Перейти к содержимому
Татьяна Матвеевна Громыко Подробнее... ×
Обращение Главного научного сотрудника Библиотеки иностранной литературы им. Рудомино Е.Б. Рашковского Подробнее... ×
Социология религии. Социолого-религиоведческий портал

Поиск по сайту

Результаты поиска по тегам 'россия'.

Поисковый индекс в данный момент обрабатывается. Текущие результаты могут быть неполными.
  • Поиск по тегам

    Введите теги через запятую.
  • Поиск по автору

Тип публикаций


Категории и разделы

  • Сообщество социологов религии
    • Консультант
  • Преподавание социологии религии
    • Лекции С.Д. Лебедева
    • Студенческий словарь
  • Вопросы религиозной жизни
    • Религия в искусстве
  • Научные мероприятия
    • Социология религии в обществе Позднего Модерна
    • Научно-практический семинар ИК "Социология религии" РОС в МГИМО
    • Международные конференции
    • Всероссийские конференции
    • Другие конференции
    • Иные мероприятия
  • Библиотека социолога религии
    • Научный результат
    • Классика российской социологии религии
    • Архив форума "Классика российской социологии религии"
    • Классика зарубежной социологии религии
    • Архив форума "Классика зарубежной социологии религии"
    • Творчество современных российских исследователей
    • Наши препринты
    • Программы исследований
    • Российская социолого-религиоведческая публицистика
  • Лицо нашего круга Клуб молодых социологов-религиоведов
  • Дискуссии Клуб молодых социологов-религиоведов

Искать результаты в...

Искать результаты, которые...


Дата создания

  • Начать

    Конец


Последнее обновление

  • Начать

    Конец


Фильтр по количеству...

Зарегистрирован

  • Начать

    Конец


Группа


AIM


MSN


Сайт


ICQ


Yahoo


Jabber


Skype


Город


Интересы


Ваше ФИО полностью

Найдено 224 результата

  1. Обсудили тему "Миграция в России: отражение новых законодательных инициатив" Завтра, в четверг, 16 марта в в Международном мультимедийном пресс-центре МИА"Россия сегодня" в 11-00 состоится мультимедийная пресс-конференция на тему: "Миграция в России: отражение новых законодательных инициатив". Приму в ней участие как "эксперт по вопросам миграции Юрий МОСКОВСКИЙ", благо что возглавляю, кроме всего прочего, Комиссию по нормативно-правовым вопросам Совета по делам национальностей при Правительстве Москвы. Среди участников встречи: - председатель Комиссии по миграционной политике и адаптации мигрантов Совета по делам национальностей при Правительстве Москвы Александр КАЛИНИН; - заведующая отделом диаспоры и миграции Института стран СНГ Александра ДОКУЧАЕВА; - доктор экономических наук, профессор Ирина ИВАХНЮК. Модератором будет – начальник отдела национальных проектов Дирекции государственных интернет-проектов МИА "Россия сегодня" Радик АМИРОВ. Как написано в анонсе мероприятия "Новые законодательные и нормативные акты позволили минимизировать поток нелегалов. Какие возможности и права предполагают новые законы России для мигрантов? Как помочь им в поиске работы, в медицинской и образовательной сферах?" На мой взгляд, ныне, как впрочем и ранее, весьма актуальна тема приёма в российское гражданство. Данному вопросу посвятил много выступлений и материалов ещё в бытность свою Ответственного секретаря Общественно-консультативного совета при УФМС России по г.Москве. Вот, например, мой материал по этой теме уже ПЯТИЛЕТНЕЙ давности. "Юрий Московский: О "Праве почвы" http://viperson.ru/wind.php?ID=652729 Там есть, например, такие слова "К примеру, срок получения российского паспорта для потомков выходцев с территории нынешней РФ должен быть месяц-два при условии готовности его получить и предоставления соответствующих документов, что один из предков проживал на территории нынешней Федерации. А в случае вхождения в состав Российской Федерации других территорий (это, обратите внимание 2012 год - Ю.М.), что вполне возможно, в законодательство будут вноситься соответствующие изменения. " А потом поеду в Российскую Академию Народного Хозяйства и Государственной службы, где проходит VII Грушинская конференция социологов. Но это уже другая тема. Юрий Московский http://ekogradmoscow.ru/eko-blog/blog-yu-moskovskogo/migratsiya-v-rossii-otrazhenie-novykh-zakonodatelnykh-initsiativ
  2. Белгородский государственный национальный исследовательский университет Институт управления Кафедра социологии и организации работы с молодёжью Центр социологических исследований Лаборатория социологии религии и культуры Институт Общественных наук Белграда, Сербия Форум по религиозным вопросам (FOREL) Автономное некоммерческая организация по содействию развития сотрудничества со странами евразийского пространства «Евразийское содружество» Российское общество социологов Исследовательский комитет «Социология религии» Интернет-портал «Социология религии» Междисциплинарный сетевой научный журнал «Научный результат» VII Международная научная конференция «Социология религии в обществе Позднего Модерна: религия, образование, международная интеграция» Глубокоуважаемые коллеги! Приглашаем Вас принять участие в работе VII Международной научной конференции НИУ «БелГУ» (Россия) и ИОН Белграда (Сербия) «Социология религии в обществе Позднего Модерна: религия, образование, социализация», которая состоится 20-21 сентября 2017 г. Планируемые направления работы: I. Методологические аспекты социологического анализа религии в образовании и социализации личности II. Эмпирические исследования религии в образовании и социализации: традиции и инновации III. Междисци плинарные подходы к проблематике религии в контекстах образования и социализации (социология и антропология, психология, педагогика, право, философия, теология и др.) IV. Социально-управленческая рефлексия опыта взаимодействия религиозных и образовательных институций V. Социологические аспекты изучения духовно-нравственных ценностей в образовании и социализации молодёжи В рамках работы конференции планируется: Проведение специальной секции АНО «Евразийское содружество» «Религиозный фактор в евразийской интеграции» в рамках проекта «Евразийский Гражданский Альянс» Проведение юбилейной, посвященной 10-летию Факультета социальных наук Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета секции «Социология Православия» Проведение выездного заседания Научно-исследовательского семинара им. Ю.Ю. Синелиной Московского Государственного университета им. М.В. Ломоносова Чтобы принять участие в конференции, необходимо до 01.08.2017 подать электронную заявку на Интернет-портале http://sociologyofreligion.ru (кнопка «Регистрация на конференцию») ВНИМАНИЕ! Текст работы для общего сборника статей по материалам конференции можно прикрепить к заявке или прислать до 15.08.2017 на адрес socrelmod@yandex.ru . Ориентировочный срок выхода публикации – сентябрь 2017 года. Текст работы для сборника материалов проекта «Евразийский Гражданский Альянс» можно прикрепить к заявке или прислать до 15.08.2017 на адрес vasilenkola@mail.ru Ориентировочный срок выхода публикации – сентябрь 2017 года. Текст работы для сборника статей юбилейной секции ФСН ПСТГУ «Социология православия» следует прислать до 31.07.2017 на адрес sociology-pstgu@yandex.ru . Ориентировочный срок выхода публикации – сентябрь 2017 года. Требования к публикации: · Формат файла: doc. · Материалы для публикации следует посылать в стандартном формате, поддерживаемом Microsoft Word. Размер страницы А4; книжная ориентация; шрифт Times New Roman – размер 14; междустрочный интервал – 1. · Объём текста: от 12 тысяч до 20 тысяч знаков (с пробелами). · Допустимые языки: русский, английский. · Последовательность сведений: название статьи, ФИО автора(-ов), данные автора, организация, адрес организации, электронный адрес автора, аннотация (1000 символов), ключевые слова (8 слов), текст статьи, литература (не менее 10 источников). · ФИО автора(-ов), название статьи, аннотация, ключевые слова должны иметь англоязычный вариант. · Пример структуры статьи см. в приложении 1, оформление литературы в приложении 2. После рассмотрения Ваших материалов оргкомитет сообщит, приняты ли они, и в случае положительного решения Вам следует направить по адресу socrelmod@yandex.ru отсканированную копию квитанции об оплате Вашего участия в конференции. Организационный взнос не зависит от объёма публикации и составляет: За участие в специальной секции АНО «Евразийское содружество» «Религиозный фактор в евразийской интеграции» в рамках проекта «Евразийский Гражданский Альянс» – не предусмотрен За участие в юбилейной секции Факультета социальных наук Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета «Социология Православия» – 600 рублей За участие во всех остальных мероприятиях конференции – 1200 рублей. Организаторы не обеспечивают проезда, проживания и питания участников конференции. Реквизиты для оплаты: НИУ «БелГУ» ИНН 3123035312 КПП 312301001 ОКАТО 14401365000 ОГРН 1023101664519 ОКПО 02079230 ОКВЭД 85.22 ОБРАЗОВАНИЕ ВЫСШЕЕ ОКОНХ 92110 ОКТМО 14701000001 Р/с 40503810207004000002 в Белгородском отделении № 8592 ПАО Сбербанк БИК 041403633 К/счет 30101810100000000633 Вид платежа КОД 07430201010010000130 за участие в конференции «Социология религии…» С уважением – Оргкомитет конференции Приложение 1 Обязательная структура статьи ЗАГЛАВИЕ (на русском языке) Данные автора (на русском языке): Фамилия, имя, отчество полностью, должность, ученая степень, ученое звание Полное название организации – место работы в именительном падеже без составных частей названий организаций, полный юридический адрес организации в следующей последовательности: улица, дом, город, индекс, страна (на русском языке) Электронный адрес автора Аннотация (на русском языке) не менее 1000 знаков с пробелами Ключевые слова: отделяются друг от друга точкой с запятой (на русском языке), не более 8 слов. ЗАГЛАВИЕ (на английском языке) Данные автора (на английском языке): Фамилия, имя, отчество полностью, должность, ученая степень, ученое звание Полное название организации – место работы в именительном падеже без составных частей названий организаций, полный юридический адрес организации в следующей последовательности: дом, улица, город, индекс, страна (на английском языке) Электронный адрес автора Аннотация (ABSTRACT) (на английском языке) Ключевые слова (KEYWORDS): отделяются друг от друга точкой с запятой (на английском языке) Текст статьи (на русском языке или английском) Список литературы Библиографический список по ГОСТ Р 7.05-2008 Приложение 2 Примеры оформления ссылок и пристатейных списков литературы в соответствии с ГОСТ Р 7.0.5–2008 "Библиографическая ссылка. Общие требования и правила составления". Статья – 1-3 автора Иванюшкин А.Я. В защиту "коллегиальной модели" взаимоотношений врачей, медсестер и пациентов // Общественное здоровье и профилактика заболеваний. 2004. № 4. С. 52-56. Статья – 4 и более авторов Возрастные особенности смертности городского и сельского населения России в 90-е годы ХХ века / Иванова А.Е., Семенова В.Г., Гаврилова Н.С., Евдокушкина Г.Н., Гаврилов Л.А., Девиченская М.Н. // Общественное здоровье и профилактика заболеваний. 2003. № 1. С. 17-26. Книга 1-3 авторов Шевченко Ю.Л., Шихвердиев Н.Н., Оточкин А.В. Прогнозирование в кардиохирургии. СПб.: Питер, 1998. 200 с. Книга, имеющая более трёх авторов Хирургическое лечение постинфарктных аневризм сердца / Михеев А.А., Клюжев В.М., Ардашев В.Н., Шихвердиев Н.Н., Оточкин А.В. М.: ГВКГ им. Н.Н. Бурденко, 1999. 113 с. Современные тенденции смертности по причинам смерти в России 1965-1994 / Милле Ф., Школьников В.М., Эртриш В., Вален Ж. М.: 1996. 140 с. Диссертация Кудрявцев Ю.Н. Клинико-экономическое обоснование управления лечебно-диагностическим процессом в современных социально-экономических условиях: Дис. ... д-ра мед. наук. М., 2003. 345 с. Автореферат Белопухов В.М. Механизмы и значение перидуральной блокады в профилактике и компенсации гемореологических нарушений: Автореф. дис. … д-ра мед. наук. Казань, 1991. 29 с. Издание, не имеющее индивидуального автора Демографический ежегодник России. М.: Госкомстат России, 1996. 557 c. Ссылки на электронные ресурсы Доклад о состоянии здравоохранения в мире, 2007 г. URL: http://www.who.int/whr/2007/whr07_ru.pdf (дата обращения: 15.05.2008). Иванова А.Е. Проблемы смертности в регионах Центрального федерального округа // Социальные аспекты здоровья населения: электронный журнал, 2008. №2. URL: http://vestnik.mednet.ru/content/view/54/30/ (дата обращения: 19.09.2008). Обязательная англоязычная версия ссылок (References) размещается в статье сразу за списком русскоязычных (исходных) ссылок и подготавливается автором статьи из русскоязычных ссылок, независимо от того, имеются или нет в нем иностранные источники, с учетом приводимых ниже рекомендаций: Авторы (транслитерируются) Название (переводится на английский язык). Город издания (на английском языке): Издательство (транслитерируется), год (цифрами). Страницы (P. цифры). Описание книг: Last Name, First Name. Title of Book. Publisher City: Publisher Name, Year Published. Page Numbers. Автор1, Автор2. Название книги. Город издания: Издательство, Год издания. Страницы. Описание журналов, сборников: Last Name, First Name. Article Title. Journal Name. Volume Number, Issue Number (Year Published): Page Numbers. Автор1, Автор2. Название статьи. Название журнала. Номер тома, Номер выпуска (Год издания): Страницы. ИНФ. ПИСЬМО - Белгород 2017 (1).docx
  3. Владимир (Протоиерей Владимир) Вигилянский ВЕРА И ОБРЯДОВЕРИЕ Время от времени возникает дискуссия об этих понятиях. Мол, есть содержание и форма; неосознанная вера – это и есть обрядоверие; якобы, традиция, миф, догмат, обряд, обычай, ритуал – это застывшее, окаменелое, а истинная вера – это творчество, разномыслие, свобода. О вере. Никогда не слышал от подвижников веры о том, что они «истинно верующие» люди, никогда не читал в писаниях святых отцов о том, что они называют себя «глубоко верующими». А вот, например, от противников передачи Исаакиевского собора, от защитников кощунниц, плясавших на амвоне храма Христа Спасителя, сам такое слышал. Чем глубже человек воцерковляется, тем больше он видит разницу своей веры с тем, что вкладывают в это понятие Сам Господь и Апостолы. То же самое философы говорят о знании: «Я знаю, что ничего не знаю», «Я знаю только то, что ничего не знаю, но другие не знают и этого» (приписывают Сократу или Демокриту). Об обряде или ритуале. Я пришел в Церковь без особых знаний о церковных традициях, обрядах, ритуалах. Многое казалось несовершенным и формализованным одновременно. Священник, которому я доверял, сказал мне: принимайте всё это с любовью и обязательным исполнением, креститесь, когда все крестятся, кланяйтесь, когда это делают другие, старайтесь найти во всём этом смысл. До сих пор открываю новые глубинные смыслы в церковных молитвах, уставе, традициях. Всё, что устоялось в церковном опыте, всё, что не отсеялось во времени, изумительно красиво, устремлено в горние выси. Если что-то не понимал раньше, оказывалось моим недостатком, недомыслием, необразованностью. В проповедях всегда борюсь с элементами магизма в наших обрядах. Говорю, что в нашей вере много мистического, но полное отсутствие магизма. Те, кто часто говорят об обрядоверии, любят приводить слова апостола Павла: «Он дал нам способность быть служителями Нового Завета, не буквы, но духа, потому что буква убивает, а дух животворит» (2 Кор. 3, 5). Но здесь говорится, как утверждают святые толкователи, о том, что буква без Духа мертва, как мертва вера без дел. «Итак, почтим Дух, чтобы разуметь написанное», – например, пишет преп. Антоний Великий. На репродукции картины Н.П. Богданова-Бельского (1868-1945) - обрядоверы. Пусть первый кто-нибудь кинет в них камень!
  4. Храни её, Гоcподь, храни! Борис Бударин Любимой Супруге Храни её, Господь, в лихие дни, Не забывай, прошу, во мраке нОчи, Мне без неё так трудно очень, Храни её, Господь, храни. Во здравие зажгу в соборе свечи, Унять не в силах мыслей кутерьму И не понять ни сердцу ни уму, Но сразу почему-то станет легче. Храни её, Господь, от чёрных бед, А от других я уберечь сумею, Спокойно и тепло мне рядом с нею - Невыносимо, если рядом нет. Ни словом, ни полсловом не солгу, Скользя порой по жизни краю: Любить так трудно - это знаю, А жить и не любить - я не могу... За все её грехи дай мне одним Раскаяньем перед Тобой ответить, Не свят я, Господи, но светел, Храни её, молю тебя, храни! ...А ЕЮ Я ВСЮ ЖИЗНЬ ХРАНИМ... http://www.stihi.ru/2011/09/08/4285
  5. Никита Кричевский: к бунтам в России приводила слепоглухота власти Ещё в 1871 году Николай Костомаров, рассуждая о гарях, приходил к следующему выводу: «Раскольничьи самосожжения были в своё время такими же геройскими подвигами, какими бы теперь считали решимость защитников отечества лучше погибнуть в крепости, взорвав её на воздух, чем сдаться неприятелю». Никита Кричевский Бессмысленность беспощадных бунтов В русской жизни всегда была велика роль случая – «чёрного лебедя» как символа непредсказуемости Новая глава посвящена разбору бессмысленных и беспощадных русских бунтов, которые молва также связывает с Расколом. Действительно, количество выступлений против «попрания веры» было огромным. Но, как это часто бывает, большинство восстаний причисляется к Расколу лишь формально, а на деле имеет совсем другие причины. В этой части нашего повествования мы поговорим о трёх бунтах – Соляном (1648–1649), Медном (1662) и Хованском (1682), – имевших к расколу в лучшем случае косвенное отношение. Ещё два восстания – Разинщину и Пугачёвщину – вынесем за скобки, полагая, что количество литературы о тех событиях велико и без нашего скромного участия. СОЛЯНОЙ БУНТ Строго говоря, Соляной бунт не имеет отношения к Расколу просто потому, что произошёл в 1648–1649 годах, то есть за несколько лет до Раскола. Тем не менее упомянуть его нужно хотя бы для того, чтобы показать всю наследственную дурость власти. Казна на Руси практически всегда испытывала затруднения, не стало исключением и правление царя Алексея Михайловича. Чтобы поправить государевы финансы, в 1646 году правительство бывшего царского воспитателя, а в тот момент «премьер-министра» Бориса Морозова не только по русской привычке увеличило подати, но и ввело повышенные пошлины на соль, главнейший консервант того времени, позволявший сохранять потребительские свойства пищевых продуктов длительное время. Само собой, продовольствие быстро поднялось в цене, народ начал отказываться от соли, а у производителей и купцов резко упала выручка со всеми вытекающими для их кошельков и казны последствиями. В 1647 году соляной побор был отменён, однако прочие подати остались. Чтобы возместить «выпадающие доходы», власти, естественно, решили сократить расходы, конкретно – жалованье государевым людям. Всё это, помноженное на неприкрытые коррупцию и кумовство, в 1648–1649 годы привело к массовым выступлениям дворовых людей, посадского населения, ремесленников и стрельцов. Но не против царя (сакральность помазанника Божия для русского человека всегда, в том числе и сегодня, неоспорима), а против Морозова и его окружения. Вот как иностранные посланники описывали происходившее в Москве в те дни: «Морозов, для предотвращения бедствия, велел созвать всех стрельцов, числом до 6000, и приказал им выгнать с Кремлёвской площади мятежную толпу и подавить волнение. Но стрельцы воспротивились такому приказанию… [После жалобы царю и его превратно истолкованного совета поговорить с Морозовым лично] толпа вместе со стрельцами, по недоразумению полагавшими, что им самим нужно разобраться с Морозовым, бросилась к дому Морозова и принялась его штурмовать. Навстречу им вышел управитель Морозова, по имени Мосей, и хотел их успокоить, но они тотчас сбили его с ног и умертвили ударами дубины… Когда этот Мосей, управитель Морозова, был умерщвлён таким плачевным образом, весь народ, также и стрельцы, принялись грабить и разрушать дом Морозова так, что даже ни одного гвоздя не осталось в стене; они взламывали сундуки и лари и бросали в окошко, при этом драгоценные одеяния, которые в них находились, разрывались на клочки, деньги и другая домашняя утварь выбрасывалась на улицу, чтобы показать, что не так влечёт их добыча, как мщение врагу». В ходе Соляного бунта были убиты многие представители высшей власти: толпа забила до смерти «автора» соляного побора дьяка Назария Чистого и буквально растерзала в Кремле двух начальников приказов – Леонтия Плещеева и Петра Траханиотова. Самого же Морозова под усиленной охраной спешно вывезли в северный Кирилло-Белозерский монастырь. Впрочем, ссылка продлилась недолго, и вскоре тот вернулся в Москву, правда, ключевых должностей, дабы не дразнить гусей, уже не занимал. К слову, Соляной бунт был подавлен не только силой, но и хитростью. Чтобы расколоть ряды протестующих и возродить в стрельцах расположение к власти, военным выдали двойное денежное и хлебное жалованье, а царь и бояре принялись наперебой зазывать служивых на примирительные обеды, на которых жаловали награды, сукно, пивные и винные бочки. Тем не менее бунт не на шутку испугал молодого Алексея Михайловича, побудив того лично заняться государственными вопросами, в частности приступить к разработке Соборного уложения, принятого в 1649 году. Несмотря на подавление бунта в столице, всполохи народного негодования продолжились на местах: в 1648 году мятежи были отмечены в Козлове и Сольвычегодске, в 1649 году в последний момент был предупреждён московский мятеж закладчиков, в 1650 году произошли выступления во Пскове и Новгороде, наконец, в 1662-м в Москве разгорелся Медный бунт, о котором мы сейчас и поговорим. МЕДНЫЙ БУНТ Начавшаяся в 1654 году длительная война с Речью Посполитой вновь потребовала от казны больших расходов. Осторожное (ещё свежи были воспоминания о Соляном бунте) повышение налогов результата не дало, и тогда группа очередных «реформаторов» во главе с Афанасием Ординым-Нащокиным предложила царю провести «медную» эмиссию – наладить чеканку медных денег по номиналу серебряных. Увеличить производство собственной серебряной монеты Русь тогда не могла, так как своих серебряных рудников у страны ещё не было, а первые бумажные ассигнации появились в России лишь в 1769 году при Екатерине II. (Не правда ли, похоже на некоторые современные предложения завалить страну необеспеченными деньгами и тем самым решить все экономические вопросы? Похоже. А теперь – что из этого вышло.) Медные деньги начали чеканиться сразу в Москве, Новгороде и Пскове. Жалованье выплачивалось медью, но вот подати и сборы собирались серебром. Бесконтрольный выпуск медных денег предсказуемо привёл к их обесценению и, несмотря на запретительный царский указ (снова что-то знакомо-запретительное, не так ли?), к повышению розничных цен, прежде всего на хлеб. Бунт вспыхнул летом 1662 года. Но «спусковым крючком» стал вовсе не рост цен или безответственная правительственная политика, а обвинения царского тестя Ильи Милославского, а также нескольких членов Боярской думы в том, что они вступили в коллаборационистский сговор с враждебной в тот момент Польшей, одним из следствий которого и стало повышение цен на всё и вся. Разъярённая толпа числом до пяти тысяч человек по обычаю разгромила дома главных «шпионов» и двинулась на этот раз не в Кремль, как при Соляном бунте, а в Коломенское, где в загородном дворце проводил свой «отпуск» царь. Алексей Михайлович, набравшийся популистско-демагогического опыта общения с народом ещё во время Соляного бунта, естественно, пообещал уменьшить налоги и покарать нерадивых. Удовлетворённые челобитчики двинулись обратно, но встретили «вторую волну» протестующих, возмущённых тем, что в Москве служивые люди начали уничтожать расклеенные по всему городу листовки («воровские листы»), в которых рассказывалось о роли высокопоставленных «преступников» в народном обнищании. Разминулись бы тогда две нестройные колонны – и никакого Медного бунта не случилось бы. Но в русской жизни (да и не только в русской) всегда была велика роль случая, «чёрного лебедя» как символа непредсказуемости. Сдвоенная толпа развернулась обратно к Коломенскому. Но там их уже ждали стрелецкие полки и царские наёмники. В результате неравной схватки до тысячи человек были убиты и утоплены в Москве-реке, а ещё до трёх тысяч арестованы. Бунтовщиков пытали, отсекали руки и ноги, клеймили лица, ссылали в самые дальние уголки Руси: в Сибирь, Казань, Астрахань, на Соловки. Многим «повезло» ещё меньше: их с завязанными руками и ногами сажали в большие лодки-баржи и пускали ко дну на Москве-реке. К тому же всех грамотных москвичей обязали сдать образцы почерков для выявления изготовителей листовок. Впрочем, «писателей» так и не нашли. В итоге, помимо традиционного монаршего головотяпства, подметим ещё одну «наследственную» черту русского государственного управления – слепоглухоту власти, хронически не умеющей распознать ухудшение социального самочувствия при наличии соответствующих «глаз» и «ушей». В начале 1660-х годов, как и в другие исторические периоды, царь и элиты до последнего надеялись, что грозовые тучи разойдутся сами собой, а может, просто не знали, что предпринять. Медные деньги? Ах да – их выпуск был прекращён в 1663 году. ХОВАНЩИНА В преддверии рассказа о Хованщине необходимо сделать несколько важных вводных замечаний. Правление сына царя Алексея Михайловича, Фёдора Алексеевича, было недолгим: через шесть с небольшим лет, 27 апреля 1682 года, в возрасте 20 лет он отошёл в мир иной, не оставив распоряжений относительно престолонаследия. Единственный ребёнок царя Фёдора – Илья Фёдорович умер в 1681 году, во младенчестве, с разницей в несколько дней с матерью, царицей Агафьей. У Фёдора остались старшая сестра Софья (дочь Алексея Михайловича от брака с Марией Милославской) и два малолетних брата: Иван (сын от первого брака с Милославской) и Пётр, тот самый Пётр I (сын от второго брака с Натальей Нарышкиной). Царевич Иван был старше Петра почти на шесть лет, но в силу болезненности управлять страной не мог. Поговаривали, что «царевич Иван был хилый, болезненный мальчик с ограниченными умственными способностями», но, вероятно, это был наговор со стороны Нарышкиных в борьбе за царский трон. Не в состоянии руководить государством был и девятилетний Пётр, крепкий и здоровый мальчик, но слишком юный для исполнения царских обязанностей. Власть фактически перешла к царевне Софье. Смерть молодого царя породила не только безвластие, но и предсказуемое противостояние в верхах (после смерти Фёдора Алексеевича часть бояр сделала ставку на Милославских, другая – на Нарышкиных), вылившееся в Стрелецкий бунт 1682 года, также известный как Хованщина, по фамилии главы Стрелецкого приказа князя Ивана Хованского. Стрелецкий бунт стал одновременно наглядным свидетельством укоренившейся на Руси моды использовать армию как инструмент решения элитами клановых задач, так и отчасти попыткой вернуть страну к «прежней вере». Стрельцы же собственной «повестки» не имели, если не считать недовольства зарвавшимися, погрязшими в воровстве командирами и перспективами понижения стрелецкого статуса до уровня городской полиции. 27 апреля 1682 года, в день смерти Фёдора Алексеевича, Нарышкины, заручившись поддержкой патриарха, поспешили возвести на престол малолетнего Петра (высочайший документ от 27 апреля 1682 года озаглавлен как «Объявление о кончине Государя Царя и Великого Князя Фёдора Алексеевича и об избрании на Всероссийский престол благоверного Государя Царевича и Великого Князя Петра Алексеевича»). Тут же взбунтовались Милославские, указав на нарушенный порядок престолонаследия по старшинству. Милославские и подбили стрельцов на бунт, формальной причиной которого стала «утка» об удушении царевича Ивана (на Руси, как мы уже видели на примере Соляного и Медного бунтов, повод для волнений крайне редко соответствовал реальности). О старообрядцах, как видите, пока ни слова. 15 мая под предлогом отмщения за царевича стрельцы, ведомые Милославскими, захватили Кремль. Их не остановило даже то, что царевна Софья вывела на Красное крыльцо обоих братьев, целых и невредимых. Поскольку предлог оказался ложным, а первые кровавые шаги уже были сделаны (к тому времени начались расправы над Нарышкиными и некоторыми стрелецкими командирами), возник классический русский бунт, тот самый «бессмысленный и беспощадный», как позднее охарактеризовал его классик. За три дня стрельцы «бессмысленно» убили многих не успевших укрыться членов клана Нарышкиных, а также некоторых стрелецких начальников и их родственников (стрельцы не без оснований опасались мести). Убили даже лекаря покойного Фёдора Алексеевича за то, что он якобы давал усопшему Государю отравленные снадобья. Власти в те дни в стране не было, вместо неё гуляла вольница обезумевших от вина и безнаказанности «беспощадных» мятежников. 19 мая стрельцы подали челобитную, правда, неизвестно кому (видимо, Петру, против восшествия которого на престол они под началом Милославских выступали; не Ивану же с Софьей), в которой ультимативно потребовали выплатить им долги по жалованью общей суммой в фантастические 240 тысяч рублей. Челобитная была вынужденно удовлетворена, и царевна Софья, вообще-то на тот момент ещё не обладавшая властными полномочиями, распорядилась собирать деньги по всей стране, начав с переплавки и продажи золотой и серебряной посуды из царской столовой. 23 мая стрельцы с подсказки Милославских предъявили новое требование: венчать на царство сразу обоих царевичей. Причём Иван V должен был стать старшим царём, а Пётр I – младшим. Это условие также было выполнено: 26 мая издан Акт «О совокупном восшествии на Всероссийский Престол Государей Царей Иоанна Алексеевича и Петра Алексеевича и о вручении, за малолетством Их, управления государственными делами Сестре Их, Царевне Софье Алексеевне», а 25 июня состоялся «Церемониал о венчании на Царство Великих Государей, Царей и Великих Князей Иоанна Алексеевича и Петра Алексеевича». Старообрядческая тема стала заметной лишь в конце июня 1682 года, когда среди стрельцов, не знавших, что им делать дальше, стало ощутимым влияние наивных старообрядческих лидеров (к тому же князь Хованский тайно придерживался старообрядческих убеждений). Престол поделили, жалованье получили, Москву на уши поставили – как бы ещё покуражиться? В те дни чаша весов начала склоняться от мятежников к власти. Во-первых, посвящение в государи прошло не по старым, как настаивали стрельцы, а по новым церковным книгам. Во-вторых, религиозный диспут, запланированный на 23 июня, состоялся только 5 июля и не на Лобном месте, а в Грановитой палате (собственно, никакого диспута и не было, случилась перепалка с потасовкой, что, однако, было расценено стрельцами и старообрядцами как победа). В-третьих, уже в начале июля некоторые стрельцы понесли повинные властям, что «стоять за веру – не их дело», и сами переловили старообрядческих заводил. Один из них, бывший суздальский поп Никита, 11 июля был обезглавлен на Красной площади. Дальнейшее было делом техники, и Софья Алексеевна провела операцию по возвращению власти с блеском. 19 августа в Донском монастыре должен был состояться крестный ход, в котором по обычаю принимала участие царская семья. Воспользовавшись этим, высочайшая династия под охраной верных царских стольников выехала якобы в Донской монастырь, но по пути свернула в Коломенское, откуда к 14 сентября добралась до села Воздвиженского, неподалёку от Троице-Сергиевого монастыря. Здесь же собрались члены Боярской думы и участники дворянского ополчения. Почувствовав, что судьба отвернулась от них окончательно, Хованский с сыном отправились в Воздвиженское на переговоры о будущем государственном устройстве, но неподалёку, в Пушкино, были схвачены. 17 сентября, в день рождения Софьи, Хованских привезли в Воздвиженское, где в присутствии нескольких бояр им было предъявлено обвинение в намерении завладеть престолом и вынесен смертный приговор, тут же приведённый в исполнение. Видимо, в подарок регентше (снова традиция?). По возвращении в столицу мать Петра Наталья Кирилловна предпочла постоянно жить вместе с сыном Петром Алексеевичем не в Кремле, где по-прежнему хозяйничали Милославские, а в подмосковном селе Преображенском. Там они наверняка не раз вспоминали ужасы Хованщины: ведь практически все трагические события происходили на глазах царевича, оказав огромное негативное воздействие на его психическое здоровье. Кстати, когда в 1698 году возник ещё один стрелецкий бунт, инициированный опальной к тому времени Софьей Алексеевной, повзрослевший Пётр, срочно вернувшись из-за границы, принял личное участие в «великом розыске» и последующих казнях. Как отмечали иностранцы, «видели, как он за один вечер собственными руками отрубил двадцать голов, и слышали, как он хвастал своей ловкостью». Общее число казнённых стрельцов в те дни измерялось тысячами, тела в назидание зарывали вдоль дорог, а немногие оставшиеся в живых стрельцы вместе с семьями и родственниками ссылались на окраины страны. Памятуя о налёте на Хованщину старообрядчества и, естественно, в продолжение дела своего отца, Софья Алексеевна быстро издала указ, впоследствии названный законом «Двенадцати статей царевны Софьи». Вот их краткое осовремененное изложение от историка Фёдора Мельникова: «Кто распространяет старую веру, тех приказано пытать и сжечь в срубе, а пепел развеять; кто тайно будет содержать древнюю веру, тех нещадно бить кнутом и ссылать в отдалённые места. Приказано бить кнутом и батогами даже тех из верующих людей, которые окажут хотя бы какую-нибудь милость гонимым христианам: дадут им или поесть, или хоть только воды испить… Всякое имущество староверов: дворы, поместья, вотчины, лавки и всякие промыслы и заводы – приказано отбирать и отписывать на «великих государей». Всё, круг замкнулся. Преследование собственного народа, развязанное царскими и церковными властями, действовавшими в рамках «правового поля» (Соборного уложения 1649 года), не оставляло народу выхода – только самоистребление или бегство. Повсюду говорили о «сжигавшихся сотнями и тысячами невинных жертвах». К примеру, синодальный историк Пётр Смирнов констатировал со ссылкой на документы той эпохи, что только «в 1687 году в местечке Берёзове Олонецкого края сгорело более тысячи человек во главе с неким Пименом. В том же году в Палеостровском монастыре, что на острове, в самой северной части озера Онежского, инок Игнатий сжёгся с 2700 раскольников. В Сибири пример самосожжения, с 1700 жертвами, показал ещё в 1679 году поп Дометиан». А сколько безвестных гарей случилось в других уголках бескрайней Руси? МЕНТАЛИТЕТ? …Задолго до ратных подвигов в Русско-японскую, а особенно в Великую Отечественную войну многим исследователям Раскола было ясно, что они открывают прежде малоизведанные черты русского менталитета. Ещё в 1871 году Николай Костомаров, рассуждая о гарях, приходил к следующему выводу: «Раскольничьи самосожжения были в своё время такими же геройскими подвигами, какими бы теперь считали решимость защитников отечества лучше погибнуть в крепости, взорвав её на воздух, чем сдаться неприятелю». Костомаров как в воду глядел. Вот, к примеру, что сообщал с фронта в начале Великой Отечественной войны начальник Генерального штаба Сухопутных войск вермахта (1938–1942) Франц Гальдер: «На отдельных участках экипажи танков противника покидают свои машины, но в большинстве случаев запираются в танках и предпочитают сжечь себя вместе с машинами». Что касается «погибнуть в крепости», то в историю Великой Отечественной навсегда вошла героическая оборона Брестской крепости: к тому времени враг был уже под Смоленском, а защитники крепости по-прежнему стояли насмерть. «Я умираю, но не сдаюсь! Прощай, Родина!» – надпись, сделанная неизвестным солдатом на стене крепости 20 июля 1941 года. Источник: http://newizv.ru/news/society/28-02-2017/nikita-krichevskiy-k-buntam-v-rossii-privodila-slepogluhota-vlasti
  6. За последней дорогой поганые лица светлы. Как набеглой свободы пожар исполинский светлеет! Я забуду молитвы, глазами окинув углы Всей - нерусской земли, - о, земля никого не жалеет! Меч спокоен и чист. НИ единого пятнышка нет. Он тяжёл или лёгок, я скоро узнаю по звуку. Я тревожно смотрю на великий нерусский рассвет, Поднимая к звезде золотую и смуглую руку. Звери чуют добычу. Я чую добычу, как зверь. Я - из всадников степи, я лёгок, силён и тревожен. Всей - нерусской земле - не уйти от великих потерь, Но я знаю, прости, без меня этот мир невозможен! Вьётся синий туман, укрывая мой сумрачный полк. Вьются тени друзей, как дыханье последнего часа. Ходят волки окрест. Но я тоже в сказаниях волк, Я в легендах - дракон, а в пиру - величальная чаша. Я любить обречён - чёрный лес и великую степь. Мне мешают любить. Как светлы их поганые лица! Что за вечный народ! Где учился смеяться и петь? Это было давно, это было и не повторится. Я пришёл ниоткуда. Глаза мои сини и злы. И доспехи приятны - печаль вековая ковала. Я забуду молитвы, глазами окинув углы, Как тревожно шумит вековечной зари покрывало! Что за вечный народ? Я не знаю, откуда они. Позабытые богом, поганые лица прекрасны! Точно белые храмы, встают осторожные дни, Это мысли мои, холодны, веселы и опасны. Что за вечный народ? Да откуда они, наконец? Вольно княжить над нами, но меч мой хорош для размаха, И простит меня Бог, ни один не ушёл удалец От руки моей лёгкой и воли, не знающей страха! И простит меня Бог, что я крестик ношу золотой Не из веры своей. Как слова мои дерзки и грубы! Я неверьем палим, но тревожной спасён красотой, То боярыни дар, темноликой московской голубы. Веет с юга, собратья! Простор помолился за нас! Ни Бориса, ни Глеба не ждите с высокого неба. Меч мой светлый рассек перевитый забвением час - Ради чёрного стяга и чёрного божьего хлеба! За последней дорогой победная скорбь глубока. Тяжела голова удалая без крепкого тела. Как слетела легко! Чем же сила моя велика? "Я не знаю, кто ты!" - Беспокойная смерть просвистела. "Я не помню, кто ты, - говорю, - и не знаю, кто я. Только вижу теперь, как земля неделимо-богата". Древней кровью чужой золотая полна колея. Где-то люба моя, не она ли во всём виновата?
  7. ПРОЩЕНЫЙ ДЕНЬ Прощеный день, прощеный деньПрости нас, Господи, за теньЧто наводили на плетеньЧто висла брань на вороту И было видно за версту Как лихо врем, скосив глаза, И отпускаем тормоза Как с пулей падает олень Прощеный день, прощеный день
  8. На жёлто-серых склонах в тишине, У стен неопалимых монастырских, Не ангелы в ночи являлись мне, Свидетели ристалищ богатырских, Не чертенята наглые во мгле Неверных дух таинственно смущали, А скорбный свет, горящий на челе И мимо всех плывущий без печали. Откуда в нашем городе-селе Божественные, истинные лики? Есть дивная печать на сей земле! И лес шумит, как Новгород Великий. Смирение гордыни тяжелей! Но тихо отвечают: "Нет гордыни. Но помним дни, как стало веселей, И до сих пор не вышли из пустыни". И вьются складки праздничных одежд, И чёрный воздух празднично струится, И жизнь идёт, и века не боится, Но без страстей, без мира, без надежд. Моя любовь стоит за той чертой. Она уходит, глаз не поднимая; Дорога монастырская, прямая, Полна весенней влажной чернотой. Цветы больные грезят на платках, Те кареглазы, эти синеглазы. Цветы! Цветы! Далёкие рассказы. И воздух пропадает на глазах, Проваливаясь сам в себя, в подвалы Столетия. И жёлтая луна, Как череп лакированный, кивала На голос золотой: весна! весна!
  9. Двунадесять колен любви и ратоборства, И верная земля, и слава дальних мест Забыты наизусть, но вечное упорство Тобой утверждено, Георгиевский Крест. Ни другу, ни врагу постигнуть не удастся, На что нам Божий дар, мерцающий окрест, В лесах и на горах ночного государства, Ты знаешь и таишь, Георгиевский Крест. В молчании святом раскаты океана, И молнии, и гром, и Запад, и Восток, Библейская печаль и радости Корана, Великая земля, чей жребий столь жесток. Но если ты молчишь, и нам даруешь слово, Испепелится пусть и сгинет в свой черед Презрительный оплот позора векового, Да воссияешь ты, венчая свой народ.
  10. Передача храмов РПЦ: кто за, кто против? Исаакиевский собор Фото: Стоп-кадр YouTube Sobesednik.ru поинтересовался у известных и авторитетных людей их мнением о возврате храмов православной церкви. Православная церковь планомерно возвращает себе имущество, которое при советской власти обратили в пользу государства. Попутно прибирая к рукам и то, что никогда ей не принадлежало (как, например, в случае Исаакиевского собора). Николай Сванидзе, журналист и историк: – Я за передачу, но она должна распространяться не только на церковь. Давайте возвратим всем физическим и юридическим лицам земли, квартиры, заводы. Иначе это несправедливо. А власть идет навстречу РПЦ, потому что она занимает идеологическую нишу, которую раньше занимала КПСС. Поэтому и получает самые вкусные куски, используя свои лоббистские возможности. Ксения Сергазина, религиовед: – А почему в Смоленске католикам не возвращают храм, который они просят? И старообрядцам. Если уж отдавать – то всем. Но меня больше всего волнует вопрос сохранности. Есть ли у церкви свои реставраторы, хорошей ли они квалификации? Готова ли епархия нанимать профессионалов со стороны? При нынешней тенденции РПЦ выстраивать «параллельный мир» ответ неочевиден. Георгий Федоров, член Общественной палаты: – К передаче имущества отношусь отрицательно. РПЦ должна проводить в храмах богослужения, да. Но все это должно происходить под государственным патронатом. Я церковь уважаю, но она и так получает от государства слишком много. Андрей Кураев Фото: Стоп-кадр YouTube Андрей Кураев, протодиакон: – У современной России сложные отношения с историей. Пришлось выплачивать и царские долги перед Западом, которые большевики не признавали. Так что и внутри страны государству нужно возвращать имущество. Но если говорить про Исаакиевский собор, то в этой истории я вижу лукавство. Содержать его РПЦ за счет прихожан не сможет, только если прихожанами не станут в полном составе члены кооператива «Озеро». На содержание будут идти деньги города, а прибыль от экскурсий уходить даже не в епархию, а к Патриарху в Москву и там растворяться. Источник: http://sobesednik.ru/obshchestvo/20170120-peredacha-hramov-rpc-kto-za-kto-protiv
  11. Александр Щипков В конце января 2017 года в «Независимой газете» вышла статья академика В.А. Тишкова «Что есть нация. В поисках российской идентичности». Публикация явно имеет целью установить некие концептуальные рамки для ставших в последнее время популярными дискуссий о существовании «российский нации». Содержание статьи В.А. Тишкова вызывает у многих русских православных христиан серьезную тревогу. В первую очередь это касается основной идеи автора — идеи российской нации как «нации наций». Решение проблемы «российской нации» в столь амбициозном формате напоминает модные в 1990-е годы поиски «национальной идеи», которые так ничем и не увенчались. Но сейчас речь идет, ни много ни мало, о возможных изменениях в Конституции — цена вопроса необычайно высока. Текст В.А. Тишкова не содержит в себе ответа на главный вопрос: на основе какой общей платформы — ценностной, культурной исторической, — может быть построена «нация наций» Правда, В.А. Тишков, словно предвидя этот вопрос, спешит заверить читателя в том, что отвечать на него и не нужно, поскольку согласно последним научным данным, нации не возникают сами по себе, но сознательно конструируются: «Ученые-гуманитарии относят понятия «нация», «народ», «общество» к категории социально конструируемых…» Этим автор неявно отсылает нас к одному из самых радикальных направлений западной социальной философии – конструктивистскому. Конструктивисты отрицают историческую реальность таких феноменов как раса, этнос или нация, полагая их некими специально сотворенными «воображаемыми сообществами» (Бенедикт Андерсон), а с ними отрицается и понятие национального суверенитета. Но работа Бенедикта Андерсона «Воображаемые сообщества», сборник «Изобретение традиции» под редакцией Эрика Хобсбаума и Теренса Рейнджера и подобные им тексты были написаны в 1980-е годы и с тех пор успели устареть. Причем не только в чисто научном смысле. Социальная реальность с тех пор сильно изменилась. Сегодня очевидно, что национальные и конфессиональные общности вновь становятся главными акторами истории, а национальная идентичность и традиция составляют тот исторический капитал, который гарантирует устойчивость в современном мире Но все это не мешает автору предлагать «ввести в научный язык возможность двойного смысла, то есть обозначение нацией двух разных типов социальной коалиции людей – общности по государству и общности по схожести культуры». При этом нация-1 должна состоять из множества наций-2. Вообще-то научная терминология всегда стремилась избегать слов с двойным смыслом, как и умножения терминов, применимых к одному понятию. Но это полбеды. Как автор надеется объяснить 150-миллионному населению, что оно принадлежит к двум нациям одновременно, причем одна из них называется так же, как и гражданство, но гражданством все же не является? Мне трудно представить, как мы, обычные люди, вдруг начинаем определять национальную принадлежность не по культурно-конфессионально-языковым признакам (классический «треугольник идентичности»), а мысленно складывать из нескольких национальных «монад» единую Сверхнацию. Известен ли автору хоть один исторический пример такой мегаобщности? Даже американский «плавильный котел» при всей его этнокультурной пестроте не предполагал наличие более чем одной нации, американской Чтобы объяснить неизбежность такого взгляда, В.А. Тишков стремится представить дело так, будто существует лишь два понимания нации. Одно этническое — пещерное, неразвитое. Другое – «гражданское». Причем «гражданское» предполагает именно конструктивистский подход. Но почему-то молчаливо отбрасывается культурно-историческая трактовка национального. Тишков уверенно утверждает: «К сожалению, даже среди просвещенной части общества преобладает старое советское представление о нации исключительно как о типе этнической общности (этноса)». В самом деле? Это что-то новое. Потому что если мы просто заглянем в сталинскую работу «Марксизм и национальный вопрос», то прочитаем там следующее: «Нация есть исторически сложившаяся устойчивая общность людей, возникшая на базе общности языка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры». И где здесь доминирование этнического критерия? Несмотря на искажающее влияние классовых принципов в основе своей это все же социально-культурный подход. Теперь о реальном положении вещей с нацбилдингом в России. Да, национальное строительство в России шло трудно и медленно, прерывалось многократными историческими разрывами. Но недавно оно прошло очень важный этап. Крымский консенсус завершил формирование полиэтничной русской нации, попутно положив конец расколу на «красных» и «белых» И в «Бессмертном полку» сегодня вполне могут нести рядом портреты маршала Жукова и генерала Брусилова. Представления разных этносов и социальных групп отныне вписаны в единую русскую ценностную матрицу – наследие Византии, тоже, кстати, полиэтнической и многокультурной. Когда наших параолимпийцев лишают права на выступления – это вызывает возмущение и в Москве, и в Севастополе, и в Казани, и в Грозном, и в Калининграде, и на Курилах. А также, кстати, и у русских, которые волею судеб проживают в Донецке и Одессе и даже в Париже или Берлине. О чем это говорит? На мой взгляд, о том, что не гении социального инжиниринга формирует нацию, а нация формирует человека, правда, при его согласии и непосредственном личном участии. Потому что законы части всегда подчиняются законам целого, иначе не бывает. Теперь подумаем, что случится, если модель «российской нации как нации наций» будет все же силой навязана обществу. Во-первых, произойдет полный разрыв понятий «русский» – «российский», абсурдный хотя бы по причине его эндемичности. Ведь в английском языке есть только слово «Russian», и данные смысловые особенности для западного человека не различимы. Это значит, что семантические отношения внутри данной лексической пары даже нельзя будет перенести в международный контекст. Они не будут по-настоящему поняты за пределами России Во-вторых, русские лишаются исторической и общественно-политической субъектности. Это, в частности, означает отрицание наличия русских людей и интересов за пределами России, — то есть русского мира — в отличие, например, от англо-саксонского мира, не ограниченного пределами Великобритании (да и США). Интересно, крымчане вернулись в свою историческую гавань как русские или как россияне? Разумеется, как русские. В-третьих, идея многосоставной российской нации упирается в наличие автономий у других этносов и ее отсутствие у русских. Если привести искомую нацию к «российскому» (а не русскому) знаменателю, русские просто выпадают из публичного пространства России. Становятся не институализированной общностью, историческими люмпенами. В-четвертых, при таком сценарии русская традиция с ее византийской преемственностью сразу же попадает в распоряжение представителей конкурирующего украинского проекта. Этот исторический ресурс будет мгновенно перехвачен. В украинской и компрадорской среде весьма популярна идея «российскости» как «ордынства», а украинства — как «подлинной русскости» и «белой расы князя Ярослава». Даже интеллигентные украинцы, которые вслух стесняются называть нас «москалями», избегают называть нас и русскими. Зато охотно говорят: «россияне». Это растянутый во времени процесс, по завершении которого украинцы становятся вновь русскими, а «россияне» оказываются в роли исторических самозванцев. Концепция В.А. Тишкова будет способствовать дальнейшему табуированию темы русской национальной катастрофы и геноцида (Таллергоф и Тирезин, Гражданская война, Великая Отечественная Война, распад СССР, дерусификация Юго-Восточной Украины и др.). Прием данной концепции приведет к реализации доктрины «мира как сообщества регионов» и распаду единых национальных пространств Российской Федерации В общем, обнародованный проект «российской нации» явно не схватывает существующие реалии, плохо вписывается в пространство носителей русского языка, культуры и русской формы православия (русский мир). «Российская нация» имеет смысл только как синоним русской – но тогда, признаться, неясно, зачем без необходимости умножать термины. Да и мнение нации о себе самой кое-чего стоит. Ведь национальная принадлежность определяется не только «треугольником» идентичности, но и внутренним ощущением общности. Оно, это ощущение, не зависит от мнений ученого сообщества. Напротив – консенсус больших групп людей и есть то, что должно быть предметом внимания научного мира. Тогда концептуальные схемы не будут расходиться с реальной жизнью, будут «схватывать» исторический процесс, а не пустоту. Говоря так, мы исходим из положений «Стратегии государственной национальной политики Российской Федерации на период до 2025 года», которые определяет положение русского народа в РФ в качестве «системообразующего ядра» российского общества. Аналогичные положения присутствуют в статье В.В. Путина «Россия: национальный вопрос», «Посланиях» В.В. Путина 2012-го и 2013-го годов. И, наконец, в «Крымской речи», произнесенной им в феврале 2014 года. Также Владимир Путин говорил о русских как крупнейшем из разделенных народов и о необходимости защиты русских общин за границей. Способны ли русские, состоявшись как нация, еще и выполнить свою миссию — сохранить для мира ценности, лежавшие в основе единой христианской цивилизации? Если они не станут жертвами. https://um.plus/2017/02/14/vopros/
  12. Церковь пересматривает отношения с государством перед президентскими выборами Исаакий задал тренд на отъем собственности в пользу РПЦ Текст Виктория Кузьменко Новый 2017 год Русская православная церковь начала с масштабных планов по реституции. Например, в воскресенье, 5 февраля, завершится передача церкви Сампсониевского собора в Санкт-Петербурге. На подходе — Исаакиевский собор, который отойдет ей в ближайшем будущем «в безвозмездное пользование» на 49 лет. В Санкт-Петербургской епархии также твердо намерены получить в долгосрочное пользование храм Спаса-на-Крови. Успехи РПЦ в Петербурге вдохновили на активные действия Симферопольскую и Крымскую епархию. Она собирается вернуть себе 24 объекта на территории музея-заповедника «Херсонес Таврический». С нетерпением ждут в РПЦ окончательной передачи ей Рязанского кремля в 2018 году. Но все это — крупные и резонансные проекты церкви. Есть и менее масштабные проявления этой новой волны реституции, которые представляются гораздо более спорными. Например, в Ставрополье РПЦ претендует на бывшие монастырские земли, где сейчас стоит жилой дом. А в нем живет ветеран Великой Отечественной войны. В Рязанской области жертвой возвращения монастырских земель стала бывшая узница концлагеря. И это — только получившие огласку истории. Нынешняя активизация РПЦ в вопросе возвращения своей собственности — признак того, что отношения церкви с обществом и государством меняются, уверен профессор департамента политической науки НИУ ВШЭ Святослав Каспэ. И Исаакиевский собор вместе с «Херсонесом» — это пробные камни в оба огорода. ― Наблюдаемая нами волна возвращения церковной собственности ― это новый феномен или многолетний вялотекущий процесс, который получил такой резонанс в связи с передачей Исаакиевского собора? ― Эта история вяло течет уже четверть века, с тех пор, как была декларирована сама идея и необходимость возвращения «имущества религиозного назначения». В этой истории периодически случаются обострения, сейчас мы наблюдаем одно из них. Я думаю, что, с одной стороны, неслучайно это обострение несколько выходит по своим масштабам за рамки предыдущих эпизодов. С другой стороны — весь этот сюжет стоило бы рассматривать в более широком контексте, потому что он может быть предвестием неких значительных перемен в российских церковно-государственных, церковно-общественных и общественно-государственных отношениях. Проблема заключена именно в этом треугольнике — «Церковь-государство-общество». Вид на Владимирский кафедральный собор в национальном заповеднике «Херсонес Таврический». Фото: Наталья Гарнелис / ТАСС ― Чем нынешнее обострение выходит за рамки предыдущих? ― Все, что сейчас происходит в нашей стране, так или иначе находится в тени предстоящих президентских выборов и неясности их сценария. Эта ситуация повышенной неопределенности побуждает самых разных акторов пытаться играть на повышение ставок. В данном случае нельзя сказать, что играет именно РПЦ как субъект, ведь она не является монолитным актором. В случае с Исаакием понятно, что это личная инициатива патриарха (хотя есть версия, что кашу заварил петербургский митрополит Варсонофий, и ему же придется ее расхлебывать). По крайней мере, петербургские власти ссылаются на договоренности между губернатором Полтавченко и патриархом Кириллом. В случае Херсонеса ясности меньше, тем более что предыдущая попытка его обретения была неудачной. Видимо, рассчитывая, что в этой ситуации предвыборной неопределенности кремлевские власти не рискнут ухудшать отношения с Церковью. Но при этом, вероятнее всего, параллельно развиваются инициативы патриарха и патриархии — и самодеятельные инициативы «с мест». Которых, наверное, будет становиться все больше. ― Можно сказать, что раньше РПЦ было сложнее добиться передачи ей собственности, чем сейчас, или в таких вопросах власть всегда шла навстречу? Власти далеко не всегда шли навстречу. И сейчас не всегда идут. Видимо, имеет место прощупывание почвы со стороны Церкви — что удастся, что не удастся... ― На фоне историй с Херсонесом и Исаакием есть более мелкие январские инциденты — с ветераном Великой Отечественной в Ставрополе и узницей концлагеря в Рязанской области. Эти случаи — это такие производные от Исаакия, реакция на него? ― Нет. Русская православная церковь вообще не существует как единый политический, экономический или социальный актор и не должна таковой быть по своим же собственным канонам. Дисциплина, вертикаль власти в Церкви гораздо слабее, чем представляется светскому наблюдателю. Другое дело, что есть некая атмосфера. Каждый епископ, поп, настоятель монастыря улавливает в этой атмосфере что-то свое. И мы в основном обращаем внимание на тех священнослужителей, которые попадают в основной новостной поток, чьи частные действия рифмуются с макрособытиями вроде Исаакия или Херсонеса. Тем более что степень недовольства нынешним патриархом, и без того немалая, возросла после его встречи с Папой Римским. Поэтому я лишь в некоторой степени готов считать все эти события звеньями одной цепи. И уж точно это не такая цепь, которую разматывает и которой размахивает один-единственный субъект. Улица Октябрьская, 233, Ставрополь. Эта земля до революции принадлежала Иоанно-Мариинскому женскому монастырю. РПЦ хочет вернуть ее, выселив ветерана ВОВ ― В рамках этой реституции, как можно заметить, церковь возвращает себе только крупные и особо ценные культурные объекты. Возникает вопрос: мы просто не знаем о других случаях, когда она возвращала себе, например, разрушенные церкви в глубинках, или церковь этого не делает? ― Это один из самых недооцененных аспектов проблемы. Само слово «возвращение» некорректное. В случае с тем же Исаакием и со множеством других объектов Церковь не претендует (хотя по закону имеет на это право) на передачу этих объектов в собственность. Она просит передать их в пользование. И это понятно, потому что принятие в собственность означает и принятие на себя бремени всех расходов по содержанию. В случае с памятниками культуры и истории расходы колоссальные. В действительности же приходская жизнь — это чрезвычайно бедная жизнь. Это объективная реальность: у церковных приходов, малых епархий нет достаточных средств. Может возникнуть вопрос о том, насколько честно требовать себе то, что ты не можешь содержать. Я не хотел бы им задаваться — кто я такой, чтобы подвергать Церковь моральному суду? Более интересный вопрос — зачем? Зачем это вообще делать? В том же Исаакии богослужения совершались без каких-либо проблем (проблемы и протесты начались как раз сейчас). С другой стороны, все представители Церкви в один голос утверждают, что с передачей собора Церкви ничего не изменится, все его музейные функции будут исполняться в прежнем объеме. Если ничего не изменится, тогда зачем что-то менять? Я не понимаю. Вообще же Церковь — это огромное сообщество, которое живет своей многообразной жизнью. Мы знаем множество храмов, которые восстанавливаются чуть ли не по бревнышку нищими попами с помощью столь же нищих местных жителей. Статистически полной картины на этот счет нет ни у кого. Но говорить, что этого не происходит, нельзя. Да и в Херсонесе мы имеем дело, по сути, с тем же индивидуальным порывом местного протоиерея отца Сергия. Мы пытаемся собрать мозаику из этих индивидуальных порывов, но она не сможет получиться логически непротиворечивой. ― В начале разговора вы упомянули, что нынешняя активность РПЦ — это симптом перемен в треугольнике отношений «церковь-государство-общество». Что вы имели ввиду? ― У нас по Конституции, да и де-факто, светское государство. Оно находится в формальном партнерстве с Церковью, да. При этом РПЦ все чаще предъявляет к государству свои претензии и рассчитывает на их удовлетворение. Со стороны государства претензий к Церкви что-то незаметно. И есть общество: большая его часть безмолвствует, но в нем есть активные меньшинства — и «либеральных», секулярных критиков Церкви, и «православных» радикалов, к самой Церкви имеющих очень косвенное отношение. Государство оказывается меж двух огней, потому что оно не может однозначно склониться ни на одну, ни на другую сторону. Государство пытается маневрировать. Причем государство-то — это не только Кремль. Каждый губернатор выстраивает свою линию поведения, многие из них находятся в очень сложном положении... И у меня такое чувство, что тот раскол по линии религия-государство, который был системообразующим для большинства западных демократий, у нас тоже может выдвинуться на первый план. Уже выдвигается. Пока медленно. Но если в России, не дай Бог, стрясется что-нибудь посильнее Pussy Riot (а оно технически возможно не только в России, но всегда и везде, потому что для этого достаточно пары придурков — не будем забывать, например, недавнее нападение на мечеть в Канаде), то этот раскол будет моментально выявлен и проявит себя в очень жесткой форме. ― Есть ли какие способы урегулирования этих болезненных отношений РПЦ и государства? ― С одной стороны, их нужно терпеливо и мучительно выяснять, прояснять и регулировать. Быстро это никогда не получается. Во Франции это заняло примерно 100 лет. Столько времени потребовалось для того, чтобы заложить хотя бы основы сосуществования доминирующей светской и периферийных религиозных субкультур, прежде всего католической. Здоровые политические, гражданские нации рождаются только в результате и по итогам этого процесса. С другой стороны, есть некоторые способы, которые могут облегчить эти муки, хотя бы немного приблизить достижение консенсуса. У нас, например, была во многом наивная, но в целом разумная и полезная попытка Михаила Прохорова — когда он еще занимался политикой. Среди его тогдашних инициатив была разработка «Религиозного кодекса» — большого законодательного акта, который бы суммировал, переформатировал и оптимизировал структуру отношений между государством, религиозными организациями и обществом на началах взаимной честности и прозрачности. Конечно, одним законодательным актом такую проблему не решить, но это, мне кажется, был неплохой пример движения в верном направлении. Эта инициатива была свернута вместе со всей политической активностью Прохорова. Но она хотя бы была. ― Как вы думаете, после президентских выборов взаимоотношения РПЦ и государства будут меняться? — Они бы и без президентских выборов менялись, потому что они все время меняются. Так далеко никакой ответственный аналитик заглядывать не будет. Сегодня прямо на наших глазах идет проба сил. А какими в итоге окажутся силы и их баланс, сейчас сказать невозможно. Источник: https://openrussia.org/notes/706074/
  13. Цену всему знал лишь трактирщик Паливец,И оглашал каждый несвежий день.Здешняя жизнь - это сплошное палево,Лишь идиот не позабыл надежд.Что за цена? Гуглите и обрящете.Книжки читать - слишком занудный труд.Ведь динамит, что заколочен в ящике,Снова дымит, и старики поют.И заведен старым сапером ВодичкойВ сотый трактир бравый бродяга Швейк,Чтобы зажечь вечер хитом сегодняшним,Пусть под столом шпики танцуют брейк.Царский портрет плотно засижен мухами,Своры собак шастают по дворам,Полнится сеть котиками и слухами,Злой фелькудрат шнапс предпочел дарам.Вновь Фердинанд ловит семь пуль в Сараево,Скоро война выпустит черных птиц.Цену всему знал лишь трактирщик Паливец,Помни и ты, и не переплати. http://www.stihi.ru/2016/10/25/3735
  14. Духовной жаждою томим,В пустыне мрачной я влачился, —И шестикрылый серафимНа перепутье мне явился.Перстами легкими как сонМоих зениц коснулся он.Отверзлись вещие зеницы,Как у испуганной орлицы.Моих ушей коснулся он, —И их наполнил шум и звон:И внял я неба содроганье,И горний ангелов полет,И гад морских подводный ход,И дольней лозы прозябанье.И он к устам моим приник,И вырвал грешный мой язык,И празднословный и лукавый,И жало мудрыя змеиВ уста замершие моиВложил десницею кровавой.И он мне грудь рассек мечом,И сердце трепетное вынул,И угль, пылающий огнем,Во грудь отверстую водвинул.Как труп в пустыне я лежал,И бога глас ко мне воззвал: «Восстань, пророк, и виждь, и внемли,Исполнись волею моей,И, обходя моря и земли,Глаголом жги сердца людей».
  15. * * *Он стоит посреди оживленной огромной улицы, Извивающейся и сверкающей, как питон, Наблюдая, как люди бегут, под зонтом сутулятся Или курят подолгу, уставившись на бетон, Говорят по мобильному, плачут, считают выручку, Провожают, встречают, тяжелый несут багаж, Демонстрируют верность, терпение, гнев и выучку, Принимая за откровенье любую блажь. Наблюдает за каждым с рождения и до старости, Выводя их на свет сквозь ужасно густую тьму, Сердце рвется его, исполняясь любви и жалости, Всякий раз бесконечно к любому и одному... Что поделаешь с нашим бессмысленным горьким опытом? С гордой ересью правды? С жестокостью наконец? На табличке в руках бездомного "Царь"... чего-то там, Рядом крепкие гвозди и в черных шипах венец. http://www.stihi.ru/editor/2017/02/07/12134
  16. Пожарной лестницей (спустившейся с небес)Дежурный ангел, облачившийся в дерюги,Оставив крылья, не в полёте, но в ходьбе,Как дождь февральский снизошёл с утра на юге.Смотри – расхлябаны дороги и дома,Смотри – менты едят хычины у вокзала.И рыба в тазике, сошедшая с ума,Пока торговка отвернулась, мне сказала«Февраль. Достать чернил…» И ангел шёл за мной,И было утро сонным, как по воскресеньям.И только строчки наплывали тишиной,И никакого не было от них спасенья. 5 февраля 2017 года http://www.stihi.ru/avtor/ionneya
  17. Снегопад давно прошел, небо чистое, Вновь дерутся клерикалы с атеистами, Знать, проблемы решены все в Отечестве... Эх, ребята, что же вам - делать нечего? А они гундят-бубнят, "вы, мол, изверги- В академии сидят злые Гинзбурги, Все масоны и жыды- по традиции, Не хватает, блин, на вас Инквизиции". А другие говорят: "карты краплены- В патриархии сидят злые Чаплины, Нет терпимости у вас - лишь агрессия, Развели тут, вашу мать, мракобесие". Что ж рубахи рвёте вы, ведь неправильно- Вам охота глотки грызть из-за Дарвина, Покрывать друг друга разными матами Всех склоняя обезьян с их приматами. А они гундят-бубнят, "вы, мол, изверги- В академии сидят злые Гинзбурги, Все масоны и жыды- по традиции, Не хватает, блин, на вас Инквизиции". А другие говорят: "карты краплены- В патриархии сидят злые Чаплины, Нет терпимости у вас - лишь агрессия, Развели тут, вашу мать, мракобесие". А народ дичает так - не по Гинзбургу, На астрологов глядит в телевизоре, Ясновидцы, колдуны, маги с мантрами... Скоро сами станем мы - питекантропы. А они гундят-бубнят, "вы, мол, изверги- В академии сидят злые Гинзбурги, Все масоны и жыды- по традиции, Не хватает, блин, на вас Инквизиции". А другие говорят: "карты краплены- В патриархии сидят злые Чаплины, Нет терпимости у вас - лишь агрессия, Развели тут, вашу мать, мракобесие". Только мой напрасен стих - к этой братии По причине их большой антипатии Не унять и не разнять - дети малые, Вновь дерутся атеисты с клерикалами... 2009
  18. Всё выпить – до последней капли,До самой маленькой, до донца…А где-то дышит остров Капри,Над ним всегда сияет солнцеИ городок Альбарабене, Где камни белые в расплавеИ волны моря в лёгкой пене –Всё из другой какой-то яви…А в этой – больше капель горькихПод взглядом звёзд, молчащих строго,И глаз, невыносимо зоркихБезмерно любящего Бога.И пью судьбу я как касторку,Давясь, гневясь на эту гадость,Не вспоминая про МайоркуИ прочую земную радость.Но кто-то, кто меня мудрее,Мне шепчет из глубин: «не сетуй»И с каждой каплей в сердце зреетБлагословенье чаше этой… http://www.stihi.ru/2017/02/07/6715
  19. Сколько раз чужеземцы-враги Наши храмы сжигали дотла, Оставляя огня очаги. Только вера сгореть не могла! Беспощаден военный поход: Страшно видеть разрушенный храм, Но страшнее, когда твой народ Разрушает отечество сам! Стерта память, в душе пустота. Крест поверженный. Ангельский плач. Мир неистово гонит Христа, Словно некогда римский палач. Но во мраке надежда светлей, Не воротишь историю вспять: Вышло время разброса камней, И теперь их пора собирать: Осквернённую Церковь свою. Из руин восстанавливать вновь. Что ценнее победы в бою? Нас сплотить может только любовь. Тяжек душеспасительный труд, Взятый батюшкой на себя: Храм разрушенный воссоздает, Снова к Богу людей приведя. Снова истиной путь освятив, В отступившей безверия мгле, Словно гвоздики, мир наш скрепив, Храмы вечно стоят на земле! Храм живет и молитвою дышит - Все на службу идут, стар и мал. Только Ангел - Хранитель услышит, Как священник за веру стоял, Повторяя в момент запустенья, Проходя мимо страшных руин: “Сыне Божий, подай нам прощенье!”– И крестом вновь себя осенил. Сколько веры и сил, сколько лет Нужно чтобы отстроился храм! Но трудней из-за наших сует Церковь в душах отстраивать нам. 2017 Спасибо Марии Козловой!
  20. Сминает февраль новогоднюю вату и с мусором прочим метёт со двора. Мы будем красивы, богаты и святы, и матушка - к нам по заслугам добра. Сломают копыта в прокуренных сенцах все черти и сгинут в исчадиях бед. И только одно благодарное сердце на ощупь находит и выход и свет. А там - на свету - ни друзей, ни соседей, ни нас, уходящих в поток суеты. Где трезвость закона, где хмель милосердья - ни ленточки красной, ни белой черты. Отец Вседержитель Един на Престоле и не отведёт справедливейших глаз. Он для победителей всё приготовил и лишь победителям всё и отдаст.
  21. Ах, какая пропажа - пропала зима! не гнаться ж за нею на север. Умирают снега, воды сходят с ума, И апрель свои песни посеял, Ну да что до меня? - это мне не дано. Не дари мне ни осень, ни лето, Подари мне февраль - три сосны под окном И закат, задуваемый ветром. Полоса по лесам золотая легла, Ветер в двери скребет, как бродяга, Я тихонечко сяду у края стола, Никому ни в надежду, ни в тягость. Все глядят на тебя - я гляжу на одно, Как вдали проплывает корветом Мой веселый февраль - три сосны под окном И закат, задуваемый ветром. Ах, как мало я сделал на этой земле! Не крещен, не учен, не натружен, Не похож на грозу, не подобен скале, Только детям да матери нужен, Ну да что же вы все про кино, про кино - Жизнь не кончена, песня не спета, Вот вам, братцы, февраль - три сосны под окном И закат, задуваемый ветром. Поклянусь хоть на библии, хоть на кресте, Что родился не за пустяками: То ль писать мне Христа на суровом холсте, То ль волшебный разыскивать камень. Дорогие мои, не виновно вино, На огонь не наложено вето, А виновен февраль - три сосны под окном И закат, задуваемый ветром. Ты глядишь на меня, будто ищешь чего, Ты хватаешь за слово любое, Словно хочешь найти средь пути моего То, что ты называешь любовью, Но в душе это дело заметено, Словно крик по ночи безответно, Там бушует февраль - три сосны под окном И закат, задуваемый ветром. 1972 http://song5.ru
  22. Что говорит моим глазам Земля?Что ищет Небо в них, когда слежу я,как тучи-облака легко скользя,зари сшивают рану ножевую?Что шепчет мне прибрежная волна,когда мой слух захвачен тишиною?О чем поет хрустальная струнакапели новоявленной весною?Какие тайны через пальцев дрожьстволы берез шершавые раскроют?Мой Бог, я верю, ты меня найдешьв тот миг, когда пресытившись игроюв познание известного тебе,я осознаю всю тщету стараний,и твой призыв на солнечной трубемне протрубит твой ангельский посланник:и скроется земля из глаз моих,предстанет небо пустотой безбрежной – зеркальным отражением молитвот ищущих, страдающих и грешных. http://www.stihi.ru/editor/2016/11/22/355
  23. 2 Февраля 2017 Когда 1 февраля 2017 года премьер-министр Д.А. Медведев поздравлял патриарха Кирилла с 8-летием патриаршества, глава Русской Церкви отметил, что взаимодействие Церкви и государства «направлено на то, чтобы наша жизнь становилась лучше и духовно, и культурно, и материально, потому что Православная Церковь — это Церковь большинства нашего народа». Однако на основании исследования Левада-Центра от 31 января 2017 года получается, что жители России не считают Церковь и религиозные организации влиятельными институтами. Более того, «Независимая газета» в своей редакционной статье поспешила объявить, что по итогам этого опроса Церковь теряет свое влияние как раз на пике самых острых дискуссий вокруг Исаакиевского собора и попыток запрета театральных постановок в ряде регионов по просьбе местных епархий. Как может сочетаться образ «Церкви большинства» и признание слабости ее роли в обществе? Дело в том, что в реальной жизни православие исполняет много разных функций в глазах граждан – оно может быть символом культуры, истории, государственности, патриотизма, великолепия Церкви, личного благочестия. Большая часть социологических опросов государственных центров (ФОМ, ВЦИОМ) о православии и Церкви приучало и приучает респондентов и читателей к неизбежности быть большинством и уважать православие, не обращая внимания ни на что другое. Опрос Левада-Центра показывает, что люди намного лучше разбираются в церковных вопросах, чем даже многие социологи. Обычные люди, которым задают вопросы о Церкви и религиозных организациях, и отвечают соответственно – не о православии вообще, а именно о роли церковных институтов. Влияние «Церкви и религиозных организаций», согласно опросу Левада-Центра, с 2001 года медленно росло. В 2009 году это влияние достигло пика – 3,42 по пятибалльной шкале, а вот по сравнению с 2016 годом влияние упало – с 3,26 до 3,15, что не является, конечно, столь большим падением. В графике о роли общественных институтов график влияния Церкви ближе всего к показателям графика влияния директоров крупных предприятий. В опросе о доверии «Церкви, религиозным организациям», проведенном в сентябре 2016 года Левада-Центром, всего 43 % заявили о безусловном доверии, а 38% скорее не доверяют религиозным организациям (19% затруднились ответить). Также важно подчеркнуть одно интересное обстоятельство из этого опроса – с 2014 год по 2016 год, судя по графику, доверие к Церкви падало. Насколько Левада-Центр корректно подходит к исследованию роли Церкви в обществе? Многие предыдущие исследования демонстрировали противоречивость картины религиозных предпочтений россиян и их связи с приверженностью к каким-либо религиозным общинам. Вопрос о членстве в Церкви только отпугивает граждан в опросах, хотя рано или поздно его нужно будет задать. Вместе с тем, социологи фиксируют довольно четко – люди отрицательно относятся к тому, что Церковь занимается политикой. Кроме того, своеобразная религиозность россиян, основана, прежде всего, на страхах (Опрос Левада-Центра показал, что употребление слов «секта» и «сектанты» формирует атмосферу враждебности и ненависти). А страхи – это не одно и тоже, что христианская или мусульманская, иудейская или буддистская вера. Ранее, в 2012 году, исследовательская служба «Среда» задавала вопрос о Церкви в новой формулировке в рамках Атласа религий и национальностей (проект «Арена») и предложила гражданам такую опцию: “Исповедую православие и принадлежу к Русской Православной Церкви”. Для тех, кто слышал только мантру про «большинство и 80% православных», стало неожиданностью, что лишь 41% респондентов подтвердили свою принадлежность к РПЦ. В более чем в десятке регионов России принадлежащих к Русской Церкви – около 20% или даже менее. В отличие от опросов Левада-Центра, исследование службы «Среда» было, действительно, массовым и охватило почти 57 тысяч человек. Примерно треть населения страны это и есть потенциальная база поддержки Русской православной церкви. Потенциальность в том, что эта часть населения считает православие не только культурной ценностью, но и связывает РПЦ с патриотизмом и властью, и полагает это чем-то естественным. Однако это не означает, что они являются прихожанами или они готовы выйти на уличную демонстрацию в защиту интересов какой-либо епархии (как отец Дмитрий Смирнов грозил тем, что РПЦ выведет миллион верующих за передачу Исаакиевского собора – реальность этого очень сомнительна). Приверженность к Русской Церкви как институту и как корпорации на деле проявляет не такой уж и большой круг людей. Во-первых, это православные чиновники и бюрократический церковный аппарат, который растет, но все же пока не столь огромен (тогда как не каждый священник поддерживает решения патриарха и готов за них бороться с плакатами на улицах). Во-вторых, это консервативная патриотическая общественность – православные фундаменталисты, то есть люди идейные, как в движении «Сорок сороков» или им подобных, которые выступают против фильма о Николае II и Матильде Ксешинской. Читатель может спросить, а как же прихожане? Они существуют, а их количество и правда растет в последние годы, как и количество приходов, у людей есть потребность в том, чтобы приходить в храм и общаться о духовных вопросах с хорошим добрым священником. Однако для руководства РПЦ работа с разными группами людей в рамках приходов не является приоритетом, поэтому все зависит, как и ранее, от личности настоятеля церкви или епископа, число которых также растет. Боязнь узнать реальное число верующих и их отношение к церковному руководству заставляет избегать проведения любых открытых опросов в епархиях (с речью в Госдуме выступить значительно легче). Вопрос о влиянии РПЦ на общество, на социальную сферу, на реальные нужды людей – также очень сложный, поскольку на этом поле православие конкурирует с другими религиями и конфессиями. Несмотря на массовость зарегистрированных общин РПЦ, количество граждански активных общин и постоянных верующих, социальных инициатив Московского патриархата сравнимо с силой других конфессий - католиков и протестантских церквей (от лютеран и баптистов до адвентистов и пятидесятников) или мусульманских организаций, которые не считают «большинством» (а протестантов считают «меньшинством»). У мусульман и протестантов в реальности по 10 тысяч общин по России и по 3-5 млн активных сторонников (как прихожан, так и людей, вовлеченных в деятельность общин). Но против них используют Закон Яровой и Закон о противодействии экстремизму. Представления о молитве или богослужении в постсоветском обществе настолько дикие и примитивные, что ничего не остается, как воспитывать религиозное чувство с нуля. Чем раньше государство поймет ограниченность политических общественных ресурсов РПЦ и социальную силу других религиозных традиций России, тем выше будет рейтинг Православной Церкви именно как Церкви. И христианство в целом будет восприниматься не как повод для борьбы с Западом, сектами и внутренними врагами, с музеями, а как вера, основанная на Евангелии. Роман Лункин. http://www.sclj.ru/news/detail.php?SECTION_ID=467&ELEMENT_ID=7461 Фото: patriarchia.ru
  24. не останавливай меня бессмысленностью равновесья небес, воды, земли, огня, в которых воцарился весь я - по водороду, плазмой под квазаром, сжатым в точку света разлива многих вод, и от пылинки чувствуется это, и эхо вскрикивает дню навстречу, каждым вдохом словно смеясь вселенскому огню, и миром снова правит Слово, и всё живёт, и свет во мне настолько ярок, что преграда любая рушится, и не сойти в могилу - и не надо...
×

Важная информация