Jump to content
Социология религии. Социолого-религиоведческий портал

Leaderboard


Popular Content

Showing content with the highest reputation since 05/01/20 in all areas

  1. 1 point
    Поздравляем с Днём Рождения Анастасию Сергеевну Гриценко! Желаем приятной работы и деловых успехов, семейного счастья, хорошего отдыха и радостного настроения, блестящих перспектив и заманчивого будущего на вершине пирамиды Розоу!
  2. 1 point
    Поздравляем Александра Сергеевича Агаджаняна с Днём Рождения!!! Счастья, удачи и яркой жизни! Всех благ и отличного настроения!
  3. 1 point
    Поздравляем Павла Ливерьевича Крупкина! С Днём Рождения, Павел Ливерьевич! Удачи в делах, творческого вдохновения, научных открытий и блестящих перспектив!
  4. 1 point
    Rodney Stark Sociology of Religion, Volume 57, Issue 2, 1 July 1996, Pages 163–173,https://doi.org/10.2307/3711948 Published: 01 July 1996 Abstract More than 10 years ago the author proposed a contextual-interactional explanation of the fact that research done on the West Coast fails to find a relationship between religious commitment and delinquency, while studies done elsewhere invariably find a strong negative correlation. Unfortunately, because of various deficiencies, subsequent studies that claimed to test the contextual explanation have not done so — leaving the literature more confused than ever. In an effort to clarify matters, this paper carefully restates the contextual theory and then tests it on data from a very large survey of higfr school seniors. The results demonstrate the existence of a very potent contextual effect. https://academic.oup.com/socrel/article-abstract/57/2/163/1624794?redirectedFrom=fulltext
  5. 1 point
    Сергей Дмитриевич Лебедев опубликовал следующую информацию:
  6. 1 point
    Смерть придет из телевизора Как японские традиционные верования интегрировались в массовую культуру Леонид Макшанов Об авторе: Леонид Андреевич Макшанов – журналист. Движение призрака в «Звонке» на самом деле снято задом наперед, что и создает тот самый жуткий эффект. Кадр из фильма «Звонок». 1998 Женщина с длинными волосами и мертвенно-бледной кожей является сегодня популярным образом в японских «ужастиках». И хотя более близкими для западного человека остаются зомби, вампиры, мумии или на худой конец динозавры, эти фильмы все равно вызывают у нас неподдельный страх, а современные японцы иногда даже верят в существование подобных существ. Откуда же взялся этот образ, как современное кино связано с религией и почему в XXI веке жители Страны восходящего солнца по-прежнему боятся призраков? Онре – так в японском фольклоре называют духов тех, кто умер насильственной смертью и жаждет отомстить своему убийце. Это и есть те самые длинноволосые привидения. Каждая деталь их наружности глубоко символична: бледная кожа свидетельствует о том, что они не принадлежат к миру живых, белые одеяния – отсылка к погребальному платью. Длинные волосы для них – не роскошь, а орудие убийства: так, призрак Хари-онаго имеет на концах локонов острые крючки (или иглы), которыми разрывает жертву на части, а Каяко Саэки, онре из фильма ужасов «Проклятие», иногда использует волосы для удушения. Различные образы женских злых духов начали возникать в патриархальном средневековом обществе – в Японии оно является таковым и теперь, хотя женщинам и дали какие-то права и возможности. Однако раньше у них было гораздо больше поводов для озлобления, ненависти и желания отомстить: мужчина имел право избить свою жену, убить ее или просто бросить, если ему нравилась другая. Есида Сакубеэ, герой одного из рассказов Судзуки Сесан (средневекового японского писателя, самурая и буддийского монаха), бросил жену и сбежал со служанкой. Умерев, несчастная стала всячески покушаться на жизнь бывшего: «Ни молитвы, ни заупокойные службы – ничто не помогало против ее преследования. Случалось, она объявлялась даже днем, и многие ее видели. Охваченный ужасом, Сакубеэ переезжал из одного дома в другой, но призрак уже был тут как тут. В конце концов пережитые муки и страх свели Сакубеэ в могилу». Между делом заметим, что мужчины становились злыми духами куда реже: у них просто не было причин зачем-либо здесь задерживаться. Случались, однако, и исключения: мужчина мог вернуться, если нарушить покой его могилы, призвать, будь то случайно или специально, или если его утащит в свой мир онре. Правда, намного чаще они все же забирали молодых девушек – вероятно, из ревности. Духи противоречия Истории о призраках, в общем, легко сочетаются с картиной мира синто – японской традиционной религии: если весь мир населен духами (ками), то среди них может найтись место и для злых. Индивидуальную душу со временем могут обрести даже неодушевленные предметы вроде кресла, зонтика или куклы. Таких духов называют цукумога-ми («ками, приносящие напасти»). Обычно они безобидны и бунта микроволновки рядовому японцу бояться не стоит, но на плохого хозяина они могут и обидеться. Идея призраков, изначально противоречившая учению дзен-буддизма о цикле рождений и смертей, в конце концов была с грехом пополам решена. В большинстве направлений китайского и японского буддизма в отличие от более древнего индийского существует представление о существовании индивидуальной души, того «нечто», что оказывается включено в круговорот рождений и смертей и перерождается согласно закону кармы. Поэтому привидения могли быть осмыслены как своего рода негативный кармический эффект: если муж бросает жену или, хуже того, ее убивает, она возвращается к нему, жестоко мстит и лишь затем рождается заново. Существовала и другая теория, ассоциировавшая призраков с асурами – воинственными божествами, однако она пользовалась меньшей популярностью. Со временем образ онре претерпевал эволюцию. В представлениях театра Кабуки привидения мстили за свои страдания и несчастья мужьям. Позднее неупокоенные души начали фигурировать в кайданах – страшных историях – и причинять зло незнакомым людям. Так, у Танаки Котаро (рубеж XIX–XX веков) в его кайдане «Пора цветения» самурай встречает юную сироту и из сочувствия решает приютить ее. «Можешь остаться здесь, пока не устроишь свою судьбу», – говорит он ей. Утром, проснувшись и приготовив пищу, самурай приходит в спальню к гостье и видит, что на постели осталась лишь ее голова – тело исчезло. Как выяснилось, голова девицы принадлежала недавно казненной куртизанке. Власти хотели допросить самурая, но он сошел с ума и тем, можно сказать, легко отделался. Призраки большого города На смену кайданам пришли городские легенды, в которых онре стали беспощадно убивать ни в чем перед ними не повинных людей. Призрак с разорванным ртом, которого называют кутисакэ-онна, охотится на детей. В отличие от многих других женских духов у нее есть физическая травма (а значит, и физическая форма), она носит на лице марлевую повязку и через нее общается с пациентами. У призрака девушки по имени Касима Рэйко отсутствуют ноги, поэтому передвигается она на локтях и убивает косой. Ее оружие, кажется, тоже является призрачным, так что онре и цукумога-ми здесь «работают» заодно. Хотя оба этих призрака имеют свои резоны для того, чтобы мстить живым людям (кутисакэ-онна изуродовал ее муж, а Касима Рэйко переехал поезд), особенности их поведения уже трудно объяснить с буддийских позиций, ведь они преследуют не своих обидчиков, а кого попало. Правда, городские легенды не вступают в противоречие ни с традиционной синтоистской религиозностью, ни с теми буддийскими школами, которые полагают возможным перерождение человека в злого духа из-за своей нагруженности аффектами. Образ онре и других женских духов стал коммерчески успешен: достаточно вспомнить такие «хорроры», как «Звонок» и «Проклятие», к которым были сделаны даже американские ремейки. Проникнув в фильмы ужасов других азиатских стран, они, однако же, стали не столь безжалостными. В таиландском фильме «Призрак в комнате» главный герой переезжает в квартиру, где до него жила молодая девушка – как выяснится позже, жестоко убитая. Привидение влюбляется в нового жильца и начинает из ревности убивать женщин, которые с ним флиртуют или выказывают ему какие-либо знаки внимания. В японском кино такой поворот едва ли возможен. Токайдо Ёцуя кайдан – одна из самых известных японских легенд, которую десятки раз ставили в театрах и адаптировали для кино. Гравюра XIX века Образы длинноволосых духов в Японии эксплуатируют не только в кино, но и в рекламе. Например, в ролике зимних шин люди едут на машине в лесу ночью, подвергаются нападению женщины с разорванным ртом и спасаются только благодаря лучшим на свете шинам. Несмотря на то что такая опасность поджидает каждого из нас, мы не можем назвать точную марку – это могут счесть коммерческой рекламой. Отличительной особенностью японских «ужастиков» является то, что герои в них чаще всего погибают. Во всяком случае, они никогда не обращаются за помощью к каким-нибудь жрецам синто или буддийским монахам. Защитные ритуалы у них тем не менее существуют. В кайданах и средневековых легендах буддийские монахи иногда пытаются помочь тем, за кем охотятся призрачные сущности. Так, когда герой рассказа Огита Ансэй «О фрейлине Кодзайсе и призраках» Данъити оказывается в смертельной опасности, очутившись случайно в буддийском храме школы «Чистая земля», престарелый настоятель решает ему помочь. Старец со всех сторон расписывает его тело заклинаниями и речениями из Сутры Мудрости, но забывает нанести магические знаки на левое ухо несчастного. Когда ночью онре является за Данъити, она не может найти его самого, но замечает ухо, отрывает его, удаляется и больше не приходит. Школа «Чистая земля» ставит превыше всего заступничество будды Амида (индийского Амитабхи), с помощью обращения к которому верующие могут покинуть неблагие формы рождения и переродиться в его райском уголке. Поэтому настоятель храма не только писал на теле героя волшебные письмена, но и взывал к Будде, милостью которого тот и был спасен. Однако в некоторых кайданах не помогало ни то ни другое. Что касается веры в привидения в синтоизме, то он изначально формировался как комплекс верований, более чем открытый внешним влияниям, и поэтому уже в эпоху проникновения буддизма в Японию (около V–VII веков) охотно принял его в себя. В традиционных часовнях и на алтарях бодхисаттв и будд стали рассматривать как воплощения местных божеств, и наоборот. Так продолжалось вплоть до реставрации Мэйцзи в XIX веке, когда впервые была проговорена идея «чистого синтоизма», до тех пор абсурдная. В синтоизме есть обряды защиты от злых духов, но в фольклоре они обычно не помогают. Иногда в фильмах появляются экстрасенсы и шаманы, но никакой пользы принести не могут – как, например, в ленте «Один пропущенный звонок». Когда и страх – развлечение В существование призраков японцы верят до сих пор. Как такое возможно в стране, столь сильно продвинувшейся на ниве научно-технического прогресса? Отвечая на этот вопрос, следует учитывать, что модернизация Японии происходила лавинообразно быстрыми темпами и в рекордно короткий срок, и они еще во многом попросту не успели переосмыслить свои представления. Чего именно они боятся в связи с привидениями? В первую очередь того, что злой дух заберет человека в свой мир – то есть неизвестно куда. «Он увидел на стене у раскрытой двери свежую кровь, стекавшую на пол. Ни трупа, ни костей не было. Только что-то темное колыхалось на ветру возле карниза при свете луны. Хикороку поднял светильник и увидел, что это пучок волос. И это было все, что осталось от Сетаро», – говорится в рассказе писателя XVIII века Уэда Акинари «Котел храма Кибицу». Непонятно и то, что становится с похищенным призраками человеком: возможно, он просто умрет в страшных мучениях, но может и сам превратиться в призрака. Далее, привидение может появиться откуда угодно, и от него нельзя спрятаться: Садоко Ямамура в «Звонке» выходит из телевизора, а Каяко Саэки в «Проклятии» – из зеркала, картины, одеяла, стола, шкафа и даже из театрального парика. Прежде чем убить или забрать жертву с собой, онре могут довести человека до бессилия: отвечая на телефонный звонок, он слышит зловещие звуки, а заглядывая в шкаф или чемодан – видит призрачные лица и руки. Еще одна немаловажная деталь – то, что японские фильмы ужасов иногда почти ненароком поднимают всякого рода социальные проблемы: например, в ленте «Кошмарная легенда района Шибуя» мать, желая избавиться от ребенка, запирает его в камере хранения. Младенец оказывается девочкой, через пять лет превращается в онре и начинает убивать или уносить в другой мир всех тех, кто оставляет вещи в камере хранения. Выглядит она вполне классически – как маленькая девочка с длинными темными волосами. Этим летом в прокат выйдет необычный фильм под названием «Проклятые. Противостояние». Что будет, если Садако Ямамура из «Звонка» встретится с Каяко Саэки из «Проклятия»? Едва ли эти два призрака захотят терпеть друг друга и делиться жертвами. Борьба между ними неизбежна, но может ли один онре уничтожить другого? Вскоре зрители смогут это узнать. Делать кроссоверный фильм ужасов, объединяющий в одном сюжете персонажей из разных франшиз, коммерчески выгодно: в кинотеатры ринутся фанаты и «Звонка», и «Проклятия». Интересно к тому же посмотреть, как может выглядеть их схватка. Идея противостояния привидений является свежей и позволяет окинуть мифологию злых духов свежим взглядом. Им оказывается свойственен эгоизм и собственнические чувства: они не любят, когда «коллеги» из потустороннего мира приходят на их территорию. Неочевидно также и то, что между ними может начаться конфликт, который обычно происходит между призраком и человеком. И еще: существуют ли обстоятельства, при которых они могут стать союзниками? Возможно, в ленте будет затронут и этот вопрос. Несмотря на страх японцев перед привидениями, потусторонние силы являются для них также и одной из форм развлечения. Так, во времена Эдосского сёгуната (1603–1867), когда страной правил род Токугава, была очень популярной игра под названием «Хяку моногатари» (Собрание ста рассказчиков). Люди собирались ночью большой компанией, зажигали 100 свечей и рассказывали 100 страшных историй, задувая после каждого из них по одной. Когда гас последний огонек, должен был появиться призрак, и нередко он и правда появлялся – в буйном воображении игравших. Эта игра хорошо известна и сегодня: японская молодежь зачастую играет в нее, чтобы пощекотать себе нервы. Ради развлечения они зачастую посещают всякого рода заброшенные дома, больницы и тюрьмы, где, как считается, собирается нечисть (по большому счету как и у нас). Самые бесстрашные ищут призраков в лесу Аокигахара на острове Хонсю, где было совершено множество самоубийств и где до сих пор, согласно легендам, обитают души всех добровольно расставшихся с жизнью. И хотя длинноволосые духи сегодня – это бизнес и развлечение, зачастую риелторам бывает непросто продать дом или квартиру, в которых было совершено убийство. Старшее поколение в отличие от молодежи предпочитает не проверять на себе правдивость фольклорных преданий. Источник: http://www.ng.ru/ng_religii/2016-07-20/6_japan.html
  7. 1 point
    Может ли светское образование в России превратится в православное? «Основы религиозных культур и светской этики»: выбор предмета или веры? Как церковь становится идеологическим аппаратом государства обсуждаем в «Классном часе Свободы» с доцентом МГППУ Сергеем Соловьевым, научным руководителем Института проблем образовательной политики «Эврика» Александром Адамским, протодиаконом Андреем Кураевым, мамой ученика московской школы Ольгой Розенберг, завучем школы № 3 города Хвалынска Татьяной Коцеровой и бывшим директором этой школы Сергеем Коцеровым. Ведет программу Тамара Ляленкова. Первый раз в эфире в воскресенье, 5 апреля в пять часов вечера. http://www.svoboda.org/content/transcript/26937052.html
  8. 1 point
    С Юлией Юрьевной Синелиной я виделся всего несколько раз в жизни. Сначала это была конференция «Социология религии в обществе Позднего Модерна» в 2011 году – первая из продолжающейся череды таких ежегодных мероприятий. Пленарный доклад Ю.Ю. Синелиной «Концепция множественных современных обществ и её влияние на современную социологию религии» имел не только научное, но и образовательное значение, демонстрируя достаточно высокий стандарт работы социолога религии, к которому можно стремиться. И в то же время она не подавляла своим авторитетом, не навязывала своё мнение – она просто и технично излагала результаты своих исследований. Таким образом, в ней гармонично сочетались скромность и чувство собственного достоинства. В полной мере это проявилось во время последовавшей за пленарным заседанием поездки в монастырь, где для изъявивших такое желание участников конференции была проведена небольшая экскурсия. Там обнаружились две неразделимые стороны личности Юлии Юрьевны: она была православной, и в то же время интересовалась монастырём с научных позиций, задавала вопросы. Другая встреча произошла на семинаре в МГУ, собранном с целью обсуждения статьи для журнала «СоцИс», написанной в соавторстве с Сергеем Дмитриевичем Лебедевым. Это было первое (и на сегодняшний день пока единственное) подобное мероприятие для меня, поэтому трудно провести сравнение качества работы модератора, которым была Ю.Ю. Синелина. Однако могу сказать, что ситуация в целом соответствовала моим приблизительным представлениям о том, как должна выглядеть хорошая научная дискуссия. Разумеется, я ранее неоднократно участвовал в научных и научно-практических конференциях с докладами, но это иной тип коммуникации: во-первых, доклады не единственные, во-вторых, не предполагается предварительного ознакомления с ними, в-третьих, на выступление даётся меньше времени. На том семинаре было особенно важно отсутствие жёсткого влияния личной религиозной позиции модератора на ход и результаты обсуждения: не каждому учёному удаётся абстрагироваться от своих личных предпочтений, но Юлия Юрьевна обладала этим умением. Во всяком случае, благодаря ей я получил полезный опыт, за который благодарен.
  9. 1 point
    Фолкнер Д., Де Йонг Г. РЕЛИГИОЗНОСТЬ В ПЯТИ ИЗМЕРЕНИЯХ: ЭМПИРИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ // Социологические исследования. 2011. № 12. С. 69-76. С. 69-77. базовая рубрика "Социология религии" Folkner.pdf
  10. 1 point
    Когда неизбежная смерть вырывает из символического ряда близких нам людей, нашу боль от безвозвратного расставания смягчает понимание трагического, но естественного для всего живого конца. Но, когда нас покидают те, кто полны сил, чьи жизненные и творческие планы превышают список свершённых дел и кто ДОЛЖЕН жить, скорби нашей и горю осиротевшей семьи нет предела… Юлия Юрьевна Синелина… Юля… Юлечка… Ты была наделена редким талантом доброты и благожелательного отношения к близким. Несмотря на молодость, ты чувствовала ответственность за значительно более возрастных коллег. Временами тебе было проще и естественнее самой выполнить не терпящее отлагательства задания, чем переадресовывать его подчинённым. Пройдя в нашем Институте с 1997 г. трудовой путь от помощника-референта и младшего научного сотрудника Центра истории социологии до старшего научного сотрудника Отдела социологии политики и общественного мнения, старшего научного сотрудника Отдела социальных индикаторов и показателей развития российского общества, заведующего Отделом социологии религии, Учёного секретаря ИСПИ РАН до заместителя директора ИСПИ РАН по научной работе, ты проявила себя как опытный учёный-исследователь и руководитель. Не в ущерб службе и научному творчеству была прекрасная семья, трое замечательных детей, так несправедливо осиротевших… Семья, дети – источник твоего редкого жизнелюбия. Ты многое любила в этой жизни, многое знала о ней. Благородная скромность скрывала от коллег истинный объём багажа знаний, которым ты располагала в далёких от профессиональных занятиях областях: в изобразительном искусстве, в современной музыке, в арт-хаузном кинематографе… Как многие русские люди, родившиеся, выросшие и сформировавшие основы гражданского мировоззрения в Советской России, ты обладала обострённым чувством причастности к великому народу и его истории. Можно лишь предполагать, как складывался твой путь в религию, которая не сразу, но стала основным предметом и объектом твоего научного интереса. Одно ясно, ты была истинно православным человеком – и в науке, и в жизни. Если это так, то путешествие твоё продолжается… Во вторую седмицу Великого поста, когда по верованиям христиан Создатель выделят и приближает к себе самых лучших, самых достойных, трагический сход снежной лавины не унёс твою жизнь, а переместил её в другое качество, другое время и состояние. Так хочется верить в это, хотя и эта вера не способна уменьшить боль от прощания с тобой – НАВСЕГДА… Прости, незабвенная Юля, если нам не всегда удавалось соответствовать твоей доброте и по достоинству оценивать твои дела, продиктованные сердцем и душой поступки… Прощай, наш добрый друг, прощай, бесконечно любимый нами человек!.. Чтобы подняться на небо, нужны два крыла. Одна скрипка. И много разных разностей, удостоверенных зорким чутким взглядом: Надписи на ноготках миндаля. Заголовки травы в книге утра. (П. Неруда) Коллектив ИСПИ РАН, 01 апреля 2013 года
  11. -1 points
    Почему убийство царской семьи не могло быть ритуальным Объясняет историк и религиовед Андрей Зубов Андрей Зубов доктор исторических наук Фото: РИА Новости Государство объявило новое расследование убийства царской семьи, притом указало и цель расследования — выяснить, было ли убийство Государя и близких ему людей «ритуальным». Вчера же в Сретенском монастыре на многолюдной конференции, на которой председательствовал патриарх, уже в тысячный раз дискутировался вопрос о принадлежности «екатеринбургских останков» убитому императору, членам его семьи и погибшим с ними близким людям. Резюмируя итоги конференции, патриарх Кирилл сказал, что окончательное решение по аутентичности останков не может быть вынесено наукой. И тут мой вопрос. Почему? Наука вынесла свое решение. Множество исследований в лучших генетических лабораториях, в том числе и во всемирно известной английской лаборатории профессора Брайана Сайкса, исследований с применением различных методик, безусловно доказали, что останки 9 человек, найденные в 1987 году в Поросенковом Логе, и захороненных в 50 шагах от них тел юноши и девушки, обнаруженные в 2007 году, — безусловно, принадлежат Царской семье, доктору Евгению Боткину, камердинеру Алоизию Труппу, повару Ивану Харитонову и помощнице императрицы (постельничей) Анне Демидовой. Научные данные неопровержимы. Церковь может сколько угодно спорить о правомерности канонизации Царской семьи — это ее право, но сомневаться в верифицированном научном результате — это, по сути, то же самое, что осуждение в 1616 году гелиоцентрической системы мира Коперника-Галилея, за которое, кстати, папе Иоанну-Павлу II пришлось публично просить прощения. Вторжение церкви в сферу науки столь же абсурдно, сколь и вторжение науки в сферу религиозного опыта. Наука не может доказать, страстотерпец ли Николай II, а церковь своими силами не может доказать аутентичность екатеринбургских останков и потому продолжает просить проведения научных экспертиз. А теперь о ритуальном убийстве. Наука, на этот раз историческая, может с определенностью сказать: Иудаизм не имеет практики ритуальных убийств, и любое человеческое жертвоприношение считается в Торе тяжким преступлением. Бог нещадно карал еврейский народ за попытки следовать Ханаанским практикам человеческих жертвоприношений. «Это — мерзость пред Господом» [Иер. 32:35]. Большевики, бывшие воинствующими безбожниками по определению, никаких религиозных ритуалов не совершали и совершать не могли. Обнаружение «на месте» — в Поросенковом Логе всех черепов убитых в Екатеринбурге в ночь с 16 на 17 июля 1918 года, учитывая безусловность их принадлежности Николаю II, его супруге, наследнику, дочерям и четырем близким людям, делает предположение о привозе в Москву головы царя плодом больного воображения. Поскольку все три позиции подтверждают одна другую, речи о ритуальном убийстве быть не может. Уверен, что нынешняя позиция государства, потакающего мракобесам, ищущим повсюду «жидомасонский заговор», и позиция Русской православной церкви, обскурантистски отвергающей позитивный научный анализ, вскоре будут вызывать жгучий стыд и у православных христиан, и у неверующих наших граждан. Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2017/11/28/74715-cherez-sto-let-rossiya-vnov-nachinaet-delo-beylisa
×
×
  • Create New...

Important Information