной Азии, формирующим новый мирохозяйственный уклад. Трамп продолжает идти по тропе гибридной войны, принимая решения об увеличении военных расходов и модернизации ядерных сил. США продолжают оккупацию Украины с целью использования ее населения в качестве пушечного мяса, для развязывания войны против России в Европе. Но у США небольшой политический выбор. Если Вашингтон продолжит мировую гибридную войну, это спровоцирует формирование мощной антивоенной коалиции, которая обрушит американскую финансовую мощь путем дедолларизации евразийского экономического пространства. Это вызовет обрушение американской финансовой системы с катастрофическими экономическими последствиями. Если же руководство США вернется в русло международного права и признает реалии многополярного мира, согласится с нашими принципами международного сотрудничества, то Трампу придется отказаться от увеличения военных расходов, от оккупации Украины, от глобального электронного шпионажа и прекратить мировую гибридную войну. И в том, и в другом случае весьма велика вероятность импичмента действующему президенту - надо же будет найти «козла отпущения». - Игорь Додон, выступая на форуме, пытался убедить, что Молдавия сможет усидеть на двух стульях: проевропейском и российском. Не получим ли вторую Украину? - К счастью, Молдавию сегодня возглавляет волевой и преданный интересам народа человек. Я знаю Додона много лет. Его отличает последовательная позиция служения интересам Молдавии, которые объективно неразрывно связаны с Россией. И на форуме он убедительно показал, что навязанная западными марионетками и коррупционерами ассоциация Молдавии с ЕС обернулась для некогда процветающей в СССР республики экономической катастрофой. Я уверен, что молдавский народ в большинстве своем поддержит линию своего президента на возвращение в единое с Россией и ЕАЭС экономическое пространство. Хотя объективно говоря, реализовать эту линию Додону будет гораздо сложнее, чем мог бы то же самое для Украины сделать Виктор Янукович, у которого было куда больше власти и поддержки большинства работающего населения, неразрывно связанного результатами своего труда и родственными узами с Россией. - Почему так медленно идет разворот России на Восток? Не обманываем ли мы себя, когда думаем, что Китай будет с нами дружить экономически, себе в ущерб? - Чтобы добиться успешного сотрудничества с Китаем, нужно понимать секрет его экономического чуда и использовать эти механизмы. Стержнем всей системы регулирования китайской экономики является стимулирование инвестиционной и инновационной активности. Ключевую роль в этом играет госсектор, основу которого составляют государственная банковская система, генерирующая кредит под индикативные планы роста инвестиций и производства. На это направлена транспортная и энергетическая инфраструктура, развитию которой придается приоритетное значение в государственных планах. А также госкорпорации, концентрирующие ресурсы для разработки и внедрения передовых технологий. Государственные инвестиции являются локомотивом развития китайской экономики. Вслед за их ростом повышаются и частные инвестиции, пользуясь снижением рисков и государственной инфраструктурой. Нет принципиальных проблем в применении апробированных в КНР методов управления экономикой и в России. - Премьер Индии Нарендра Моди дал понять на форуме, что он большой либерал и Индия дружит с Россией больше по инерции. Как считаете, возможен ли на политическом уровне конфликт интересов между Россией и Индией, все больше ориентирующейся на свою бывшую метрополию? - С Индией у нас объективно есть хорошая взаимодополняемость экономик, сочетание конкурентных преимуществ которых позволяет рассчитывать на значительный экономический эффект. - Предстоящие выборы президента - это стимул для реализации новой социально-экономической стратегии (которую готовит Кремль) или скорее преграда? Насколько сейчас благоприятное время для выработки стратегического документа? - Выборы главы государства - это всегда подведение итогов и время ожидания изменений к лучшему. Общество не удовлетворено ситуацией в экономике, которая сильно диссонирует с нашими внешнеполитическими успехами. Президенту очень нужна реалистичная научно обоснованная программа экономического роста. И такая программа есть. Она представлена совместно «Столыпинским клубом», Торгово-промышленной палатой, Академией наук, Московским экономическим форумом. Наша программа позволяет рассчитывать на вывод российской экономики на траекторию устойчивого роста с темпом 5-10% прироста ВВП в год. В современном мире невозможно сочетать мировое лидерство с экономической отсталостью. Тем более невозможно добиваться глобальных успехов при снижающемся уровне жизни населения. Эпоха модернизации за счет снижения уровня жизни народа уже невозможна, это ушло в прошлое. После катастрофических последствий шоковой терапии, которую навязали под лозунгом «надо немного потерпеть, пережить радикальные реформы, чтобы построить высокоэффективную экономику с уровнем жизни как в Америке и Европе», народ в подобное чудо еще раз не поверит, это не прокатит. Люди видят, как беспомощность власти в организации экономического роста сопровождается роскошным образом жизни властвующей элиты, вывозом капиталов за рубеж, рекордными доходами монополистов. Россияне не хотят быть жертвами экономических экспериментов Центрального банка, приводящих к утрате их сбережений в обанкроченных банках, обесценению рублевых доходов и сбережений из-за колебаний курса рубля, а также потере работы из-за отсутствия кредита для нормального воспроизводства. И это происходит на фоне ошеломляющих успехов соседней КНР, которая уже обошла нас по зарплатам, не имея при этом нефтегазовых и прочих природных богатств. Народ понимает, что причина нашего бедственного положения в экономике заключается в ее неэффективном управлении и подозревает, что работает она не в его интересах. http://www.msn.com/ru-ru/money/news/«призывы-потерпеть-больше-не-прокатят»/ar-BBC0mTr?li=AA4WUu&ocid=spartanntp
  6. На Западе раскрыли генетический код русских и вздрогнули Зачем нашу страну пытаются представить мировым злом «по рождению» Светлана Гомзикова Директор Национальной разведки США Джеймс Клэппер (Фото: Ron Sachs/Ron Sachs — CNP/Global Look Press) Почти семьдесят лет назад, 22 мая 1949 года, случился инцидент, подаривший науке психиатрии новый термин — «синдром Форрестола». По имени Джеймса Форрестола, первого министра обороны США, который покончил с собой в военно-морском госпитале с криком «Русские идут!». Говорят, у генерала не все было в порядке с головой — всюду ему мерещились враги, русские шпионы и заговоры. В итоге — запугал себя до смерти… То, что сейчас происходит в Америке и ряде стран Европы очень похоже на эпидемию «синдрома Форрестола». Антироссийская истерия достигла там такого уровня, что волей-неволей начинаешь уже опасаться за душевное здоровье всей западной цивилизации. Россия у них виновата во всем, просто потому, что она есть. Ну, да Бог, как говорится, с ними. Пусть себе сходят с ума от страха или от злости… Однако во всем этом «однообразии чувств» в наш адрес есть один момент, который не может не настораживать. Потому в прошлом веке человечество заплатило за него миллионами жизней. Имеется в виду нацистская расовая теория о «высших» и «низших» расах, с ее псевдонаучной идеей о том, что превосходство одних и неполноценность других обусловлены биологической природой. То есть, есть «генетически правильные» нации, а есть «генетический мусор». На этой «формуле» гитлеровцами была построена гигантская машина смерти по уничтожению целых народов. Евреи, цыгане, славяне — в первую очередь, русские и поляки — подлежали истреблению как «неполноценные», с точки зрения идеологов германского нацизма, расы. В Нюрнберге в ходе трибунала (1945−1946 гг.) над нацистскими преступниками эта человеконенавистническая теория была признана ненаучной и осуждена, как и ее последователи. И вот сегодня мы снова слышим речи о «неправильной генетике». И звучат они исключительно в адрес русских, которые, оказывается, имеют «генетическую наклонность» к обману и лжи. Так считает, например, бывший директор Национальной разведки США Джеймс Клэппер. «Всё, что мы знаем о русских: как они вмешивались в наши выборы, да и вообще то, как привыкли поступать русские, которые почти на генетическом уровне склонны и стремятся к обману, проникновению, ассимиляции, извлечению выгод и всему такому прочему. Так что нам есть от чего быть обеспокоенными», — цитирует выступление американского генерала-отставника в эфире NBC «Русская весна». А известный сенатор Маккейн в интервью австралийцам на днях пугал мир тем, что русские опаснее ИГИЛ *. Что уж тут удивляться, когда власти Украины «генетически ущербными» пытаются изобразить жителей Донбасса, многие из которых, кстати говоря, считают себя тоже русскими. Ученики в патологической русофобии давно даже превзошли своих заокеанских учителей. Можно, конечно, объяснить все это прогрессирующим маразмом или паранойей отдельных персон. Но только ли в этом причина, что из русских сегодня хотят сделать «мировое зло»? Этот и другие вопросы «СП» адресовала генеральному директору Института региональных проблем, политологу Дмитрию Журавлеву: — Во-первых, хотя американская идеология никогда не исходила из генетики, до недавнего времени. Просто потому, что ее основы закладывались в восемнадцатом веке, когда генетики еще не было. Никакой. Даже менделевской. Но тезис «Бог с нами!», он же всегда был. То есть, идея богоизбранности американской нации была всегда. В этом смысле они от Гитлера отличаются только одним — они не использовали для доказательства этого тезиса генетическую теорию. Да, биологической основы они не искали. Но не искали не потому, что они были так принципиально лучше. А потому что были настолько уверены в своем превосходстве, что не считали необходимым его доказывать. Что касается Украины, то ребятам так хочется показать свою особость, что они готовы признать генетическую неполноценность всего человечества, кроме их и американцев. Это — беда. Для молодых стран это вообще очень сложная проблема: как выделить себя? А в условиях военного психоза, она принимает вот такие уродливые формы. Тем более что основой идеологии современной Украины является ОУН-УПА **, деятели которой от Гитлера, в общем-то, далеко не ушли. Почему объектом этого генетического маразма являются именно русские? На Украине — понятно. Самый «страшный враг». Крым — «отобрали». Донбасс — «завоевали». Только почему-то при этом кормим все время «великую украинскую нацию». Тут, кстати, один их обозреватель сказал, что «мы должны применять санкции к России, а Россия не имеет права применять санкции к Украине. Потому что Россия — агрессор, а Украине — нет». Причем это совершенно всерьез — человек не увидел никакой проблемы в своих словах. «СП»: — С Украиной давно все ясно. Но остальные страны, где вроде бы оснований для психоза нет, почему сходят с ума? — Потому что для них мы — другие. Мы белые, но другие. То есть, две причины. Во-первых, то, что мы при внешней похожести даем совершенно другие культурные коды. Это реально пугает всерьез. Вторая причина: мы единственная страна в мире, которая способна нанести Америке неприемлемый военный урон. Эта причина не связана ни с культурой, ни с нацией. Она чисто военная и политическая. И поэтому мы, в принципе, виноваты. Даже если как в «девяностые» будем на всех углах кричать, что «Америка — лучше всех!», «Надо жить, как в Америке!», «Мы сделаем все, чтобы жить как в Америке!». Только если бы мы вели себя как в 90-е годы, то нас боялись бы только генералы. А если мы ведем себя так, как сейчас, и не выдаем привычные для них коды, то нас уже боятся не только генералы. Но практически вся элита. А почему это происходит в форме психоза? Потому что существует явная деградация современных элит. В действительности, это гораздо более серьезный вопрос. Дело в том, что практически с 1945-го года мир для Запада был довольно стабилен. А элиты стабильного времени, это элиты, которые ничего не делали. Потому что элита — это «механизм» по обеспечению стабильности. Если эта стабильность и так существует, то элита перестает работать. И любая структура, которая перестает выполнять свою функцию, начинает деградировать. Потому что если есть функции, то вынуждены привлекать достойных, чтобы эту функцию реализовывать. Когда нет функции, привлекают не достойных, а наиболее удобных. Обычно самые удобные, это идиоты. Вторая сторона той же медали — сама либеральная идеология. «СП»: — В каком смысле? — В том смысле, что либеральная идеология сегодня очень отличается от либерализма девятнадцатого века, когда он был достаточно рациональной теорией. То есть либерализм девятнадцатого века говорит, что человек должен быть свободен от власти — государство не должно ограничивать свободу человека (ну, в каких-то пределах). Нынешний — что человек должен быть свободен от общества. Вот есть я — и больше ничего нет. Если «что-то» есть, это его проблемы, пусть ко мне не лезет. Это «что-то» — будь то вера, семья, общественные отношения, экономика — меня не касается. Есть только мой пупок, я на него сморю, и я — велик. Такая идеологическая основа ничего кроме психиатрических проблем создать не может. Потому что человек реально свободным от общества не бывает. Если он себя таковым считает, то уже врача надо вызывать. То есть нынешняя западная либеральная идеология порождает психоз сама по себе. И наша непохожесть состоит именно в нежелании ее принимать. А это вызывает просто злую истерику. Мы — неверные. Ведь либеральная идеология в нынешнем виде может существовать только как «религия». И если мы ее не принимаем, то и отношение к нам как к людям, верящим неправильно. «СП»: — Мы еретики для них? — Да. А отношение к еретикам, это всегда отношение эмоциональное. Вот они к нам так и относятся. В этом смысле все понятно. Вопрос, что с этим делать? По уму, что делать с больными? Их лечить надо. С этим же не поспоришь. Ведь что такое сумасшедший? Если бы его можно было бы остановить, сказать: «Нет, русские не идут»… Но отвернешься, он все равно что-нибудь с собой сотворит. «СП»: — Но если бы того же Гитлера вовремя остановили, эта зараза не распространилась бы потом на всю Европу… — Это другой вопрос. Сумасшедших надо ограничивать. Если сумасшествие является частным делом, лечат его — и хорошо. А если сумасшествие превращается в форму государственной политики, то получается как раз нацистский Рейх. Если бы Гитлер в частном порядке сидел у себя дома, рассуждал о величии германской нации, это было бы обидно. Но не более того. А вот если это превращается в основание для принятия политических решений, это очень опасно. К счастью, при том, что русофобия является массово распространенным в западном обществе явлением, все-таки и там есть довольно много людей здравомыслящих. Они нас, может быть, и не любят. Но для того, чтобы их нелюбовь к нам превратилась в основу для действия, должны быть все-таки какие-то основания. Ближайший пример, это господин Трамп. За что его так ненавидят? Он — человек со своими недостатками и очень серьезными. Но он, как бизнесмен, — человек реальности. И не поклонник либеральной «религии». Он — неверующий, в этом смысле. При этом он также как большинство американской элиты уверен в богоизбранности американского народа. Но он, как человек рациональный, не считает это основанием для того, чтобы делать откровенные глупости. Вот как раз люди рационального смысла сегодня наши самые большие союзники, как бы они к нам не относились. Недавно умер Бжезинский. Он был последовательным врагом России. Всегда. Он жил ради того, чтобы сокрушить Россию. Это была его мечта, его идея фикс. Но он был рациональным человеком. Поэтому с ним можно было вести переговоры. «СП»: — Под конец жизни он ведь, кажется, изменил свою позицию, касательно нашей страны? — Нет. Мечта осталась та же. Просто он, как рациональный человек, понял, что она недостижима. И ему хватило характера об этом сказать. Да, он все равно мечтал о том, чтобы все русские на Луну улетели. Но, как человек умный, посчитал и понял: не улетят. И об этом честно сказал: «Однополярный мир невозможен». А ведь он был «рыцарем однополярного мира». Сокрушение СССР и абсолютная гегемония США — вот, о чем он мечтал в 70-е гг. Но даже тогда с ним можно было разговаривать. И многие русские советские дипломаты и политики с ним общались. Несмотря на то, что он был последовательным антисоветчиком и русофобом. Бжезинский — это как раз доказательство того, что враг, если он здравомыслящий, в общем, гораздо менее вреден, чем вот эти, которые готовы сигать из окна. Поэтому сегодня задача для нас найти на Западе опору в лице таких, к примеру, как Генри Киссинджер, и противостоять именно психозу. Понимаете, когда вы управляете реальным делом, вы не можете быть психически больным. Потому что вам надо что-то производить, достигать каких-то результатов… Это не получится, если вы больны. А эти «трубадуры русофобии» вроде Маккейна, они же никакой конкретной деятельностью не занимаются. Поэтому им так легко говорить то, что они говорят. Им реальность не мешает. Но контакт с теми, кто опирается на здравый смысл, это, наверное, единственная тактика, которую мы сегодня можем себе позволить. Против веры аргументы бессильны. Мы не можем убедить этих людей в том, что они не правы. Потому что они не опираются ни на какие аргументы. Они просто верят, что «Россия — империя зла», что «все русские неполноценные, их надо уничтожить и жить счастливо». С этим невозможно логически бороться. Нужно просто найти тех, кто в это не верит. Их довольно много, это, в том числе, и люди высокопоставленные. Если бы таких людей не было, Трамп не стал бы президентом. А Меркель бы не приехала в Москву, а продолжала бы рассуждать на тему, «как нам обуздать Россию». * «Исламское государство» — террористическая группировка, запрещённая на территории России. ** В ноябре 2014 года Верховный суд РФ признал экстремистской деятельность «Украинской повстанческой армии», «Правого сектора», УНА-УНСО и «Тризуба им. Степана Бандеры». Их деятельность на территории России запрещена. Источник: http://svpressa.ru/society/article/173551/
  7. Open access to scientific knowledge and feudalism knowledge: Is there a connection? Article in Webology 8(1) · June 2011 Abstract The role of universities and transnational corporations in the circulation of scientific knowledge is considered. If institutions generate, mostly scientific knowledge, trying to facilitate its free circulation, then transnational companies, contrarily, try to remove most significant and cutting-edge scientific knowledge from free circulation and its commercialization and reintroduction into an open, but now commercial, circulation in the TRIPS. However, paradoxical, the open access movement to scientific knowledge, eventually, facilitates feudalism of knowledge. We call this phenomenon the 'open access – paradox'. Based on the experiments done with Google Scholar and Google Patents, it is shown that universities generates, mostly scientific knowledge (scientific articles), and transnational companies generates, mostly technological knowledge (patents). Keywords Open access; Feudalism knowledge; Universities; Transnational corporations; Google Scholar; Google Patents Introduction https://www.researchgate.net/publication/303883024_Open_access_to_scientific_knowledge_and_feudalism_knowledge_Is_there_a_connection
  8. What is the cost of bibliometric games to taxpayers? Article in Webology · December 2017 Vladimir M Moskovkin, Olesya Serkina Belgorod State University Abstract The paper shows how editors of hybrid journals, high IF OA-Journals and Low-IF OA-Journals behave in the conditions of the publication race going on under the slogan “Publish or Perish”, by launching “bibliometric and citation games”. The publishers from the first group, namely Elsevier, Springer and Wiley Publishers, charge an average $3,000 for the Open Access - option (with the cost ranging from $500 to $5,000). For the editors from the second group, such as PLoS publishers, there has been obtained a simple balanced equation showing that if when moving from a subscription journal to an OA-Journal an editor intends to keep his incomes at the old level, the he should keep the annual average number of articles equal to the circulation of his subscription journal, and the cost of publishing one article should be equal to the annual subscription fee (about $2,000-3,000). The publishers from the third group, included in Beall's List, charging far less for publishing an article (about $200-300 or $300-400) compared to High-IF OA-Journals, compensate for their losses by publishing a large number of articles in each issue of a journal. But in all three cases, the main burden falls on taxpayers. Keywords Bibliometric games; Citation games; Publication games; Publication race; Hybrid journals; Open Access Journals; Publish; Perish; Taxpayers 9 http://www.webology.org/2016/v13n2/a148.pdf Copyright © 2016, Vladimir M. Moskovkin and Olesya V. Serkina. View publication stats https://www.researchgate.net/publication/316879121_What_is_the_cost_of_bibliometric_games_to_taxpayers
  9. Is sustainable development of scientific systems possible in the neo-liberal agenda? Article in Ethics in Science and Environmental Politics 16(1):1-9 · February 2016 DOI: 10.3354/esep00165 1st Vladimir M Moskovkin 31 · Belgorod State University 2nd Olesya Serkina 4.56 · Belgorod State University Abstract ABSTRACT: The paper shows the evolution of large scientific systems in general and the system of formal scientific communications in particular in the context of their gradual transition to private hands, which results in increased “phony” research fronts, fueled by the interests of big business, pools of inaccessible hi-impact Anglo-American journals whose authors cite each other (author's citation cartels), and non-transparent global university rankings, which can be manipulated. Further the authors argue that the functioning of national scientific systems by means of having them… 25 Recommendations All content in this shaded area was uploaded by Vladimir M Moskovkin on Jun 28, 2016 Figures Enlarge ... https://www.researchgate.net/publication/304526638_Is_sustainable_development_of_scientific_systems_possible_in_the_neo-liberal_agenda
  10. Глобальный кризис в интеллектуальной сфере и локальные меры по выходу из него 06.12.2016 № 218 c.14 Владимир Московкин Наука и общество 101 комментарий 43694 просм., 39 — за сегодня Распечатать статью Владимир Московкин Деградация интеллектуального уровня населения — это глобальный тренд. Противостоять ему могут страны с традиционной культурой, не вписанные полностью в глобальную парадигму, а также местные сообщества в лице своих образовательных центров. Но для этого нужно понимание вышеуказанного глобального тренда. А ситуация такова, что транснациональному капиталу и глобальной экономике в целом не нужны в большом количестве думающие люди, а нужны простые исполнители для обслуживания их деловых и политических процессов и интересов. Поэтому во всем мире идет полным ходом процесс упрощения и унификации образования. В результате этого процесса американские школьники, студенты и преподаватели не умеют складывать простые дроби [1], а французские студенты из лучших университетов, специализирующиеся по математике и физике, не могут решить ни одной простой задачи, за них это делают умные калькуляторы [2]. Точно так же обстоят дела и во всем остальном «просвещенном» западном мире. Всё это происходит на фоне навязывания молодежи через интернет и СМИ единственной мысли, что жизнь — это сплошное шоу. В таких условиях о каком интеллектуальном развитии молодежи мы можем мечтать? Это вам не советское время с повальным энтузиазмом молодежи в изучении естественных и технических наук, который тогда подогревался ядерно-космической гонкой с США. И как правильно тогда говорил Дуайт Эйзенхауэр в обращении к американскому народу по поводу успехов советской космонавтики, что «школы таят бóльшую силу, чем энергия атома, они важнее сейчас всех наших станций обнаружения». Очевидно, что в основе интеллектуальной деятельности человека лежит умение мыслить, а это как раз то, что убивается во всем мире зубрежкой и тестами, в мире, где университеты превращены в шоу-заведения, где статус студенческих тусовок и культурно-спортивных мероприятий на порядок выше, чем усердная работа в научной лаборатории или библиотеке. Широко признано, что в нашем быстро меняющемся мире информация и новые знания растут как на дрожжах, а поэтому нужно постоянно менять учебные стандарты, программы и учебники, включая в них это новое знание. А на самом деле молодым людям нужно давать базовое знание и научить их логически мыслить, в результате чего они сами дойдут до сути того вновь возникающего знания, которое они посчитают нужным для себя в будущем. Умение логически мыслить достигается за счет решения в школьном возрасте множества алгебраических и геометрических задач, чтения классической художественной литературы (здесь важны исторические аналогии — все, что сейчас происходит в мире, уже было многократно описано). Владимир Арнольд говорил, что романы Агаты Кристи гораздо ближе к математике, чем умножение многозначных чисел, а рассказы Эдгара По — тем более! [3]. При решении алгебраических задач детей надо приучать решать эти задачи геометрическим способом там, где это возможно. Это развивает пространственное воображение. Причины, по которым геометрия была практически изгнана из западного математического образования, хорошо описаны Арнольдом. «В письмах Томаса Джефферсона из Вирджинии есть такой пассаж: „Я точно знаю, что ни один негр никогда не сможет понять Евклида и разобраться в его геометрии“. Из-за этого американцы вынуждены отвергать Евклида, математику и геометрию, которые заменяются знанием того, на какую кнопку нажать… Вместо размышлений, — механическое действие, которое выдается за борьбу с расизмом!» [3]; «Третий принцип Рене Декарта: чтобы превратить математику в науку, надо изъять из геометрии чертежи, — следы экспериментов, не нужных согласно первым двум принципам. Не надо размышлять над вещами, упражняющими воображение» [4]. Рис. М. Пушкова Уже все наслышаны о том, что в «просвещенном» западном мире школьники, студенты и преподаватели не могут складывать дроби, о чем мы упоминали выше, а вот почему французские студенты не могут посчитать устно «2 + 3» — это на первый взгляд удивительно. Но всё становится понятно, когда читаешь концептуальный посыл влиятельнейшей во Франции и в других странах мира математической школы Бурбаки (выступление лидера этой школы Жана-Пьера Серра на математической дуэли с Владимиром Арнольдом в Институте Анри Пуанкаре 13 марта 2001 года): «Некоторые (намек на Арнольда. — В. А.) считают, что натуральные числа — это те, которые участвуют в натуральном (то есть естественном) счете: один, два, три… Но такой экспериментаторский подход ненаучен. С точки зрения нашей высокой науки „естественный счет“ никакого отношения к теории не имеет. Научное определение таково: „Натуральные числа — это мощности конечных множеств“. А какое из конечных множеств самое главное? Разумеется, пустое! Значит, его мощность, то есть нуль, — натуральное число!» [5]. И этот заумный бред проповедуют крупнейшие французские математики, их поддерживают министерские чиновники, в результате чего детей перестали учить считать, при этом ссылаясь на то, что если надо посчитать, то для этого есть калькуляторы. Теперь понятно, что если детей с раннего детства не научили счету с помощью предметов по аналогии с тем, как древние люди учились считать с помощью пальцев рук и ног, засечек на дереве, то ясно, что они не могут сложить 2 и 3. По поводу умения оперировать простыми дробями следует сказать следующую важную вещь. Если человек не умеет этого делать, то он не может делать алгебраические преобразования, следовательно, он не может находить простейшие производные и интегралы, а значит, ему недоступно решение дифференциальных уравнений, которые в принципе описывают динамику всех природных, социально-экономических и техногенных процессов. И такой человек в интеллектуальной сфере деятельности просто ноль. Владимир Арнольд, который был членом Национального комитета науки и исследований Франции, писал, что 20% французских новобранцев полностью неграмотны, не понимают письменных приказов начальства и способны поэтому направить свои ракеты не в ту сторону [1]. Запущенный уже давно процесс тотальной дебилизации населения опасен тем, что тупеют также управленцы и технологические специалисты среднего и высшего звена, сколько бы их ни учили в Гарварде, Стэнфорде или Сколково. А отсюда постоянные аварии, техногенные катастрофы, болезни, загрязнение окружающей среды и т. д. Теперь от глобального и философского осмысления проблемы гонения на интеллект перейдем к нашей университетской жизни. Встает вопрос о том, как организовывать и мотивировать студентов осмысленно заниматься интеллектуальной деятельностью. Дадим несколько рецептов. С первого курса необходимо выявить наиболее способных студентов, умеющих логически мыслить, и отдать их в руки лучших профессоров-исследователей. Сегодня, когда говорят о глобальной университетской конкурентоспособности и об университете мирового уровня, подчеркивают, что лучших студентов должны учить лучшие профессора, хотя умалчивают, что делать с остальными, которых большинство. Для выявления лучших студентов независимо от их будущей специализации достаточно дать им порешать простые математические задачи на логику мышления. Это могут быть математические задачи из древней египетской, китайской, индийской, греческой или другой математики, задачи Арнольда для детей от 5 до 15 лет и др. После выявления лучших студентов важно определить пробелы в знаниях у остальных и предложить их устранить на компенсирующих курсах или во время регулярных занятий. Развить навыки их логического мышления является очень сложной задачей, так как эти навыки закладываются в раннем возрасте. При обучении студентов для повышения их мотивации преподаватели должны начинать освещение любого вопроса с его истории, то есть с его корней. Например, если бы преподаватели-математики рассказывали, как мыслили Ньютон и Лейбниц при открытии дифференциального и интегрального исчисления, а также на чьи труды они при этом опирались, то эффект от изучения математического анализа был бы совершенно другой. А сегодня Google Books предоставляет такую возможность, оцифровывая и индексируя научные труды начиная с момента изобретения книгопечатания. Показ студентам первоисточников XVI–XIX веков будет оказывать на них большое эмоциональное воздействие. Преподавателей волнует сейчас вопрос, как бороться с плагиатом в студенческих и аспирантских научных и учебных работах. Решение здесь, на наш взгляд, элементарное. Нужно запретить студентам пользоваться обычным Google, а разрешить использовать только Google Scholar и Google Books с обязательными ссылками на найденные научные статьи и книги. Но проблема здесь в том, что большинство студентов, аспирантов и преподавателей не знают этих поисковых инструментов. Их нужно обучать. Из нашего опыта следует, что после такого обучения слушатели воодушевляются приобретенными навыками. В целом проблема плагиата зависит исключительно от политической воли руководства университета и руководителей его подразделений. Алгоритм борьбы с ним состоит из следующих действий: обучить преподавателей работать с поисковыми системами Google Scholar и Google Books; обученные преподаватели обучают тому же своих студентов и аспирантов; преподаватели не принимают от студентов и аспирантов учебные и научные работы, выполненные без использования Google Scholar и Google Books. Как видим, в этом алгоритме нет места примитивной программе «Антиплагиат», поскольку она здесь не нужна. Любой грамотный преподаватель с первого взгляда видит, насколько текст студента или аспиранта скомпилирован или является плагиатом. Вышеуказанный алгоритм учитывает психологию молодых людей при поиске научной информации. Действительно, при поиске в Google или в других поисковых системах универсального профиля они сталкиваются постоянно с неавторизованной информацией и научным знанием, а докапываться до их истоков у них нет времени и желания. А при работе с Google Scholar и Google Books они сразу же выходят на авторские научные статьи и книги, ссылки на которые у них тут же под рукой. Владимир Московкин, докт. геогр. наук, проф. БелГУ http://trv-science.ru/2016/12/06/globalnyj-krizis-v-intellektualnoj-sfere/
  11. Webometrics. Дело за университетами 11.04.2017 № 226 c.3 Владимир Московкин Бытие науки 8 комментариев 22908 просм., 108 — за сегодня Распечатать статью Владимир Московкин Итоги июльского университетского рейтинга Webometrics за 2016 год в контексте изменения расчетной методологии мы подвели в статье [1]. В начале февраля 2017-го был опубликован январский университетский рейтинг Webometrics за этот год, в котором были решены технические проблемы по созданию Institutional Google Scholar Citation профилей без участия компании Google. Этому поспособствовал один из ведущих экспертов по Google Scholar профессор Тегеранского университета, главный редактор журнала Webology Алиреза Норузи, к которому мы обратились за помощью в октябре прошлого года. Он нашел поисковый запрос, который позволяет генерировать Institutional Google Scholar Citation профиль при отсутствии публичного профиля, создаваемого Google. Мы сразу же выслали этот поисковый запрос в привязке к нашему Белгородскому государственному национальному исследовательскому университету руководителю проекта Webometrics Исидро Агуилло. В итоге, анализируя январский университетский рейтинг Webometrics, мы обнаружили, что количество университетов по расчету третьего индикатора Openness возросло более чем в два раза (в июле 2016 года ранжировались 4120 университетов из 22 тыс. университетов мира, а в январе 2017-го — 8634 из 26 тыс.). При этом количество ранжированных российских университетов по этому индикатору возросло с 37 до 200. Всем неранжированным университетам мира присваивался одинаковый ранг — 8635. На примере российских университетов мы попытались разобраться в следующем вопросе. Действительно ли для российских университетов, которым присвоили один и тот же ранг 8635, команда Webometrics не генерировала вышеуказанные профили, или, наоборот, генерировала, но вклад их оказался нулевым? Чтобы разобраться в этом, мы взяли в рассматриваемом рейтинге восемь лучших российских университетов, у которых был один и тот же наихудший ранг 8635 по третьему индикатору Openness (табл. 1). Название университета Ранги Мировой Российский Presence Impact Openness Excellence Ufa State Aviation Technical University (ugatu.ac.ru) 3571 54 4076 5548 8635 2470 Kemerovo Institute of Food Science & Technology (kemtipp.ru) 4775 95 4109 1342 8635 5778 Saint Petersburg State University of Technology & Design (sutd.ru) 4809 97 3080 1497 8635 5778 Moscow State University of Education (мгпу.рф) 4901 100 6311 5973 8635 3939 Russian New University (rosnou.ru) 4996 102 4835 1560 8635 5778 Omsk State University (omsu.ru) 5056 103 1545 5665 8635 4482 Voronezh State Technical University (vorstu.ru) 5118 104 4807 2864 8635 5228 Nizhni Novgorod State Technical University (nntu.ru) 5374 111 1176 7712 8635 4330 Выяснилось, что при тестировании сайтов этих, а также любых других университетов не обязательно использовать сложную поисковую команду, о которой мы говорили выше, а достаточно в любом личном Google Scholar Citation профиле тестировать адрес сайта. К примеру, применительно к веб-адресу первого университета нужно в любом личном профиле делать поиск по адресу сайта, набрав в поисковой строке: ugatu.ac.ru. Тестирование сайтов проводилось нами 16 февраля 2017 года. В итоге были получены следующие результаты (табл. 2). Название университета Количество личных Google Scholar Citation профилей Суммарное цитирование по Google Scholar Citation профилям Ufa State Aviation Technical University 1 270 Kemerovo Institute of Food Science & Technology 0 0 Saint Petersburg State University of Technology & Design 1 0 Moscow State University of Education 0 0 Russian New University 1 463 Omsk State University 2 145 (второй профиль с нулевым цитированием) Voronezh State Technical University 1 88 Nizhni Novgorod State Technical University 0 0 Так как согласно методике расчета индикатора Openness первый наиболее цитируемый личный Google Scholar Citation профиль исключается из подсчета суммарного цитирования по первым десяти личным профилям, то из таблицы 2 видим, что все рассматриваемые восемь российских университетов имеют нулевое значение изучаемого индикатора, а значит, и наихудший ранг. Отсюда следует, что научный менеджмент этих восьми университетов, а также всех остальных российских университетов, имеющих наихудший ранг по индикатору Openness (8635), должен как можно скорее организовать работу по созданию личных Google Scholar Citation профилей, привязанных к домену университета. Тогда к следующему июльскому расчету университетского рейтинга Webometrics российские университеты значительно улучшат свое позиционирование в этом рейтинге. При этом надо внимательно подходить к корректировке личных профилей, особенно тех, которые находятся в первой десятке, очищая их от чужих публикаций, иначе на университет может быть наложен штраф, вплоть до исключения его из рейтинга. Владимир Московкин, докт. геогр. наук, профессор НИУ «БелГУ» http://trv-science.ru/2017/04/11/webometrics-delo-za-universitetami/ 1. Университетский рейтинг Webometrics: технические проблемы в России // ТрВ-Наука. № 216 от 1 ноября 2016 года.
  12. Университетский рейтинг Webometrics: технические проблемы в России 01.11.2016 № 216 c.7 Владимир Московкин Бытие науки Комментариев нет 64658 просм., 101 — за сегодня Распечатать статью Владимир Московкин Последний летний подсчет университетского рейтинга Webometrics озадачил многих российских университетских менеджеров, которые отслеживают динамику этого рейтинга у себя в университетах. Они увидели, что их университеты в глобальном рейтинге упали на сотни позиций. В чем причина этого? С момента запуска рейтинга Webometrics (2004 год) методология его расчета постоянно изменялась, но на этот раз произошла наибольшая трансформация. Если ранее третий индикатор Openness отвечал за подсчет на сайте университетов PDF-файлов документов, определяемых поисковой машиной Google Scholar, то сейчас стал вестись подсчет цитирований с помощью этой поисковой машины. К такой ситуации большинство университетов мира было не готово. Для этого нужно было заранее создавать Institutional Google Scholar Citation профили на основе уже созданных личных профилей их ученых. Оказалось, что из около 22 тыс. университетов мира, ранжируемых с помощью Webometrics, такие профили имеют только 4120 университетов. В этой связи следует сказать, что результаты августовского, 2016 года, ранжирования университетов мира не являются достоверными. Большинство российских университетов Google Scholar Citation профилей не имеют, и поэтому, сильно упав в глобальном рейтинге, они не сильно изменили свои позиции в национальном рейтинге. Что нужно сделать нашим университетам, чтобы восстановить свои позиции в начале 2017 года, когда произойдет перерасчет рейтинга Webometrics? Для этого надо знать, что для подсчета индикатора Openness выбираются 10 лучших по суммарному количеству цитирований личных профилей ученых каждого университета, самый лучший профиль отбрасывается, а по остальным делается суммирование цитирований и дальнейшее их ранжирование по всей выборке университетов. Например, Уральский федеральный университет и Ставропольский государственный аграрный университет набрали по своим лучшим девяти личным профилям в Google Scholar соответственно 15 046 и 1579 цитирований, что вывело их по рассматриваемому индикатору соответственно на 1551-е и 3258-е места в мире. В то же время большинство других российских университетов, у которых не были созданы Institutional Google Scholar Citation профили, получили одинаковое, 4121-е место в мире. Зная всё это, университетские менеджеры должны определить по базам данных Web of Science, Scopus и РИНЦ несколько десятков самых цитируемых своих ученых и проверить, имеют ли они личные Google Scholar Citation профили. Далее — попросить тех, кто не имеет таких профилей, создать их в Google Scholar (для этого надо предварительно создать в Google специальный аккаунт). Теперь такой важный момент. При редактировании своих личных профилей (например, изъятии из профиля статей однофамильцев) с целью учета как англоязычных, так и русскоязычных публикаций, следует после англоязычного написания своей фамилии в скобках давать и русскоязычное ее написание. В этом случае к вашему профилю привяжутся и все ваши русскоязычные статьи, индексированные Google Scholar. Многие этого не знают и тем самым обедняют свои профили. Отметим также, что важнейшую роль в формировании личных и институциональных (университетских) профилей в Google Scholar с полнотекстовыми публикациями играют институциональные репозитарии открытого доступа, платформа Research Gate и Cyber Leninka. Чтобы узнать, имеет ли ваш университет профиль в Google Scholar, вы тестируете в расширенном поиске этого поисковика в строке «with the exact phrase» название своего университета на английском языке. Если такой профиль создан, то в отклике в самом верху вы увидите, например: «user profile for: Lomonosov Moscow State University — msu.ru». Первым в профиле будет идти Lev Dudko (Институт ядерной физики МГУ) с 85 006 цитированиями (данные на 20 октября 2016 года, а 5 сентября число цитирований этого ученого было значительно меньше — 82 745). Если мы в «Google Академия» наберем то же самое в строке «точное словосочетание», то мы увидим: «Cотрудники следующих учебных заведений: Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова — msu.ru». Таким образом, в своей новой версии расчета рейтингов университетов проект Webometrics начал способствовать привязыванию к Google наиболее цитируемых ученых всех университетов мира. Но проблема в том, что служба поддержки Google Scholar никак не реагирует на запросы по созданию Institutional Google Scholar Citation профилей. Она только дает советы по созданию персональных профилей. Наш запрос к руководителю проекта Webometrics Исидро Агуилло также ни к чему не привел, он только предлагал активно создавать персональные профили. Владимир Московкин, докт. геогр. наук, проф. БелГУ http://trv-science.ru/2016/11/01/universitetskij-rejting-webometrics/
  13. Что позволяет поддерживать живую ткань отношений между людьми на церковных приходах за рубежом? Ответ на этот и другие вопросы можно найти в новом сборнике материалов «Приход Русской Церкви в России и за рубежом. Православные приходы греческого мира». Книга была представлена в Православном Свято-Тихоновском гуманитарном университете на заседании клуба дружбы «ПСТГУ-Греция-Кипр». Аудио Скачать .mp3 http://tv-soyuz.ru