Перейти к содержимому
КНИГИ: Колотов В.Н. Технологии использования религиозного фактора в управляемых локальных конфликтах (СПб., 2013) Подробнее... ×
Социология религии. Социолого-религиоведческий портал

Поиск по сайту

Результаты поиска по тегам 'современность'.

  • Поиск по тегам

    Введите теги через запятую.
  • Поиск по автору

Тип публикаций


Категории и разделы

  • Сообщество социологов религии
    • Консультант
  • Преподавание социологии религии
    • Лекции С.Д. Лебедева
    • Студенческий словарь
  • Вопросы религиозной жизни
    • Религия в искусстве
  • Научные мероприятия
    • Социология религии в обществе Позднего Модерна
    • Научно-практический семинар ИК "Социология религии" РОС в МГИМО
    • Международные конференции
    • Всероссийские конференции
    • Другие конференции
    • Иные мероприятия
  • Библиотека социолога религии
    • Научный результат
    • Классика российской социологии религии
    • Архив форума "Классика российской социологии религии"
    • Классика зарубежной социологии религии
    • Архив форума "Классика зарубежной социологии религии"
    • Творчество современных российских исследователей
    • Наши препринты
    • Программы исследований
    • Российская социолого-религиоведческая публицистика
  • Лицо нашего круга Клуб молодых социологов-религиоведов
  • Дискуссии Клуб молодых социологов-религиоведов

Искать результаты в...

Искать результаты, которые...


Дата создания

  • Начать

    Конец


Последнее обновление

  • Начать

    Конец


Фильтр по количеству...

Зарегистрирован

  • Начать

    Конец


Группа


AIM


MSN


Сайт


ICQ


Yahoo


Jabber


Skype


Город


Интересы


Ваше ФИО полностью

Найдено 168 результатов

  1. Наталья Дроздова 22 ч. · В Монастырском лесу (22 октября 2012 г.) *** Я – памятник себе. А ты – вода, из недр целебных бьющая настырно. Я с места не сойду. Но не остыну. И всю себя, до камешка, раздам – скучающим детишкам на игру, несчастным на счастливое бросанье, влюблённым на стоянье под часами… Пусть тарахтит расстроенный Перун этапами податливой земли, не достигая вечных поселений. Нам, баловням художественной лени, всё сразу осиял корсунский Лик. Свет куполов, листвы… восторг един… могила и купель благодаренья… Мы не успели к празднику горенья костров купальских. Сим и победим.
  2. Молитва. Ангел светлый, дух бессмертный, Защити меня от лени! Перед страхом смертной сени Не позволь клонить колени! Отведи крылами ветры, Где роятся силы злобы! Окропи росою сердце, Чтоб сквозь слёзы славить Бога!
  3. Теперь вселенское православие живёт в новой реальности Комментарий к «Заявлению Священного Синода Русской Православной Церкви в связи с незаконным вторжением Константинопольского Патриархата на каноническую территорию Русской Православной Церкви» Александр Щипков, политический философ, член Общественной Палаты РФ, первый заместитель председателя Синодального отдела РПЦ МП по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Эксперты и журналисты называют «Заявление Священного Синода Русской Православной Церкви в связи с незаконным вторжением Константинопольского Патриархата на каноническую территорию Русской Православной Церкви» — «ответом» Фанару. Эта трактовка действий Святейшего патриарха Кирилла, на мой взгляд, неверна. Это не «ответ». Это констатация той религиозно-политической ситуации, которая сложилась внутри мирового православия на сегодняшний день. Синод Русской Православной Церкви 14-го сентября зафиксировал новую историческую реальность. Вещи названы своими именами. Эти «вещи» теперь имеют новую конфигурацию, которая требует нового описания. Именно это и сделал Святейший патриарх Кирилл. В старую конфигурацию вернуться уже невозможно. Теперь вселенское православие живет в новой религиозно-политической реальности. Патриарх Кирилл предпринял все шаги, возможные в рамках церковной дипломатии, вплоть до личного визита к патриарху Варфоломею. После исчерпания дипломатии он собирает заседание Священного Синода, который в своём уже историческом документе фиксирует новые обстоятельства. Обозначена историческая нетерпимость Константинополя к русскому православию. Приводятся конкретные поступки «фанариотов» из истории XX века — взаимодействие с большевиками, попытка низложения патриарха Тихона. Обозначены еретические учения Константинопольской церкви — экуменизм, второбрачие, «папизм». Обозначена богословская зависимость Константинополя от Рима (католики) и Всемирного совета церквей (протестанты). Обозначена политическая несвобода Константинополя — зависимость от США. Разумеется, всё это было известно ранее и неоднократно обсуждалось в течение последнего столетия на различных церковных встречах. При этом Константинополь и Москва сохраняли дипломатический баланс. Осенью 2018 года Константинополь словами и действиями обнажил свою религиозную идеологию и политические намерения, совершив вторжение на чужую каноническую территорию. Церковная дипломатия в этой ситуации потеряла всякий смысл. Церковный народ (речь идет о миллионах) взволнован, и патриарх Кирилл принимает решение обратиться к своей пастве с разъяснением и собирает для этого специальное заседание Священного Синода. Этот Синод войдет в историю, поскольку зафиксировал, повторю, новые религиозно-политические обстоятельства. Новые обстоятельства заключаются в том, что оба патриарха чётко и недвусмысленно обозначили свои позиции и показали путь, по которому они намерены вести свои Церкви. Патриарх Варфоломей борется за либеральное реформаторское направление. Патриарх Кирилл отстаивает традиционный канонический путь церковного движения. Фактически в мировом православии окончательно структурировались два направления развития. У каждого из направлений теперь есть очевидный лидер. Ось, отделяющая традиционалистов от реформистов, пролегла через славянское православное пространство. Именно здесь сегодня решается судьба мирового православия. За кем пойдет паства – за реформацией Варфоломея или за традиционализмом Кирилла? В первую очередь этот выбор предстоит делать украинцам. Ведь им грозит полная смена религиозной идентичности. Сначала на православно-реформистскую, затем на католическую или протестантскую. Сошлемся на польский или хорватский опыт. Следующий шаг — вопрос о смене религиозной идентичности уже русских, проживающих в России. Мои слова могут быть восприняты как алармизм. Но это не так. Например, известно, что ведётся планомерная работа по корректировке национальной идентичности русских. Её составные элементы: отмена графы «национальность» в паспорте, разработка концепции «российская нация» и проч. Нельзя исключить, что прорабатываются технологии по корректировке и нашей религиозной идентичности. В заключение можно добавить несколько слов ещё об одной любопытной особенности новой религиозно-политической ситуации. Внутри самой Русской Православной Церкви завершилось формирование либерал-православного сектора. Его идеология проговаривалась в течение нескольких десятилетий. Это процесс медленный. Окончательные формулировки нам были предъявлены в 2012 году, и мне довелось их вчерне описать в статье «Как разрушить Церковь. Инструкция». http://www.religare.ru/2_91972.html Не буду здесь их повторять. Интересно, что либерал-православие объединяет своих адептов независимо от социального положения: от расстриг и обиженных на судьбу публицистов и учёных, до статусных фигур в церковном и государственном истеблишменте. Карьерные и экономические интересы у них разные. Работодатели разные. А идеология — общая. Представители этой субкультуры сегодня выступают на стороне реформиста Варфоломея. Раньше их поддерживали в основном мелкие итальянские общественно-католические организации и единичные российские олигархи. Сейчас, возможно, на них обратят внимание и американские протестанты. Но судьба большевистских «обновленцев» показывает, что перспективы у нынешних либерал-православных весьма расплывчаты. Пока что они вынуждены заниматься политическим шулерством: меняют местами агрессора и жертву, заявляя, что Русская Православная Церковь учиняет раскол, а Константинополь — невинная жертва «русских схизматиков». Естественно возникает вопрос о возможном поведении православного народа, тех самых мирян, которые являются Церковью, и к которым обращается Святейший патриарх Кирилл. Можно предположить единственно возможный ответ — они будут сплачиваться вокруг своего Предстоятеля и сохранять традиционный канонический строй церковной жизни и церковного устроения. Материал на сайте «Аргументы и Факты»:http://www.aif.ru/society/opinion/teper_vselenskoe_pravoslavie_zhivyot_v_novoy_realnost
  4. Александр Житинский: СССР – проект Господа Бога 30 Января 2009 ● Захар ПРИЛЕПИН Вы имеете право хранить молчание Он замечательно точно определил одну из своих литературных ипостасей: «рыжий клоун». От его текстов, внешне зачастую искромётно смешных и преисполненных натуральной человеческой доброты, всегда оставалось смутное, тихое, правильное чувство печали. Но не пустоты. Это очень важно. Не пустоты. Впрочем, Житинский далеко не только рыжий клоун от литературы, он, как полагается всякому русскому писателю, ещё и мыслитель, и историк, и поэт, конечно. С поэзии мы и начнём. – Александр Николаевич, у меня есть замечательная книга «Октябрь в Советской поэзии», вышедшая в своё время в серии «Библиотека поэта». Я её перечитываю иногда. И тут вдруг обнаружил среди иных авторов вас, с пронзительными стихами о революции. Что скажете по этому поводу? – Скажу, что мне не стыдно ни за одну написанную мною строку, если говорить о выраженной в ней мысли или чувстве. Стыд за несовершенство исполнения бывал и бывает, особенно это относилось к ранним вещам. Это означает, что я так и думал, когда этот текст писал. Так и чувствовал. Иной раз со временем эти мысли и чувства могли видоизмениться. Но редко и не так уж сильно. Я те стихи помню. История их создания такова. Это было в 1969 году, когда страна готовилась к 100-летнему юбилею Ленина. Мне было тогда 28 лет, и я уже шесть лет писал стихи, писал очень много, начинал писать прозу – но ни одна строчка не была напечатана, несмотря на неоднократные попытки обращения в разные редакции. Отмечалось формальное умение, не отказывали и в образности и вообще – признавали за стихи. Но… Были они все какие-то грустноватые, элегические и «далёкие от жизни». И в них совершенно не было так называемой «гражданственности». И тогда я решил написать поэму о Ленине – то есть высказать своё к нему отношение. Это были 12 стихотворений, связанных одним коротким сюжетом: Ленин идёт пешком с квартиры на Сердобольской в Смольный, чтобы руководить восстанием вечером 25 октября 1917 года. Но по сути это была поэма о человеке, не боящемся взять ответственность на себя и сознающего громаду этой ответственности. А отнюдь не портрет авантюриста. Так я тогда о нём думал, так думаю и сейчас. Я не знаю, гордиться ли мне этими стихами. Но я определённо горжусь тем, что эта поэма полностью никогда не была опубликована, а в печать проникли только два стихотворения из неё, причём – клянусь Богом! – не с моей подачи. Мне бы в голову не пришло подавать стихи в «Библиотеку поэта», мемориал лучших стихов на русском языке, как она была задумана. И это при том, что образ Ленина там явно героический. Но то – да не то! Об этом мне два часа говорили два советских поэта – Всеволод Азаров и Вячеслав Кузнецов, – которым я её показал. Разбор был убийственный. Я совершенно не так трактовал историю, Ленина, Октябрь, по их словам. Пафоса в этих стихах многовато, это да. И вообще я был романтичнее тогда. Надо бы разыскать и перечитать её всю. Я не видел её лет 30. После этого я стихов о Ленине не писал. – Но любопытно, что ваше отношение к Ленину не очень изменилось за эти 30 лет. – Я многое уже тогда понимал касательно советского строя, но Ленин оставался последней соломинкой утопающего. Это у многих так было. «Ленин слишком рано умер», «Ленин бы этого не допустил», «Идеи Ленина грубо исказили». И т.п. Причём я и сейчас нахожу в этих предположениях достаточную долю истины и знака равенства между Лениным и Сталиным не ставлю. Но не уверен, что Ленин добился бы успеха. Ленин был политический фанатик, а Сталин – фанатик власти. Ленин напрямую вышел из народовольцев – людей, которых я безмерно уважал и увлекался ими. – И даже писали о них… – Да, в 1978–1986 годах я работал над единственной в моей жизни заказной прозаической вещью в серии «Пламенные революционеры» – повестью о Людвике Варыньском, умершем в Шлиссельбурге в 1883 году в возрасте 33 лет. Это польский Ленин, по существу. Создатель первой в Польше (русской Польше!) партии рабочего класса «Пролетариат». В России тогда действовала «Народная воля». Сегодня в Польше о нём предпочитают не вспоминать. Кстати, и этой книги отнюдь не стыжусь, а профессионально даже горжусь ею – тем, что сумел её сделать, не будучи историком. Вышла она в 1987 году тиражом 200 000 экземпляров. – Были времена, да… Хорошо, с Лениным и народовольцами разобрались. А как вы в целом из дня сегодняшнего видите революцию и сам советский проект? – Я и сегодня не употребляю такого выражения, как «октябрьский переворот». Те, кто говорит о перевороте, мало представляют себе Россию. Перевернуть её горсткой людей невозможно. Тем более удержать в перевёрнутом положении. Это несерьёзно. Октябрь был закономерен, Октябрь был даже в какой-то мере необходим России, и она его оплатила сполна. Что касается СССР, который я тоже не могу назвать «проектом», разве что проектом Господа Бога, то это вопрос ещё более серьёзный. И отношусь я к нему именно как к проекту Господа Бога. Неудачному, но задуманному смело. Потом он увидел, что не получилось, и потерял к нему интерес. И всё покатилось не по-божески. Туда, где мы сейчас находимся и что разные люди пытаются выдать за вершину цивилизации и демократии. – Если судить по времени написания, то три ваших главных романа – «Потерянный дом», «Фигня» и «Государь всея Сети» – создавались с перерывом в десять лет: 87-й, 97-й, 2007-й. Случайно получилось или это своеобразный человеческий цикл, когда происходит обновление мировоззрения? Да и для нашей страны два эти десятилетия, с 88-го по 98-й и с 98-го по ушедший 2008-й, были далеко не случайными. – Захар, с романами не так просто. На самом деле первым моим романом я считаю «Лестницу». По теме, проблематике, художественному наполнению. Но она писалась в те времена, когда объём романа в 10 листов был «несолиден». Роман должен был быть как минимум вдвое толще. Мы помним эти кирпичи советских романов: «Кавалер Золотой Звезды» или «Далеко от Москвы». Потом появился жанр «маленького романа». Его ввели эстонцы, кажется, Энн Ветемаа был первым. Но «Лестницу» нарекли повестью. А «Фигню» я никаким «главным» романом не считаю. Это роман-шутка. Он появился, когда каждый писатель почувствовал на своём горле железную хватку коммерческой литературы. И я сказал себе: «Вы хотите фигню вместо книг? Получите». Но себя не обманешь. В процессе увлёкся, и юмор пошёл по своим абсурдным законам. Считаю эту вещь самой смешной своей работой – и самой абсурдной. Ни о каком коммерческом успехе речи не было – такой юмор миллионами «не хавается». Издал сам тиражом в 1000, потом «Амфора» издала то ли в 3000, то ли в 5000. Это не провал, но и не Акунин. Так что «Фигню» будем считать удачной шуткой гения, оставшейся незамеченной. А вот «Государь…» действительно свидетельствует о некоторых сдвигах в мировоззрении. Понаблюдав процесс становления «демократии» и строительства капитализма в России, я пришёл к выводу, что абсолютная монархия есть самая лучшая для России форма устройства общества. Не декоративная, как в Швеции или Великобритании, а именно абсолютная. Казнить и миловать. Царь-батюшка. Последняя инстанция на земле, куда можно податься «бедному крестьянину». Ибо в России должен править не закон, а справедливость. Толпа (Дума, собрание) не может быть выразителем справедливости. Носитель и выразитель справедливости один – и ему нужно безоговорочно верить. И любить. Собственно, на любви и основывается эта вера. Конструкция абсолютно утопична, но она могла бы работать при истинной вере в Бога (и его наместника на Земле) и при идеальном основателе новой династии, каким я избрал мальчика Кирилла. Его ни в коем случае нельзя выбирать. Кто может выбрать, может и сместить. Его выбирает Провидение (в данном случае Богородица). Специально прошу редакцию не считать вышеизложенное бредом, но концепцией. Концепция может быть бредовой, но это другой вопрос. И по сути ничего не меняет. Ни одна моя вещь не вызывала столь противоречивых толков. От «самой худшей книжки, которую я держал в руках» (верю, верю, как говорил Жеглов), до самых лестных эпитетов и премии Стругацкого (отнюдь не монархиста!). Но о сути, которую я сейчас вкратце изложил, почти не писали. У меня, очевидно, есть странное свойство прятать главное в сюжетные коллизии и юмор. Мне так интереснее, конечно, но читатель либо не замечает, либо тоже считает «хохмой». Самодержавие на Руси – хохма. Как вам это нравится? А сколько веков оно стояло? Да и не прерывалось никогда и дальше, ибо любой наш правитель по сути был царём. И последняя передача власти произошла в этой традиции – от отца к сыну, пусть и в фигуральном смысле. Если бог даст, хочу написать (должен написать) ещё два романа. Один станет завершением трилогии «Лестница» – «Потерянный дом», сейчас он потихоньку сочиняется. И ещё один, прожитый и придуманный давно. Но слишком много других дел и обязанностей. – Из тех вещей, что написаны вами, какую вы ставите выше всего? Дмитрий Быков в числе самых любимых своих книг и самых лучших образцов мировой литературы вообще называет «Потерянный дом, или Разговоры с милордом». Но это, пожалуй, не самая известная ваша книга. Насколько, кстати, был сопоставим успех той или иной вашей книги и её ценность для вас? – Самая известная моя книга, безусловно, «Путешествие рок-дилетанта». Её читали все молодые люди, которым в 1990 году было от 13 до 30 лет и которые любили рок-н-ролл. А тогда его любило всё это поколение. Книжка тиражом 100 000 экземпляров разошлась в два дня. Но это был предсказуемый успех, который я готовил несколько лет, публикуя свои «Записки рок-дилетанта» в «Авроре» и весьма способствовав повышению тиража этого журнала до одного миллиона двухсот тысяч экземпляров. Посему к этому успеху я отношусь спокойно, и он меня как прозаика даже печалит. Мне кажется, в других моих книгах сказано больше. Не по материалу, а по сути жизни. Даже в книге «Дитя эпохи», которую я писал, будто балуясь и стараясь развлечь читателя. Ну, как за столом рассказывают анекдоты и смешные истории. Однако она по популярности, пожалуй, почти достаёт «рок-дилетанта». Больше всего читались, переводились на другие языки и даже экранизировались повести «Лестница» и «Снюсь». Несколько обидно за «Потерянный дом». К сожалению, число читателей, способных адекватно воспринять эту книгу, убывает естественным путём. Я писал энциклопедию русской городской жизни второй половины XX века. Действие романа происходит в 1980 году, там множество типов, и там вопрос отношения моего поколения к социализму и коммунизму решается не столь однозначно, как в выходивших параллельно «Белых одеждах» или «Детях Арбата». Спичечный «Дворец коммунизма», сжигаемый героем после тяжкой болезни, как бы в припадке, это всего лишь уничтожение символа. Но остаётся народ со своими печалями, и никуда не делась идея соборности и единения, ведь финальная сцена празднична и светла. А те типы, из которых уже через несколько лет вышли наши первые олигархи и «властители дум» (чиновник Зеленцов, коллекционер Безич, андеграундные поэты), выписаны с издёвкой. После этого романа я понял, что вся наша критика ничего не стоит. Они не захотели этого прочесть, потому что прочесть и понять это в 1987 году было «немодно». Но за роман этот я спокоен, он никуда не денется, думаю. Только читать его будут несколько иными глазами. – Я искренне отношу вас к числу русских писателей, обладающих настоящим чувством юмора. При всём при этом нашу светскую «смеховую» культуру я не очень понимаю. Меня не смешат Аверченко и Тэффи, мне с детства был поперечен юмор Зощенко, меня никак не радуют шукшинские чудики… (Хотя никто из перечисленных и не собирался людей смешить или радовать.) Однако я безусловно признаю, что всё вышеназванное – литература. Но вот, скажем, «Легенды Невского проспекта» Веллера – тут уж помилуйте меня: это же мучительно не смешно. Откуда такой устойчивый интерес к этой и прочим поделкам, когда, скажем, был действительно остроумный Сергей Довлатов? Короче, я тут вроде бы рассказал о себе, но на самом деле спросил вас о русском юморе в литературе. – Тут всё просто. С одной стороны, либо юмор есть, либо его нет. Другая же сторона юмора настолько темна и загадочна, что требуются тома исследований. Почему смеются люди? Потому что смешно. А что такое смешно? Почему им вдруг сделалось «смешно»? Люди смеются не потому, что «смешно». Они смеются от удовольствия. А так как удовольствия у всех разные, то и смеются они над разным и по-разному. Кто любит попадью, а кто и попову дочку. Я смеюсь над текстом, когда испытываю эстетическое удовольствие от неожиданности и точности фразы, от неожиданности и точности ситуации, от точности изображения состояния героя и интонации автора. Точность – главное слово. Поэтому весь литературный юмор, который я люблю, основан на этом: Гоголь, Булгаков, Искандер, Конецкий, Довлатов. Неожиданная точность, за которой виден ум писателя. Чехов попросту определял юмор как признак ума. Но есть ещё и эстрадный юмор, построенный по законам репризы – эффектной концовки, перевёртыша, кунштюка. Скорее, это относится к остроумию, а не к юмору. И остроумные mot мы тоже слушаем с удовольствием. Общепризнанным королём тут является Михаил Михайлович Жванецкий. Но напечатанные в книге, его тексты сильно теряют. Просто не надо одно принимать за другое. В эстрадной шутке необходим элемент пошлости. Именно необходим! Без него шутка не покатит. Перенесённая на бумагу пошлость обнажается и вызывает чувство неловкости, но отнюдь не улыбку. На эстраде же многие и с успехом эксплуатируют пошлость. Поэтому «Легенды Невского проспекта» я отношу к неудачной попытке Веллера перенести эстрадные приёмы в литературу. Но публика не заметила и съела. Я ограничился чтением одного рассказа и книжку отложил. В ней, кстати, нет того, без чего юмор вообще невозможен, – чувства самоиронии. А вообще давным-давно известно, что клоуны бывают рыжие и белые. В литературе и цирке царствуют рыжие, а на эстраде – белые. Но вообще мне трудно судить об уровне эстрадного юмора, потому что, напуганный его образцами, я немедленно переключаю канал телевизора, когда вижу что-то «юмористическое». – Александр Николаевич, если мне память не изменяет, в наступившем году вы имеете все основания отпраздновать сорокалетие литературной деятельности: если отсчитывать от первой публикации. Путь долгий. Как вы его оцениваете? – Как провальный однозначно. Я должен был написать ряд вещей. Но ряд оказался длинным. А путь – коротким. – Краткий и мужественный ответ. Но… вы всё-таки переживали моменты писательского счастья? – Наивысшие моменты хорошо описаны Пушкиным и Блоком. «Ай да Пушкин, ай да сукин сын!» (кажется, после «Бориса») и «Сегодня я был гениален» (Блок после «Двенадцати»). Оба могли ошибаться. Но мне больше нравится пушкинское озорство. Пару-тройку раз и мне случалось произносить это шёпотом. Острая же писательская печаль никогда меня не покидает. – Хорошо, это литература, а есть ещё жизнь. Просто жизнь. Возможно, это разные вещи. Александр Николаевич, вы можете сказать вослед за Бродским: «Что сказать мне о жизни? Что оказалась длинной»? – Нет, не могу. Могу сказать вслед за Окуджавой: «Давайте жить, во всём друг другу потакая, – тем более что жизнь короткая такая». Вопрос о длине жизни слишком серьёзен и сложен, чтобы его здесь поднимать. Это объект дуалистический, то есть обладающий противоположными свойствами. Она и длинная, и короткая. Беседу вёл Захар ПРИЛЕПИН «ЛГ» -Досье Александр Житинский родился 19 января 1941 года в Симферополе в семье военного лётчика. Среднюю школу окончил с золотой медалью во Владивостоке в 1958 году. В 1965 году с отличием окончил Ленинградский политехнический институт, по образованию инженер-электрофизик. Публикуется с 1969 года. С 1978 года Александр Житинский – профессиональный литератор: писатель, сценарист, издатель. С 1979 года – член Союза писателей, с 1986 года – член Союза кинематографистов. Автор многих книг («Дитя эпохи», «Потерянный дом, или Разговоры с милордом», «Государь всея Сети» и других), а также сценариев к нескольким художественным фильмам («Переступить черту», «Время летать», «Когда святые маршируют» и другим). В 1981–1990 годах активно участвовал в жизни отечественной рок-музыки. Организатор рок-фестивалей, автор книги «Путешествие рок-дилетанта» (1990). Возглавляет издательство «Геликон». В июле 2007 года стал директором Центра современной литературы и книги в Санкт-Петербурге. Литературная газета http://yarcenter.ru/articles/culture/literature/aleksandr-zhitinskiy-sssr-proekt-gospoda-boga-17342/
  5. О боге Лисевна Вечер зашьет мне больную душу, Вечер - он мой безыконный бог. Знаешь, а я ведь совсем не трушу - Мне ли бояться чужих дорог? Я ведь ходила по ним так много, Столько хранила в себе имён... Если нам трудно, мы ищем бога- Он не обязан прийти с икон: Прячется тихо в любимых лицах, В окнах знакомых до слёз домов, Спит себе где-то в родных страницах, Верно покой охраняет снов И провожает нас от порога, Чтобы не сбиться нам по пути. В каждом из нас есть частица бога. Нам лишь осталось её найти.
  6. Всем нам Павел Марийский Лайкали послаще, Гуглили всё лучше. Твитнули подальше - Спамы стали гуще. Фейковой страницей Заливают правду. Фильтр лёг на лица - Сделал всё как надо. На светлых ликах у схимников лишь Застывает немая печаль. Следа Божьего печать на века Всем нам! Света Божьего печать навсегда Всем нам! Света Божьего печать! От рекламных акций До дешёвых трюков. В сфере инноваций Потираем руки. С хари по кредиту На алмаз для трона. Схватка эрудитов - Кто кого уронит. На светлых ликах у схимников лишь Застывает немая печаль. Следа Божьего печать на века Всем нам! Света Божьего печать навсегда Всем нам! Света Божьего печать! Подломился колос От ветров натужных. Мой охрипший голос Слышит тот, кто нужно Он, тоску отбросит И, прогнав унынье, Искренне попросит: Господи, помилуй! На светлых ликах у схимников лишь Застывает немая печаль. Следа Божьего печать на века Всем нам! Света Божьего печать навсегда Всем нам! Света Божьего печать! 24.07.2018 г.
  7. Красное на белом. Посвящается рукоположенным в 90-е. Поезд медленно подходил к станции со странным названием «Защита», на перроне шел косой мелкий дождь. Пассажиры общего вагона изрядно устали за сутки утомительной дороги. Общий вагон – это тот же плацкарт, только без мест. Посадка в поезд напоминала фильмы про гражданскую войну: с последним чихом тормозных колодок все кидались к темно-зеленым вагонам, некоторых подсаживали в опущенные окна, чтобы успели быстрее занять места. Как ни странно, лучшим была третья багажная полка. Без единой ручки с нее можно было легко соскользнуть при резком маневре, зато никто на нее не претендовал: на нижней сидели в притирку, на второй спали валетиком, окруженные баулами. В тамбур лучше было не заходить вообще. Там играли в карты. Страшно подумать на что. Или скорее на кого. На станциях покупались масляные пирожки, завернутые в газету, бутылка лимонада, да рассыпались по кулькам подсолнухи. Все дышало нуждой и неудобством, но человеку свойственно переживать, пережидать любую ситуацию, приспосабливаясь к ней. Михаил, - так мы назовем своего героя, был парнем идейным, - неплохо учился в общеобразовательной школе, а еще лучше в воскресной. С восхищением и легкой завистью смотрел на молодых семинаристов только что открытого епархиального училища, на их подрясники и томики недавно изданного Игнатия Брянчанинова в черном переплёте, - будто они с ними не расставались даже во сне. Но главным было не это, - главным была возможность для них, таких же как он вчерашних школьников участвовать в богослужении: надевать стихарь, читать на клиросе, петь тропари и стихиры на гласы. Миша всему этому уже научился, но вот ему никто не предлагал ни часослов, ни стихарь. Сейчас такие уже давно вымерший вид, с единичными реликтами, а тогда, в начале девяностых таких беззаветно пылающих много привел Господь в Церковь: кого «приметили» - давно служат, на кого не обратили внимания, — даже не ходят в храм, это ж сродни отверженной любви, угли обиды тлеют дольше, чем горит пламя. Откуда брались такие пламенные сердца? Воспитанные ригоризмом Павки Корчагина, самоотверженным примером героев Гайдара и Фадеева, роясь в обломках великой страны молодые люди находили себя в Церкви, - именно её институт наиболее соответствовал их жизненным принципам жертвенности, взращенной совершенно для других целей. Священник тогда казался образцом нравственности и правды, человеком к которому хотелось идти, с кем хотелось говорить, да и просто быть рядом, с ним было безопасно, когда вокруг все рушилось и менялось. Это потом уже, как больше узнавали, гасли огни сердец, да и не все отцы сами удерживались от хлынувшего капитализма, теряя в круговороте событий свои принципы. Время неумолимо приблизило первые хиротонии еще учащихся воспитанников духовного училища: пару дней в диаконах, месяц сорокоуста, - практики в кафедральном соборе, и архиерейские указы, словно ордера, наполнят отвыкшую от духовного слова паству городов и весей огромной епархии священным десантом с блестящими отполированными крестами. Получив в епархиальной кассе деньги на билеты, а в соборной столовой продуктовый паёк, мчат поезда их молодых, кого с матушкой, кого с мантией во всю Розу ветров обширной страны. Тем, кто за плечами прошел армию было легче, поскольку «десант» порой действительно выбрасывался в никуда. Редко где был типовой храм, - в большинстве случаев небольшой домик. Комнату предоставляла как правило активная бабушка из инициативной десятки тех, что писали в епархию с просьбой послать батюшку. К чести многих, - они, первые, достойно вынесли это бремя: подняли приходы, создали общины, иные теряли семьи, мантии, а порой и жизни. Да, бывали и такие случаи. Отцы девяностых, - подвижники, сродни предшественникам, пережившим шестидесятые. При всем уважении они отличаются от рукоположенных в 70-80-х, имевших уже к лихим годам митры, кресты, храмы, а главное заслуживших «почёт и деньги». Конечно, каждое время ставит свои задачи, но сейчас речь о другом. Вернемся к нашему Михаилу. Его приметили. Один из молодых священников, получивший указ куда-то далеко на восток, предложил поехать к нему помогать. Наш Миша конечно сразу согласился, потому что получал возможность читать и петь на службе, надевать стихарь, заходить в алтарь и даже дуть в кадило! С родителями проблем не было, - школьные каникулы перед выпускным классом дарили три месяца свободного времени. И вот, чихнувший поезд, как мы уже успели заметить, привез его на мокрый незнакомый перрон. Где-то там, с правой стороны должны стоять автобусы, на которых предстояло доехать в какой-то далекий поселок с названием Куйбышевка. «Самса, панта-кола, минералка», - громко кричала впереди тетка с большой тележкой, быстро бегали носильщики, предлагая свои услуги, огорченно взирая на небольшую сумку на плече у Михаила, из давно облезшего дерматина. Видавшие вида коричневые кроссовки, дополняя образ, к счастью не привлекли большого внимания вокзальной шпаны, главный из которых лишь презрительно сквозь зубы плюнул ему вослед, показав средний палец. Но это уже не важно. Важно что провинциальная «таможня» дала добро, и он спокойно покинув вокзал, побрёл к площади, где стояли старые желтые автобусы, вероятно служившие прежде на городских маршрутах. Им словно пенсионерам, не удалось в это лихое время уйти на заслуженный отдых. Обеспечивая хоть какой-никакой кусок хлеба своим бывшим владельцам, таким же пенсионерам, умудрившимся забрать их с собой, они, вместе тужась и пыхтя, продолжали нести свой нелёгкий труд. Из окон киоска звукозаписи Татьяна Буланова жалобно и громко просила атамана сказать о какой-то правде, но он видимо оставался неумолим. Заплеванная скорлупой от семечек площадь с небольшим стихийным базаром переходила в импровизированный автовокзал. Увидев автобус с нужным названием, Михаил пошел к нему. Цена за проезд оказалась даже более чем дешевая, но парень не был искушен в особенностях маркетинга, отчего ничего и не заподозрил. Это потом, на второй трети маршрута, когда автобус проезжал какие-то ущелья, водитель с крепким парнем на переднем сидении объяснили, что это за километр. Конечно, там, на месте, платили уже по принципу «у кого сколько есть». Расставшись практически со всем своим небольшим состоянием, Михаил пошел искать храм. Храмом был домик бывшей сельской библиотеки, с перевёрнутым ведром над входом, окрашенным бронзянкой, из пробитого дна которого возвышался деревянный крест, окрашенный тем же составом. Настоятель разместил парня в небольшой сторожке при храме, где в принципе имелось «всё потребное»: койка с панцирной сеткой, под паласом с тремя медведями, местами протёртом, но сохранившем в общих чертах шишкинский сюжет; небольшой стол с металлическим электрочайником; пару кастрюлек, да с десяток квадратных металлических коробочек разного размера, красных, в белый горошек, на которых четкими белыми буквами было написано «КРУПА», «САХАР» и прочие кухонные нужности. Наибольшую радость у Михаила вызвал настоящий аналой, - с подставкой под свечи и толстым канонником, стоявший у изголовья кровати. «Ну что, подвижник, устраивает келья?», спросил отец, - «не тесновата?» «Нет, отче, все устраивает!» Приход состоял из пары десятков бабушек, жительниц Куйбышевки. В селе когда-то был храм, однако, когда его закрывали, самой старшей из них было не больше десяти, а значит их понятия о богослужении, Священном Писании были весьма размытыми. Михаил с радостью принялся за духовный «ликбез»: рассказывал бабушкам Закон Божий, говорил о гласах, праздниках, смысле Литургии и многом другом. Настоятель обходил пороги еще не убитых до конца сельских учреждений, выпрашивая где лес, где шторы для катапетасмы, (завесы). Кто-то откликался, и даже приезжал как-то бульдозер очищать от камней и бетонных глыб церковную территорию. Службы проходили своим чередом. Миша в полной мере удовлетворил свои потребности: тут он и пел, и читал, упражнялся в гласах, учил бабушек «фатеевской» Херувимской, помогал при нечастых крещениях. А на неделе учился печь просфоры, красил, белил, штукатурил. Вечерами же читал книги, что привёз собой в черной сумке, - ведь он тоже собирался поступать в духовное училище. Кушали по-разному, -постные дни не особо отличались от «мясоеда», - сельчане теперь редко рубили птицу да кололи живность, а если и кололи так сами не ели: мясо было самой стабильной валютой. С деньгами-то полная неразбериха: рубли «старые», рубли «новые», одни девяносто второго, другие девяносто третьего, - поди разберись как меняются сегодня и как будут меняться завтра! Вот и меняли мясо на ткань, водку, услуги грузовиков. Великая когда-то страна возвращалась к натуральному обмену. Иногда, после воскресной службы, звали в гости где угощали. А на неделе? А на неделе что принесут. Новой картошки еще не было, - приносили иногда проросшую мягкую, которую удавалось варить только в мундирах, со сладковатым вкусом, перепадали и макароны. В общем чем-то все же питались. Денег не было, - а то что выручали за свечи едва хватало на муку для просфор. Как-то, в один из понедельников, настоятель уехал в райцентр «на пару дней», оставив незначительную сумму на хлеб да немного продуктов. Но к указанному сроку не вернулся, продукты закончились, деньги тоже. Что делать? Михаил, надевал стихарь и служил утром возле храма литию, - краткую службу об усопших. Конечно, не без своего интереса: а вдруг что-нибудь принесут! Иной скажет, мог бы пойти да заработать, - да нет, не мог! Где ж ему, городскому! В селе он никого не знал, и кто ж его возьмёт, когда свои мужики сидели по домам без работы. Пришла бабулька, перекрестившись на крест, пришла чтобы помянуть своих погибших сыновей, которым в этот день была очередная годовщина. Михаил надел стихарь, добросовестно выпевая «Со духи праведных», даже (для пущей важности) зажег себе кадило и пропел целиком ирмосы канона шестого гласа. Старушка сердечно поблагодарила его, на небольшой табуретке оставив баночку малинового варенья и бумажный свёрток. «Хлеб! Спаси её Господи! Попью сейчас чая с малиновым вареньем, намазанным на хлеб! Сладкое утоляет голод.» В свертке лежал кусок белого сала. Миша не особо привык к этому продукту, - в его семье играли на скрипке и чаще покупали курочку. Он долго смотрел на свою «добычу» вертя в руках банку и сало. Затем взяв нож и смахнув соль, отрезал пару ломтиков, положив на тарелку, обильно, словно на хлеб, накладывал на них тёмно-красное варенье. Надорвав кубик 36-го чая, залил кипятком высокую, с коричневым налётом кружку. Варенье стекало по его рукам, сало оставляло жирные следы на пальцах, но ему этот необычный бутерброд казался невероятно вкусным. В то утро он почувствовал себя необыкновенно счастливым. Так мало порой нужно для счастья? На следующий день принесли и хлеба, и картошки, а вечером пригласили в баньку, после которой был стол и привычная курочка. Настоятель приехал через неделю. Задержавшись по причине нехватки средств на автобус, совершал отпевания в городском храме, что ему любезно позволили собратья-священники. Приходы жили своим чередом, шли дожди и шли службы, священники боролись за паству, самоотверженно украшая свои храмы и свои души. Те, кто прошли этот экзамен – нынче маститые и солидные отцы, преподаватели семинарий, богословы и организаторы. Даже епископы. Тем кто споткнулся и оступился в смуте девяностых, живым, – Божьей Помощи и надежды в утраченной вере. Усопшим, - доброй памяти и Царства Небесного. Тот же грязно-зеленый поезд мчал нашего героя домой. Он тревожно засыпал на третьей багажной полке, боясь, как бы не упасть на очередном перегоне. Внизу, на красной вагонной обивке, отражалась Луна, несмотря на свой уныло-белый свет, она словно звала нашего юного героя к новым горизонтам. И от зова этого его наполняло счастье. А.С. май 2018
  8. КЕЛЕЙНОЕ В ИЮЛЕ Пока сомненья булькают в мозгах и, остывая, закипают заново, колотится их злая мелюзга об валуны пустыни Иоанновой. Удушливы рассветные лучи. Томится влага в облаке изменчивом. Акриды несъедобны. Мёд горчит. Колеблемая ветром трость ворчит. Однако ж слово к Слову льнёт доверчиво. Но вязь письма тонка и прикровенна. Не тщись в ней вихрь сюжета рассмотреть иль мудрости спасительную твердь. О жизни думать поздно. Только смерть откроет путь от морока и тлена.
  9. Господь Бог Вдруг на всех перекрестках появилась светящаяся неоновая реклама: «Вызывайте Бога по телефону 00-1». И все. Зачем, почему — об этом ни слова. Я, конечно, обрадовался такой возможности и подумал, что в сфере обслуживания произошли какие-то сдвиги. Однако никто из моих знакомых не собирался звонить Богу. Одни не верили, что все будет честно, другим было наплевать, а третьи боялись, что это дорогое удовольствие. Как я понял, подавляющее большинство людей, если не все, смотрели на эту идею скептически. Мне не хотелось выделяться, но я все-таки позвонил. У меня накопилось несколько вопросов, на которые только Бог способен был дать ответ. — Слава Богу, что вы позвонили, — раздался в трубке старческий голос. — Слава Богу! Как ваша фамилия? Я назвал фамилию, соображая, какого же Бога благодарит Бог. — Сейчас я запишу… Вы меня просто выручили. Слава Богу! — Простите, с кем я говорю? — спросил я. — С Богом, с Богом, — сказал старик. — Тогда какого же черта? — Я скажу вам по секрету… — Бог перешел на шепот. — Вы просто не представляете, какая у нас сложная система богов. Я рядовой бог. В моем ведении всего одна галактика. А верховный Творец, о котором вы понятия не имеете, он выше, много выше… Но если начистоту, я не уверен, что он самый главный. — По-моему, вы — атеист, — сказал я. — Господь с вами! — испугался Бог. — Давайте ваши вопросы. — Да я уж лучше обращусь выше, — сказал я. — Дело ваше… Только не вешайте трубку, — сказал Бог торопливо. — Скажите, что там у вас происходит? Я ничего не понимаю. — Все нормально, — сказал я. — Не волнуйтесь. Ввели новую форму обслуживания. Теперь по телефону можно поговорить с Вами. — Это я знаю, — тоскливо произнес Бог. — Не звонит только никто. Вы первый. — Нет, я последний, — сказал я. — Это-то меня и волнует… — И меня, — вздохнул Бог. — Вам-то что? Вы за это не отвечаете. — А вы? Вы — отвечаете? — удивился Бог. Господи, что он понимает! Я повесил трубку, и двухкопеечная монетка выскочила обратно. Это была настоящая радость.
  10. Дед ничего не видит, и я боюсь, Что и меня не помнит. Стоим вдвоём В гулком подъезде – в лифте на стенах гнусь, Кнопки оплавлены. Мы никого не ждём. Но почему-то, когда я тянусь нажать Первый этаж, дед хватает моё плечо. Я едва слышно мямлю, что мне так жаль, Так бесприютно, гадко и горячо, Что не могу здесь быть и уйти хочу. Деда, скулю, поехали поскорей... Больно шепчу, тяжело моему плечу. Но он сжимает руку ещё сильней. Так мы стоим и смотрим на грязный пол, Пахнет морозом и воском, землёй сырой. – Дед, – говорю, – я знаю, ты очень зол, Но я ведь правда очень хочу с тобой. Он никогда и слова не даст в ответ, Он их забыл, наверно, давным-давно... Я просыпаюсь, включаю настольный свет, И ещё очень долго смотрю в окно. Смерть не выходит дымом в трубу – отнюдь. Смерть остаётся в сердце, врастает в жизнь, Это не сон, не тьма, не далекий путь, Это беззвучный оклик – держись, Держись.
  11. Оптический знак чистоты (Санкт-Петербург, храм Спаса-на-Крови) Клавдия Титова В лепнине - тайнопись веков Застыла в образах до дрожи. Внутри немых особняков, Их неразгаданность тревожит. Вдруг свет в незримой вышине, Зигзагом расчертил просторы, И мглу в небесной тишине, И озарил кресты, соборы. В объятьях времени, в тиши, Огонь, казался, долговечен. В венце мерцаний, вновь в ночи, Старинный призрак был замечен. Кого я жду? Не спится мне, Любуюсь светом, белизною. Откуда вдруг, по чьей вине, Пронзает призрак ночь стрелою? Безлюдну будоражит высь, Врываясь бурно в царство тени. Отступит ночь, меня услышь! Зеркальный виден, без сомнений, Оптический знак чистоты. О, благородное виденье, Секретный призрак - это ты. На зорьке, в новом воплощеньи.
  12. Над домами, домами, домами Голубые висят облака - Вот они и останутся с нами На века, на века, на века. Только пар, только белое в синем Надо громадами каменных плит... Никогда, никогда мы не сгинем, Мы прочней и нежней, чем гранит.
  13. Церкви для будущего Историк искусства Лев Масиель Санчес объяснил, что происходит в современной церковной архитектуре России, и показал шесть вариантов ее развития Автор Лев Масиель Санчес 233 548 66 Церковная архитектура России отличается от светской прежде всего тем, что в 1990-е годы она начиналась с нуля. Храмы не строились в стране в течение 70 лет, и отношение к церквям пришлось вырабатывать фактически заново — так же как и к самой Церкви. Основным направлением стало возведение храмов в тех же формах, что были до революции. Формы эти были разные, и отбиралось из них не все. Главный ориентир — формы древнерусской архитектуры, в основном с XII по XVI век. Столь любимый зодчими последних ста лет перед революцией XVII век менее популярен — не в последнюю очередь из-за утраченного навыка производства качественных деталей. Барокко и классицизм фактически отвергнуты как недостаточно православные. В последнее время в моде неорусский стиль — архитектура начала ХХ века, эпохи модерна, живописно имитировавшая древнерусскую. Формы современной архитектуры в храмовую архитектуру России не допущены, хотя в зарубежной православной архитектуре они встречаются — правда, не являются мейнстримом. Все поиски пока происходят внутри традиционалистской парадигмы, по линии комбинации исторических элементов и (в последнее время все чаще) «осовременивания» зданий — то есть по путям, пройденным церковной архитектурой Европы в XIX и первой половине XX века. В этом смысле с точки зрения собственно архитектуры русские храмы не способны воплотить содержательный современный художественный образ и пока представляют лишь конфессионально-этнографический интерес. Однако, учитывая 70-летнюю паузу в развитии нормальной религиозной жизни страны, есть надежда, что постепенно представление о самой Церкви и отношение к церковному искусству изменятся, последнее сможет покинуть гетто историзма и предложить наполненные новыми смыслами архитектурные образы. 1. Свято-Владимирский скит Валаамского монастыря (2006–2007 годы, авторский коллектив Андрея Анисимова, архитекторы Татьяна Ефимова и Наталья Бледнова) Фотография иерея Максима Массалитина. 2009 год© Wikimedia Commons/иерей Максим Массалитин Масштабный образец эклектичной архитектуры, созданный на основе форм средневековых Новгорода и Пскова (одноапсидные алтари, звонницы и прочее) с добавлением элементов московского зодчества XVI века (шатер) и неорусского стиля (шлемовидные купола). Детали грубоваты, композиция переусложнена, отсутствует иконографический замысел — архитектурные цитаты, порождающие новые смыслы. Исключительно изобильную продукцию мастерской Анисимова можно назвать официальным мейнстримом современного церковного строительства. 2. Храм Петра Апостола в Петербурге (2005–2009 годы, по проекту Андрея Лебедева) Фотография Антона Кукушина. 2012 год© flickr.com/Anton Kukushin Среди построек в духе неорусского стиля выделяется выразительным силуэтом, оригинальной композицией и разумной степенью обобщенности деталей. Может стоять в ряду приличных (но совсем не лучших) образцов дореволюционного неорусского стиля; почти предел достижений современного ретроспективизма. Единственное, чего храм точно лишен, — это интересного иконографического замысла; увы, в России такового почти не встретить. 3. Храм Веры, Надежды, Любови и матери их Софии в Кирове (1997–2003 годы, по проекту Евгения Скопина) Фотография Григория Сысоева. 2007 год© Григорий Сысоев/ТАСС Очень интересен с точки зрения замысла. Во-первых, смелая треугольная композиция (несколько треугольных в плане храмов было построено в России в эпоху классицизма). Возможно, имеется в виду соотнесение каждого из приделов с одной из мучениц, а центрального объема — с их матерью. Во‑вторых, обращение к теме местного типа храма эпохи барокко. Это замечательно и в смысле обращения к считающейся многими «неправославной» эпохе, и в смысле интереса к местному наследию. Отсутствие последнего, к сожалению, не должно удивлять. После блестящего расцвета региональных художественных традиций в XVIII веке вся страна вне Москвы и Петербурга превратилась в XIX столетии в живущую лишь столичными ориентирами провинцию, коей и остается до сих пор. Преодолеть столь давнюю тенденцию сложно. И тем отраднее видеть постройку, свидетельствующую о сохранении чувства региональной самоценности. 4. Храм преподобного Серафима Саровского в Билибине (2003–2009) © wikimapia.org/tazik В свое время стал известным благодаря оригинальному и уникальному по смелости (пусть и не по удачности) художественному решению интерьера, предложенному московским художником Виталием Мельничуком. Местный консервативный епископ Диомид отказался тогда освящать храм. С точки зрения архитектуры он скромен, но любопытен как пример обращения к местным традициям. Использован — правда, менее узнаваемый, чем в предыдущем случае, — образ типичного деревянного сибирского храма XVIII–XIX веков: приземистого, типа «восьмерик на четверике», побеленного для сходства с каменным. То есть именно такого, какой мог быть построен на этой земле. 5. Церковь Николая Чудотворца в Повенце (2003–2004 годы, архитектор Елена Шаповалова) © Wikinedia Commons/Thule Единственный современный русский храм, который можно назвать действительно хорошей архитектурой. Один минус, правда, сразу заметен: неудачное соединение боковых главок со скатами кровли главного шатра. Построен как памятник погибшим на строительстве Беломорканала, проходящего за храмом. В целом здание напоминает типичную для Русского Севера постройку. Правда, использован нестандартный тип завершения: боковые шатры в деревянных северных храмах никогда не ставились по диагонали от главного. Основной объем решен оригинально: он повторяет уникальные формы собора Соловецкого монастыря и при этом в том виде, какой он имел в лагерные времена. Эффект усиливается грубой поверхностью бетона. Тема ГУЛАГа подхватывается звонницей, напоминающей лагерную вышку. Сочетание крашенных в серый цвет бревен и бетона удачно подходит и мемориальной теме, и образу северного храма. Бетонные поверхности неожиданно ставят эту церковь в ряд со знаменитыми храмами европейского модернизма — 100-метровым храмом Огюста Перре в Гавре, капеллой Ле Корбюзье в Роншане, собором Сакре-Кер в Алжире и другими. Вряд ли эта ассоциация специально имелась в виду — но в том и заключается свойство настоящего произведения искусства, что оно может сказать много больше того, что вкладывает в него создатель. Итак, храм в Повенце — вроде бы единственный в современной России, где сложный иконографический замысел находит достойное художественное воплощение. Других пока найти не удалось. 6. Проект часовни для Русского Севера (2013 год, авторы Иван Земляков и Даниил Макаров) Проект миссионерского храма ΙΧΘΥΣ Даниила Макарова. 2011 год© Даниил Макаров/cc-qc.ru И один пример бумажной архитектуры. Авторы поместили часовню на Большой Заяцкий остров Соловецкого архипелага, среди первобытных каменных лабиринтов. Редкий пример постройки, не ориентированной на исторические формы. Тем не менее образ узнаваем как храмовый и верно улавливает гений места. Речь идет не о состоявшейся удаче (придраться есть к чему), но о верно предложенном варианте направления поисков.  Теги Архитектура Церковь https://arzamas.academy/materials/484
  14. Нет, я не много знал о мире и о Боге Вениамин Блаженный Нет, я не много знал о мире и о Боге, Я даже из церквей порою был гоним, И лишь худых собак встречал я на дороге, Они большой толпой паломничали в Рим. Тот Рим был за холмом, за полем и за далью, Какой-то зыбкий свет мерещился вдали, И тосковал и я звериною печалью О берегах иной, неведомой земли. Порою нас в пути сопровождали птицы, Они летели в даль, как легкие умы, Казалось, что летят сквозные вереницы Туда, куда бредем без устали и мы. И был я приобщен к одной звериной тайне: Повсюду твой приют и твой родимый дом, И вечен только путь, и вечно лишь скитанье, И сирые хвалы на поле под кустом...
  15. 7 мая Владимир Путин вступил в должность президента России на новый шестилетний срок. Глава государства, после принесенной клятвы, заявил, что стране необходимы прорывы, на которые способно только свободное общество, без «бюрократической мертвечины». Свой четвертый президентский срок Владимир Путин намерен посвятить «служению людям и Отечеству». Практически сразу после инаугурации глава государства внес кандидатуру Дмитрия Медведева на пост главы федерального правительства. Означает ли это сохранение прежней социально-экономической политики? Каким образом будет достигнут «прорыв Путина» в ближайшие годы? В чем суть нового Указа президента, который эксперты уже назвали «дорожной картой» России до 2024 года? Эти темы в программе «Пронько. Экономика» мы обсудили с академиком РАН Сергеем Юрьевичем Глазьевым Юрий Пронько: Поздравим друг друга и наших зрителей со вступлением главы государства в должность. Это большое событие. Предложение кандидатуры Медведева на должность премьера… Честно скажу, экспертное сообщество разделилось в своих мнениях. Как вы восприняли это решение президента? Сергей Глазьев: Мне оно кажется вполне логичным. Во-первых, сохранение преемственности. Во-вторых, это признание результатов работы правительства, которое мы видели вчера, и, собственно говоря, итоги думских выборов, где «Единая Россия» заняла безоговорочное первое место. Исходя из формальных показателей, которыми руководствуются эксперты, все логично. С другой стороны, есть понимание того, что в рамках проводившейся до сих пор экономической политики добиться реализации дорожной карты невозможно. Нужны принципиальные изменения. Чтобы выйти на пятипроцентный рост производительности труда, обеспечить решение всех тех задач, которые президент прописал в своем Указе о национальных целях и стратегических задачах развития России на период до 2024 года. Они касаются и транспорта, и здравоохранения, и промышленности. Задачи амбициозные. Они предполагают, что Россия возвращается в число крупнейших экономик мира. 50 процентов предприятий должны перейти на инновационный путь развития. Сегодня это всего лишь 15 процентов, цифра не растет. Мы должны выйти, как минимум, на среднеевропейский уровень активности малого и среднего бизнеса, для этого нужны кредиты, без них малый бизнес не может подняться. Ю.П.: Вы начали говорить об Указе президента. Я предлагаю обозначить реперные точки. Помимо того, что Путин внес кандидатуру господина Медведева в российский парламент в качестве назначения председателем Правительства Российской Федерации, Владимир Владимирович сегодня подписал и Указ о национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года. Здесь обозначены несколько принципиальных позиций. Первые три – обеспечение устойчивого естественного роста численности населения, повышение ожидаемой продолжительности жизни до 78 лет (к 2030 году – до 80 лет), обеспечение устойчивого роста реальных доходов граждан, а также роста уровня пенсионного обеспечения выше уровня инфляции. Это первые три позиции. Дальше – снижение в два раза уровня бедности, улучшение жилищных условий не менее 5 миллионов семей ежегодно, то есть порядка 30 миллионов в ближайший президентский срок, ускорение технологического развития страны, увеличение числа организаций, осуществляющих технологические инновации до 50 процентов от их общей численности. И еще три пункта из Указа президента. Обеспечение ускоренного внедрения цифровых технологий в экономике и в социальной сфере, вхождение Российской Федерации в число пяти крупнейших экономик мира, обеспечение темпов экономического роста выше мировых при сохранении макроэкономической стабильности, в том числе инфляции на уровне, не превышающем 4 процентов. Даже таргет-инфляцию госпожи Набиуллиной удалось пролоббировать в Указе президента. И создание в базовых отраслях экономики, прежде всего, в обрабатывающей промышленности и агропромышленном комплексе высокопроизводительного экспортно ориентированного сектора, развивающегося на основе современных технологий и обеспеченного высококвалифицированными кадрами. Это только вводная часть в Указе президента. Затем идет расшифровка. Сергей Юрьевич, я правильно вас понимаю, что при сохранении нынешней социально-экономической политики, это невозможно? С.Г.: Это арифметика. Все, что президент прописал в Указе, — абсолютно реально. И более того, как раньше говорили, выполним и перевыполним план. Это тоже возможно, возможно перевыполнение. Что значит пятерка ведущих стран мира по экономике? Первая тройка находится за пределами наших возможностей, к сожалению. Это США, с которыми мы соревновались уже в течение длительного времени, но приближались не более, чем на две трети. Пока там народу больше, чем у нас. На сто миллионов человек, то есть в полтора раза. Китай, где народу больше практически на порядок. Индия также. Первая тройка определена на ближайшие сто лет. Россия может быть лидером в области научно-технического прогресса. О чем, кстати, много сказано в этом Указе. И мы должны ассигнования на научно-исследовательские и опытно-конструкторские разработки, как мы с вами много раз говорили, поднять хотя бы до уровня передовых стран. Если мы хотим вернуться в эту пятерку. То есть мы должны поднять объем финансирования науки не менее чем в два раза. Это первое. Можем ли мы занять четвертое место? У нас тут конкурент Германия, которая меньше нас и по интеллектуальном потенциалу, и по научно-техническому, я уже не говорю по ресурсному. Индонезия, которая существенно больше нас по человеческому потенциалу, по численности населения, но меньше по интеллектуальному. Бразилия, наш партнер по БРИКС. Мы вполне можем быть на четвертом месте. Поэтому задача войти пятерку — абсолютно реалистична. И оставаться в этой пятерке можно ближайшие 50 лет. Но быть лидерами в чем? В научно-техническом прогрессе. Где мы вполне способны быть лидерами. Поскольку наша научно-техническая база сегодня превосходит все эти страны, которые с нами конкурируют в масштабе численности населения. А это Великобритания, Германия и перечисленные Бразилия и Индонезия. Мы сегодня снабжаем весь мир умами. Лейтмотивом в этом Указе является тема цифровой экономики. Так вот цифровая экономика говорит на русском языке. Куда бы вы ни приехали, в Америку, в Индию, в другие страны, которые развивают цифровую экономику, везде — русские программисты, от Вашингтона до Пекина, весь этот мир цифровых денег говорит по-русски. Мы теряем примерно три четверти наших молодых умов, выпускников, они уезжают заграницу. Мыможем мы стать лидерами в области цифровой экономики? Абсолютно реально. Ю.П.: Так что для этого необходимо сделать? Деньги выделить? Когда мы говорим о создании условий. Что имеется в виду? С. Г.: В чем сейчас главная проблема для правительства? Находясь в рамках своего бюджетного правила, которое они сами себе придумали, а точнее придумали в Вашингтоне, они, как говорят специалисты, все время бьют себя по ногам. Вместо того, чтобы тратить сверхприбыли, дополнительные доходы, которые бюджет получает, на ту же цифровую экономику, на здравоохранение, образование, цифры, кстати, в рамках бюджетного правила неподъемные. Скажем, по здравоохранению нужно поднять ассигнования минимум на полтриллиона рублей, чтобы выполнить все те задачи, о которых говорит президент. По науке поднять ассигнования в два раза. И по всем позициям нам необходимо существенное увеличение расходов государства на соответствующие цели развития. Но в рамках жесткой денежной политики, которая предусматривает, с одной стороны, прекращение кредита, ведь Центральный банк отказывает сегодня экономике в кредите, кредита в экономике просто с точки зрения Центрального банка нет. Центральный банк уже целый год не выдает деньги в экономику. Он впервые за последние пять лет стал убыточной организацией. Ю.П.: 435 миллиардов рублей убытки за 2017 год. С.Г.: Это, вообще говоря, нонсенс. Что это означает? Что Центральный банк вместо того, чтобы вкладывать деньги в развитие кредита, создавать кредит, деньги высасывает из экономики. И он печатает деньги. Вот эта проклятое слово эмиссия. Сегодня Центральный банк занимается масштабной эмиссией денег для того, чтобы субсидировать коммерческие банки, которые не желают рисковать, вкладывать деньги в развитие экономики. От чего убытки Центрального банка образовались? От того, что они открывают депозитные счета, на которые приглашают все банки, которые не желают рисковать, вкладывать деньги в развитие экономики, просто за то, что они ничего не делают, платят им шесть процентов годовых. Ю.П.: Но на Неглинной говорят: убытки связаны с санацией кредитных учреждений в 2017 году, если бы не было санации, то, цитата, потери бы составили 2,5 триллиона рублей. Заявление Центрального банка России. С.Г.: Потери, во-первых, составили три триллиона рублей из-за банкротства банков. Поэтому не понимаю, о чем здесь речь? Потери кого? Потери экономики от банкротства банков? Но не будем забывать, что санация касается всего на всего двух банков. «Открытие» и «Бинбанк». Это две дыры, которые сам ЦБ и создал. Эмитируя деньги, печатая деньги, под полпроцента годовых для этих любимчиков. Эти любимчики деньги украли. Значит, мы теперь должны за этих любимчиков еще заплатить. По полтриллиона. Вопрос, кто потеряет. Эти люди уже давно на Мальте, купили гражданство за деньги ЦБ и спокойно себе сидят, издеваются над нами. Поэтому если мы дальше деньги будем печатать для любимчиков, которые потом их вывозят из России, то этих целевых показателей добиться будет невозможно, они не станут итогами. Я берусь утверждать, что в рамках проводимой денежно-кредитной и макроэкономической политики выполнить эту дорожную карту нельзя. Нам необходимо увеличение доходной базы бюджета. Это можно сделать. Причем легко. Увеличить доходную базу бюджета в два раза. У нас сегодня загрузка производственных мощностей составляет 60 процентов. Соответственно, если мы даем кредит в экономику, мы автоматически решаем вопрос загрузки производственных мощностей простаивающих предприятий. У Центрального банка есть иллюзия избытка ликвидности. Это как приходит наблюдатель в магазин, видит изобилие товаров, нет очереди, товаров много, у него возникает ощущение, что избыток товаров в стране. А рядом голодающее население. В чем вопрос? Вопрос в ценах. То же самое и здесь. Если у вас процентная ставка выше, чем норма рентабельности в экономике, у вас никто кредиты брать не будет. Ю.П.: А в ЦБ и в правительстве заявляют: нет рынков сбыта, хорошо, мы можем ввалить деньги, хотя бизнес сам не хочет инвестировать, зато аргументация, в частности руководителя Департамента денежно-кредитной политики ЦБ, а вы нас пытаетесь заставить эти деньги внести в экономику, они сами не хотят финансировать. Но, самое главное, утверждают чиновники: нет рынков сбыта той продукции, которая потенциально может быть выпущена этими недозагруженными производственными мощностями. С.Г.: Это вопрос, во-первых, платежеспособного спроса населения, это же все цепочки обратных связей. Есть экономический рост – есть платежеспособный спрос. Если доходы населения падают, мы попали просто в ловушку сжатия спроса, производства, инвестиций, и так далее. Это ловушку создал Центральный банк. В рамках той кредитно-денежной политики, которую Центробанк проводит, никакое самое умное правительство, старое или новое. Ю.П.: Или старо-новое. С.Г.: Поставить туда искусственный интеллект, они не смогут выкрутиться из этой ситуации падающих доходов, падающих сбережений, падающего спроса, падающего производства и инвестиций. Нам нужен мощный инициирующий импульс. Этот импульс называется целевая денежно-кредитная политика, ориентированная на рост инвестиционной активности. На рост капитальных вложений. Практически все те цели, которые президент поставил, они касаются, во-первых, резкого повышения инновационного потенциала. То есть 50 процентов предприятий должны стать инновационными. Они должны начать реализовывать инновационные проекты. Азбучная истина – за счет чего финансируются инновации? За счет кредитов. Других источников нет. Ну, есть бизнес-ангелы и богатые родственники. Но это несерьезно для нашей страны на сегодня. Только целевое кредитование перспективных инновационных разработок способно дать предприятиям возможность их внедрять. Еще Шон Петерс сто лет назад говорил о том, что процент за кредит – это налог на инновацию. Если такой высокий процент, а на Западе процент равен нулю, то понятно, что наши люди с инновациями уезжают, где практически бесплатно берут деньги и внедряют свои инновационные разработки. Поэтому наше сообщество цифровых программистов, специалистов в области цифровых технологий, вы можете найти где угодно. Они реализуют свои проекты. Только у нас почему-то это все невостребовано. Ю.П.: Я правильно понимаю, что так называемое бюджетное правило, о котором вы говорите, касается темы, о которой сегодня сообщил Минфин буквально за час до инаугурации президента: в мае 2018 года в доллары, евро и фунты стерлингов будет конвертировано 322 миллиарда рублей дополнительных нефтегазовых доходов бюджета. Вот заявление Минфина сегодня, деньги на всякий случай, на черный день. 322 миллиарда рублей перевести в иностранную валюту. Для чего? С.Г.: Черный день для Минфина уже наступил, потому что реализация этих целей, которые поставил президент, требует 120 миллионов квадратных метров в год жилья. Ведь стройка тоже идет за счет кредита. Стройка без кредита работать не может. 50 процентов предприятий, которые должны взять кредиты откуда-то для внедрения своих инновационных проектов, которые существуют. Еще раз подчеркну, что все цели, которые ставит президент, абсолютно реальны. Их можно перевыполнить. Но для этого нужны кредиты. Долгосрочные кредиты. Не под драконовские ставки, которые зашкаливают за норму рентабельности средней обрабатывающей промышленности. А под разумные проценты, как в мире делается, под 2-3 процента годовых. Чтобы люди могли реализовывать свои идеи, разработки, проекты. 2 Ю.П.: Поэтому и прописали в Указе президента устойчивая макроэкономическая стабильность. С.Г.: Что такое бюджетное правило? Когда было правительство Примакова, у нас был бюджет развития. Это величайшая инновация, которую Примаков тогда внедрил. Кудрин затем бюджет развития переделал в стабилизационный фонд. Вместо того, чтобы вкладывать дополнительные доходы бюджета в развитие, в инвестиции, мы их отдаем американцам, как вы сказали, евро – европейцам, на финансирование их военных расходов. Если американцам, то они идут на чисто военные расходы против нас же. То есть мы кредитуем США, которые эти деньги используют против нас. Санкции вводят, войны устраивают по всему миру. Это же очень странно. У нас есть дополнительные доходы в бюджет. Возьмем китайский подход. Там есть текущий бюджет. Налоги, расходы, все сбалансированно. Есть дополнительные доходы в бюджет. Они направляются на так называемые инвестиционные объекты, пообъектное инвестиционное финансирование. За счет этого строятся скоростные железные дороги, автомагистрали, порты, идет кредитование предприятий по приоритетным направлениям и так далее. Поэтому нам уже давно пора отказаться от этой странной затеи использовать сверхприбыли от нефти и газа для кредитования американских военных расходов. Нам нужно их вкладывать в те самые цели, о которых говорит президент. Если мы эти нефтедоллары, которые сегодня, слава богу, опять появились, будем вкладывать в развитие, это будет существенным подспорьем для правительства, это же правительственные деньги. Ю.П.: Вы можете как-то логически объяснить проводимую политику, если встать на противоположную сторону? С.Г.: Я считаю, что проводимая денежно-кредитная и макроэкономическая политика уже не имеет права на существование. В рамках этой политики обеспечить прорыв, о котором говорит президент, невозможно. Это арифметика. Даже наши оппоненты признают, что в рамках проводимой сегодня макроэкономической политики можно иметь рост 1-2 процента. Президент ставит задачу – рост более пяти процентов. Рост производительности труда 5 процентов, значит, надо еще набросить к этому. Потому что у нас все-таки есть приток мигрантов с Украины и Средней Азии, поэтому можем расти минимум на 8 процентов. Если поставить задачу экономического роста, то 8 процентов в год — это целевой ориентир по валовому продукту. Для того, чтобы этот рост выдерживать длительно, нам необходимо инвестиции наращивать 15 процентов в год. За счет всех источников. Целевая кредитная политика, те же самые сверхприбыли от экспорта нефти и газа и вся система управления должна быть настроена на повышение экономической, прежде всего, инвестиционной активности. Рычаги для этого хорошо известны. Кстати, цифровая экономика, о которой здесь очень много говорится, позволяет нам все деньги пометить, окрасить и видеть, куда эти деньги направляются. Будь то госзакупки, целевые кредиты, специальные инструменты поддержки малого бизнеса – регулятор при желании может эти деньги пометить и следить за тем, чтобы их не украли. Ю.П.: До инаугурации президента ходило и продолжает ходить множество разных мнений, позиций, прогнозов, моделей, в частности, одну из них высказал господин Кудрин и многие деловые СМИ считают, что президент Путин взял за основу его программу, которую оценили в десять триллионов рублей. Кудрин считает, что эти деньги есть в государстве и не надо повышать налоги. Минфин и правительство считают, что для реализации, резкого увеличения объемов финансирования образования, здравоохранения, инфраструктуры необходимо повысить налоги. За счет чего Кудрин предлагает увеличить финансирование без налогов – сократить объемы финансирования оборонной и национальной безопасности. Известна его позиция по поводу взаимоотношений со странами Запада. Это можно сказать модель. Но судя по тому, что я уже вижу, по предложению вновь назначить председателем правительства Медведева, судя по тому, что описано в Указе президента, судя по тому, я сейчас без шуток буду говорить, я хотел даже прервать Сергея Юрьевича, когда он заговорил про строительный комплекс, но благо, что в Указе президента он выделен в отдельную позицию, и здесь черным по белому написано: улучшение жилищных условий не менее пяти миллионов семей ежегодно. Семей, не граждан. Это очень серьезный задел. Почему я хотел прервать господина Глазьева? В эти минуты, прямо сейчас, в соседнем здании рядом с телеканалом «Царьград» идет заседание фракции «Единая Россия», на которой присутствует исполняющий обязанности председателя правительства, кандидат на эту должность Дмитрий Анатольевич Медведев, и какие подробности нам стали известны? Лучше сядьте, если вы стоите. Если вы передвигаетесь, лучше остановите автомобиль. Дмитрий Медведев на встрече с членами фракции «Единая Россия» назвал кандидатуры на должности вице-премьеров нового правительства. Первым вице-премьером нового правительства должен стать Антон Силуанов, нынешний исполняющий обязанности министра финансов России. Пост вице-премьера здравоохранению, не по социальной сфере, а именно по здравоохранению, господин Медведев предлагает кандидатуру председателя Счетной палаты России Татьяны Голиковой. А теперь самое главное. Касаемо строительного комплекса. Это меня выбило. Господин Медведев предложил включить в состав нового правительства Виталия Мутко в ранге вице-премьера по строительству. То есть человек, который возглавлял раньше Российский футбольный союз, министерство спорта, до сего дня, да и сейчас является и.о. вице-премьера по спорту предложено назначить господином Медведевым вице-премьером по строительству. По транспорту и связи предлагает господин Медведев назначить Максима Акимова. Это нынешний первый зам. руководителя аппарата правительства России. Вице-премьером по сельскому хозяйству Алексея Гордеева, который был раньше министром сельского хозяйства и губернатором Воронежской области. Как отмечают наши источники в российском парламенте, среди вице-премьеров фамилии господина Рогозина нет. Это самая оперативная информация. Сергей Юрьевич, я без издевки задаю вам вопрос, господин Мутко вице-премьер по строительству — это как? В какие ворота, уж простите за футбольную терминологию? С.Г.: Мы не в Государственной Думе. Медведев внес предложения, как он считает нужным. Правящая партия способна их оценить и дать свои оценки. Поэтому я бы сейчас не стал комментировать все эти предложения Дмитрия Анатольевича. Потому что ему предстоит решать очень сложный вопрос. В рамках нынешней макроэкономической политики эти вопросы решить нереально. То есть нужно очень серьезно менять макроэкономическую политику и много чего еще. Потому что макроэкономическая политика – это лишь некая среда, климат. Есть там влажность для того, чтобы все росло или у нас будет засуха опять? Пока у нас была засуха. Поэтому чтобы там министерство промышленности ни изобретало, но если нет кредитов в экономике, нет влаги, нет денег, подпитывающих рост растений, колосьев, которые должны дать урожай, то не будет никакого урожая, потому что засуха, как бы министр промышленности ни обрабатывал свои грядки. И то же самое касается сельского хозяйства. Вот дали в сельское хозяйство немножко влаги, льготных кредитов, оно заколосилось, мы получили экономическое чудо маленькое в сельском хозяйстве. Поэтому Медведеву придется очень серьезно задуматься надо той макроэкономической политикой, которая ведется. И придется ее существенно усложнять, мягко говоря. Усложнять, потому что она должна быть привязана к промышленной политике, к научно-технической, к решению всех тех вопросов, о которых президент поставил целевые ориентиры. Целевые ориентиры прописаны иногда до конкретных показателей – снижения смертности населения, роста продолжительности жизни. Это синтетические показатели, за каждым из этих показателей должен стоять системный план их достижения. Ю.П.: Снижение в два раза уровня бедности. С.Г.: В два раза уровня бедности – это снижение и безработицы, и рост заработной платы, прежде всего. Таким образом, можно ли решить эти сложные задачи при помощи существующих кадров? Или потребуются новые кадры? Это вопрос его личной ответственности. Каковы критерии кадровой политики, это за рамками нашей сегодняшней дискуссии, это вопросы политического выбора, который сегодня делает правящая партия. Ведь Медведев консультируется с думским большинством. Там есть свои кадры. Ю.П.: Сейчас в ближайшее время начнется встреча с фракцией ЛДПР, то есть традиционная встреча. С.Г.: Главный вопрос, конечно, как пройдет обсуждение с «Единой Россией». Поскольку эта партия несет коллективную ответственность за исполнение тех показателей, которые президент поставил в качестве целевых задач. Я думаю, у них достаточно кадровых резервов и возможностей для того, чтобы проводить оптимальную кадровую политику. Я не берусь давать персональные оценки. Могу сказать только, что Указ президента и его объявление о прорыве требует качественного повышения уровня управления в стране. То есть нам необходимо добиться того, чтобы цели, которые президент ставит, выполнялись. А цели очень амбициозные. То есть задачи, которые президентом поставлены, исходят из объективных потребностей развития страны, которые предполагают рывок. Прежде всего, в научно-технической сфере. Обеспечить рывок в научно-технической сфере должны промышленность, строительство, наука, образование и поддержать здравоохранение. Ассигнования по всем этим направлениям, бюджетные плюс кредиты, должны увеличиться в разы. Решать эти задачи с помощью 2-3 процента роста не получится. 2 процента роста – это просто латание дыр. То есть нам нужен рост минимум в пять процентов. Оптимально, 8 процентов. Он вполне возможен. Но для этого нужно принципиально иное качество управления. Нам нужно частно-государственное партнерство, где государство будет брать на себя обязательства, создавать условия для экономического роста, и бизнес будет не просто лоббировать свои интересы, а тоже брать на себя обязательства. Ю.П.: Я пойду сейчас на обострение. У меня есть несколько наглядных цифр. Борьба с бедностью. В указе четвертый пункт. Задача серьезная – снижение в два раза уровня бедности. Сейчас на графике вы видите, как росло число людей с доходом ниже прожиточного минимума за период с 2012 по 2017 год. Вот это их успех.Я специально наглядно показываю в цифрах. Дальше идем. Что происходило с доходами населения? То есть можно по-разному оценивать, но я соглашусь с господином Глазьевым, нынешняя макроэкономическая, денежно-кредитная, социально-экономическая политика обанкротилась. Меня крайне настораживает продвижение Антона Силуанова, который, кстати, и воплощает как оператор, профессионал своего дела, бухгалтерский подход. Смотрите, что происходило с доходами населения, анализируем два последних года, 2017-2018, оценка, динамика реальных денежных доходов к аналогичному периоду прошлого года. Наглядно? Вы все видите. Это все данные Росстата, официальные данные. Что происходило с пенсиями? Следующие наши показатели. Динамика без учета единовременной выплаты 2017 года. Та манипуляция, о которую, кстати, сломался Росстат. Вы видите, что было в 2017 году? Этот всплеск, красиво выглядящий на графике, всего пять процентов индексации. Дальше, рост промышленности. Еще один график, как менялись показатели промпроизводства в целом и производства в обрабатывающей промышленности. Посмотрите, где находится обрабатывающая промышленность. То есть в районе нуля находится рост обрабатывающей промышленности. На самом деле, я думаю, если секторально рассматривать, ситуация еще хуже. За счет сырьевого сектора были достигнуты эти показатели в 1,5-2 процента роста промышленного производства в стране. И еще один такой наглядный факт. Как ЦБ убивал конкуренцию на финансовом рынке страны, фактически, формируя олигополии в интересах, кстати, одного игрока. Количество банков в России, как их зачищала Эльвира Сахипзадовна, наглядный график. И когда я слышу разговоры: хорошо, количество банков сокращается, остаются крупные игроки – они вам будут навязывать те условия, которые им будут выгодны. Вот несколько графиков, которыми я охарактеризовал успехи. Ю.П.: Сергей Юрьевич, хочу услышать ваше экспертное мнение, что происходит усиление Кудрина, я это вижу по возможному назначению Силуанова, не факт, что оно состоится в рамках именно первого вице-премьера, может, просто вице-премьера. Я ожидаю следующего. Будет заявлено, что мы потратим и резко увеличим ассигнования на образование, здравоохранение, чтобы люди почувствовали, будет названа, может, какая-то астрономическая сумма. С.Г.: Для этого нужны источники доходов. Ю.П.: Да, и произойдет увеличение налогов. Что они хотели сделать по физикам, по юрикам, увеличить НДФЛ, как вариант, они пока это вбрасывали в качестве идеи, я думаю, что теперь время приходит реализовать. НДФЛ увеличить с 13 до 15 – это не прогрессивка, это просто увеличение налога на фонд оплаты труда. Дальше увеличат НДС, они же сказали, что за счет якобы сокращения социальных взносов будет рост НДС. С.Г.: Президент говорит, что нужно поднять уровень доходов, увеличить объем экономической активности. Кудрин предлагает, наоборот, шлюз открыть и все это спустить. Бюджетная консолидация, перераспределение расходов. Что такое сокращение расходов на оборонку? Один рубль на оборонку дает нам 10 рублей повышения экономической активности. Колоссальный мультипликатор. Не будем забывать, что это сегодня единственный оставшийся сектор высокотехнологической промышленности. Все, что было приватизировано, сегодня уничтожено, исчезло. Нет частного машиностроения, практически, за редким исключением, которое способно производить конкурентную продукцию. А то частное машиностроение, которое осталось, оно привязано к крупным корпорациям. Так вот, военно-промышленный комплекс – это единственный генератор той самой инновационной активности, о которой говорит президент. Поэтому сокращение расходов на оборонку на 1 рубль будет означать десятикратное сокращение экономической активности в сфере высоких технологий. Это абсурд с точки зрения экономической логики, с которой знаком каждый, кто хоть раз видел в жизни межотраслевой баланс. Которого господин Кудрин, наверное, ни разу всерьез не видел, не задумывался на эту тему. Он думает, что догматика Вашингтона, которую он транслирует и предлагает Международный валютный фонд, сама по себе обеспечит экономическое развитие. Но мы с этой догматикой уже много раз бились головой об стенку. Поэтому попытки внедрения такого рода предложений сразу натолкнуться на ступор. Не получится выполнить ту дорожную карту, о которой говорит президент. Я думаю, мы должны исходить из того, что все-таки наше правительство обучаемо. Ю.П.: То есть люди, которые понимают ошибки, пусть публично их не признают, но учатся на них. С.Г.: Но понимают, что если нет кредита, нет развития. Даже если посадить вместо правительства искусственный разум. Ю.П.: Господин Кудрин угрожает. Он предлагает кратко сократить количество чиновников и искусственный разум применить. С.Г.: Но при этом оставить банк вне этого разума, то никакой искусственный разум не преодолеет те проблемы экономического роста, которые создает Центральный банк своей политикой дорогих денег. Чтобы был экономический рост и инновации, нужны дешевые деньги. И необходима ответственность за использование этих денег. Нас обычно критикуют: вы хотите эмиссию. Мы не хотим эмиссию, сегодня эмиссия и так ведется. Но эмиссия ведется в пользу спекулянтов на сегодняшний день. В пользу жуликов, которые разворовали нашу финансовую систему. Ю.П.: Кстати, об этом говорит неофициально господин Силуанов, он говорит, что разворуют денежные средства, если давать. С.Г.: Так они же и отдают жуликам. По сути дела, главными получателями эмиссионных денег стали группа «Открытие» и прочие, которые у Центрального банка сначала взяли и не отдали, теперь Центральный банк … у них деньги, чтобы их обязательства перед населением выполнить. То есть Центральный банк ведет эмиссию в пользу жуликов. А эмиссию в пользу инновации он не ведет, при этом тщательно скрывает то, что он ведет эту целевую эмиссию под ноль процентов, фактически, в пользу тех, кто эти деньги утащил у самого же Центрального банка. Как ни крути, в рамках той макроэкономической политики, которая проводится, у правительства связаны руки. Правительство действует в рамках бюджета, где под развитие денег нет. Есть деньги под социальные нужды, которых не хватает. Я еще замечу, что не только по здравоохранению. У нас нехватка денег минимум полтриллиона рублей. Это под выполнение этих задач, которые поставлены в Указе. Ю.П.: В год полтриллиона? С.Г.: В год, конечно. У нас кроме того дефицита, который есть сегодня, нужно еще добавить триллиона, наверное, полтора, что необходимо дать. А дать это можно за счет увеличения доходов. Увеличение доходов дает, прежде всего, повышение экономической активности, для чего нужны те же самые кредиты, о которых я говорил. Ю.П.: Но вы не думаете, что проще же ввести новые налоги, тот же НДС очень легко администрировать. С.Г.: НДС трудно администрировать, это самый сложный налог. У нас два миллиона людей этим заняты. Между прочим, высококлассные бухгалтера, которые занимаются начислением НДС, потом вычетом из НДС, в итоге у нас сухой остаток – одна десятая, эффективность работы с НДС всего десять процентов. Ю.П.: Хорошо, повышение НДФЛ на два процента – легко администрируемый налог. С.Г.: Но это же прогрессивная шкала. Я за прогрессивную шкалу. Ю.П.: Это не прогрессивная шкала. Они для всех предлагают сделать, увеличить до 15. С.Г.: На фоне падающих доходов населения увеличивать налоговое бремя – это известная шутка. Когда население стонало-стонало, а потом начало смеяться. Это для власти самое страшное, когда народ начинает смеяться. Куда уже дальше? Ю.П.: Брать уже нечего. С.Г.: Брать с богатых можно. У меня наши олигархи вызывают изумление. Сейчас против них вводятся санкции, у них по десятку триллиардов долларов в загашнике личных денег, а они идут к государству с протянутой рукой, говорят: дайте нам деньги на компенсацию американских санкций. Им президент говорил еще 10 лет назад: возвращайте деньги в Россию, возвращайте, потом замучаетесь. Это его дословное, я цитирую слова Путина: замучаетесь пыль глотать по западным судам. Вот они глотают сейчас эту пыль. Ю.П.: Они особо не глотают, они идут в правительство С.Г.: И просят еще денег. Им и так дали возможность вывести эти колоссальные доходы без уплаты налогов. Вместо того, чтобы их вернуть, они сейчас просят деньги на поддержание своего роскошного аристократического существования. Пора расставить точки над i. У нас, правильно президент сегодня сказал, времени на раскачку нет. Приоритеты он обозначил. Приоритеты требуют мобилизации. Мобилизации работы всей исполнительной власти, включая Центральный банк, который тоже является исполнительной властью, он должен в соответствии с теми целями и задачами, которые ставит президент, а не Международный валютный фонд. Поэтому учитывая, что господин Силуанов, если он будет вице-премьером и одновременно председателем национального финансового совета, который надзирает за Центральным банком, у него будут все полномочия добиться того, чтобы экономический рост был не менее 8 процентов в год. Я ему лично много раз говорил, как провести политику, чтобы экономический рост был 8 процентов в год. Он говорил, что деньги могут разворовать. Да, он знает, о чем говорит. Да, могут разворовать, и наши финансисты показывали, как это эффективно делать, когда Центральный банк вливает деньги в экономику, они уходят на валютную биржу и дальше за границу. Группа «Открытие» прекрасно это продемонстрировала. Ю.П.: То есть господин Силуанов прав? С.Г.: Он прав в рамках той модели, в которой он работает. Так давайте поменяем модель. Давайте введем ту самую цифровую экономику, о которой говорит президент. Давайте каждый рубль окрасим соответствующим индексом. И как только этот рубль появляется на валютной бирже, мы это видим, и мы понимаем, что деньги пытаются украсть. И моментально тот самый искусственный разум, компьютер, который обязан следить за соблюдением всех правил денежных трансакций, сделок, блокирует эти операции. Это легко сделать. Наши программисты сегодня способны провести всеобщую цифровизацию денежного обращения и добиться того, чтобы деньги, которые выдаются по госзаказу или вливаются под малый бизнес, сельское хозяйство, инвестиции, работали там, а не разворовывались и не перегонялись коммерческими банками на валютную биржу. Это всё наши программисты могут сделать в течение двух-трех месяцев. Ю.П.: То есть это вообще не сказки, не фантастика. Вы представляете, что предлагаете, Сергей Юрьевич. Вы предлагает сломать ту воровскую, жульническую парадигму, которая существовала и о которой говорит Силуанов, я согласен с ним, в этой-то модели действительно разворуют. Представляете, какое сопротивление. С.Г.: Силуанов говорит: мы не будем давать деньги, потому что разворуют. А мы говорим: давайте давать деньги так, чтобы их не разворовали. Ю.П.: И это реально. С.Г.: Вполне реально. Ю.П.: Может, он смог доказать, поэтому и претендует на пост первого вице-премьера, насколько я понимаю, первый вице-премьер будет курировать вопросы, как финансов, так и экономики. С.Г.: Он, кстати, является сторонником цифровизации. Насколько я могу судить, он выступает за то, чтобы цифровые технологии внедрялись. Ю.П.: Я задам, может, не совсем корректный, но журналистский вопрос. Произошло большое событие. Ожидаемый Указ президента, новый майский указ появился, опубликован, серьезный документ с серьезными задачами. А параллельно идут консультации в российском парламенте, возникают какие-то неожиданные фамилии по отдельным направлениям. Голикову в качестве вице-премьера по социальным вопросам я могу представить, а вот господина Мутко в качестве вице-премьера по строительству сложно. Но я не буду просить вас давать оценку кадровым неназначениям, тем более. Сергей Юрьевич, мы действительно сегодня начинаем жить в новой ситуации, о которой говорит президент, начало прорыва, или это имитация? С.Г.: Я бы сказал так, что те, кто будет имитировать, и не будут шагать в ногу со временем, отстанут. Поэтому те фамилии, которые вы называете, вызывают, я думаю, может, некий скепсис. Если не будут работать, как положено, то они отстанут от этого поезда, который президент возглавляет как главный руководитель всего нашего движения и заставляет идти со скоростью двести километров в час, предположим. Эта скорость не предельная. Она, я бы сказал, щадящая скорость. То, что здесь в указах написано, это достаточно щадящие показатели. Они не требуют мобилизации по-крупному. Это то, что есть в рамках имеющихся возможностей. Не нужно работать по 12 часов в сутки всем гражданам страны. Он, наоборот, предлагает раскрыть всем свой потенциал. Кто как может и как хочет. А те, кто не в состоянии эту скорость выдержать, должны будут сойти с дистанции. Самое главное в системе управления – ввести механизм ответственности. Это общий принцип, что незаменимых людей нет. Важно, чтобы работали правильные критерии отбора руководящих кадров. Если человек справляется с теми задачами, которые президент поставил, флаг ему в руки. Если он не в состоянии справиться, значит, он должен из этого сделать выводы, что он не подходит к этой новой системе управления. Та дорожная карта экономического развития, которую президент сегодня утвердил, требует принципиально другой ответственности за результаты работы, принципиально более высокого качества управления и, разумеется, механизма обратной связи. Так что, может быть, после строительства футбольных стадионов можно будет построить много новых городов. Ю.П.: Вы имеете в виду инфраструктурных объектов. С.Г.: Да. В этом тоже есть накопленный опыт. Я к тому, что те, кто не способен обучаться, должный уйти на пенсию. Ю.П.: Означает ли это изменения в ранее принятом федеральном бюджете на ближайшую трехлетку? Сегодняшний Указ господина Путина означает ли, что изменения будут вноситься? К 2020 году у нас должен быть бездефицитный бюджет. Дурь, с которой я никогда не соглашусь с господином Силуановым, принципиальный разлом. Если у вас экономика в условиях устойчивой траектории развития – это одна ситуация. Если у вас экономика растет, а я напомню, в бюджете, в прогнозах минэкономразвития полтора процента роста валового внутреннего продукта. Означает ли это, что будут изменения или нет? И под фразой «сохранение макроэкономической стабильности» финансово-экономический блок вновь докажет, что именно так и никак иначе надо ее проводить. С.Г.: Разумеется, придется корректировать бюджет, очень серьезно, если мы хотим реализовать эти цели. Только по здравоохранению необходимо увеличение ассигнований минимум на полтриллиона. А если мы сделаем на триллион, то мы действительно выйдем на эти целевые показатели, которые позволят российской системе здравоохранения вернуть себе пальму первенства в мире. Президент ставить задачу сделать в нашей стране лучшую систему здравоохранения в мире. В рамках существующего бюджета это невозможно, потому что у нас ассигнования на душу населения по здравоохранению, а также по доле здравоохранения в структуре использования валового продукта или бюджетных расходах, в два раза меньше, чем нужно. Посмотрите задачи по транспортной инфраструктуре. Это строительство новых транспортных коридоров, это электрификация БАМа, чего Советский Союз не сделал, много чего еще. Это наш ответ на вызов Китая – один пояс один путь. То есть мы создаем лучшую инфраструктуру в Евразии. Для этого тоже нужны деньги. Поэтому первое, что нужно сделать, это трансформировать стабилизационный фонд в бюджет развития. И эти задачи капитального строительства, которые поставлены президентом, профинансировать за счет нефтегазовых доходов бюджета. Это вполне реально на сегодняшний день. Это даст новые возможности развития. И это будет антиинфляционная мера, потому что сегодня у наших транспортников гигантский перерасход денег на плохие дороги. Плохие дороги – это избыточные издержки. Это дополнительная трата топлива, это простои по времени. Поэтому вкладывание в инфраструктуру носит антиинфляционный характер. Как бы не считали наши горе-монетаристы. Можно ли в рамках существующего бюджета выйти на эти задачи? Можно, если мы прекратим наши нефтегазовые доходы отдавать американцам на финансирование военных расходов против России. Будем вкладывать в развитие нашей инфраструктуры, строить амбулатории, как здесь сказано, медицинские центры, и реализовывать эту гигантскую программу капитального строительства, включая жилищное строительство. Пять миллионов семей ежегодно – это практически каждая семья российская должна улучшить свои жилищные условия в течение ближайших семи лет. Ю.П.: То есть пять на шесть это тридцать, и применяем коэффициент три. С.Г.: То есть каждый наш телезритель улучшит свои жилищные условия. Для этого нужны ассигнования, нужны капитальные вложения. Есть у нас источники? Конечно, есть. Я, кстати, небольшой сторонник дефицитного бюджета, потому что с помощью грамотной кредитно-денежной политики можно вполне реализовать те инвестиционные планы, которые есть. У нас практически банковская система стала государственной на сегодняшний день. Если государственные банки будут отвечать не за максимизацию прибыли, которую они получают за счет высасывания денег из экономик, а отвечать за капитальные вложения, за финансирование капитальных вложений, как положено по экономической теории, то мы можем обойтись и без дефицита бюджета. Это вопрос, на самом деле, выбора. Вы можете кредитную политику ориентировать на рост кредита в экономику, под обязательства предприятий, или на рост кредита в экономику под обязательства правительства. Дефицитный бюджет – это под обязательства правительства. Но если правительство хочет получить деньги, оно должно попросить. Ему, видимо, деньги не нужны на сегодняшний день. Хотя как они без денег собираются выполнять эти задачи, непонятно. Ю.П.: Они говорят о том, что будем вкладывать в доллары, евро и … С.Г.: Но у них есть большая заначка. Именно в этих намерениях. Не надо вкладывать в доллары и евро. Нужно вкладывать в развитие собственной инфраструктуры. Ю.П.: Идет какой-то разлом, причем концептуальный. Я еще раз обозначаю эту тематику. Потому что она носит принципиальный характер. Уже сейчас резервы составляют 450 миллиардов долларов. Силуанов и Орешкин, Орешкин, по всей видимости, тоже сохраняет пост министра экономического развития, хотя не будем еще загадывать, заявили о том, что к концу 2018 года резервы составят полтриллиона в долларовом эквиваленте. То есть у нас прямо туда, задача – таргерт. С.Г.: Это рудименты вашингтонского консенсуса, о котором не любит говорить Силуанов. Ю.П.: Который вам на одной из конференций сказал, что он вообще не понимает, о чем вы говорите. С.Г.: В чем требование вашингтонского консенсуса? В том, чтобы сама страна, наша в данном случае, не занималась созданием кредита. Весь кредит идет из-за рубежа. Но пока не было санкций, он действительно шел из-за рубежа. И наша экономика закредитована примерно на полтриллиона долларов западными кредитами и инвестициями. Требование Вашингтона заключается в том, чтобы на пятьсот миллиардов долларов, которые мы получили из заграницы, мы имели 500 миллиардов долларов резерва. Для того, чтобы если западный капитал начнет уходить из России, нам хватило резерва для того, чтобы им отоварить валютно-обменные операции. Рубль заменить на доллар. Это требование Вашингтона в том, что вы сами кредит не создаете, мы вам запрещаем создавать кредит, пускай ваши предприятия идут к нашим банкам за кредитами, но вы должны накапливать валютные резервы для того, чтобы объем заимствований ваших корпораций, даже частных корпораций, не обязательно государственных, был эквивалентен объему валютных резервов. Тогда западный капитал будет уверен в том, что он всегда может деньги вывести из России, потому что у вас хватает валютных резервов. Это логика неоколониальной эксплуатации. Через механизм этого валютного правления, который у них является лейтмотивом всей политики вашингтонского консенсуса. Ю.П.: Но может они не могут сломить, может, настолько серьезные обязательства по этому вашингтонскому консенсусу, что, даже осознавая это тот же господин Силуанов, ну не может он изменить ситуацию? С.Г.: Сейчас мы выходим за рамки долгосрочной политики, но мы не будем забывать, что все эти цели, о которых говорит президент, нужно реализовать в условиях финансово-валютной войны, вообще гибридной войны, которую против нас ведут США. Они ведут войну по-серьезному. И мы должны из этого исходить, что наши крупнейшие корпорации, мы видим пример с «Русалом», которые даже не являются государственными, они являются публичными, международными, типичными транснациональными корпорациями. Из-за того, что господам из Вашингтона, у которых опухоль мозга уже у всех, по-моему, хочется наказать конкретно одного человека, собственника этой корпорации, они блокируют все долларовые расчеты российской алюминиевой промышленности. Как на это отвечать? На это отвечать одним образом только. Объяснять нашему бизнесу, что нельзя вести работу в долларах. Минфин не должен покупать доллары. Центральный банк не должен в долларах держать свои валютные резервы. Ю.П.: Но они пока этого не слышат. С.Г.: И вообще мы должны на этот вызов ответить. Если американцы замораживают активы наших корпораций, допустим, на те же самые сто миллиардов долларов, под которые у нас есть валютный резерв, что мы им должны валютный резерв отдать? Нет, мы должны их активы заморозить. Симметрично. Ю.П.: То есть перейти в контрнаступление. С.Г.: И только симметричная война на финансовом рынке, как китайцы делают, американцы наносят им ущерб на сто миллиардов долларов, они говорят: а мы нанесем на один триллион. То есть китайцы сразу наносят намного более серьезный ущерб американцам, чем те намерены нанести им. Поэтому нам надо понимать, что смерть Кощея находится в долларовой эмиссии. И как только мы откажемся от использования долларов, мы нанесем американцам самый серьезный урон. И борьба должна вести не вокруг товарных поставок. Хотя это, может, и важно для нашего сельского хозяйства, конечно же. Но для них это ерунда. Если мы хотим сделать агрессора слабым и нанести ему неприемлемый ущерб, мы должны бить по финансовому сектору. Поэтому мы должны сегодня защищать нашу финансовую систему путем симметричного ответа по замораживанию долларовых активов. В том числе, они чего хотят, чтобы алюминиевая промышленность перешла в собственность американцев, под контроль, чтобы американцы управляли нашей алюминиевой промышленностью. Это их требование. То есть они сознательно говорят, что если вы хотите работать на мировом рынке алюминия, отдайте нам в собственность вашу алюминиевую промышленность. Но как на это надо отвечать? Надо отвечать не путем естественной игры в поддавки, а путем симметричных мер. Ю.П.: Это к вопросу о свободном рынке. Но в этой ситуации меня еще один момент удивляет. Олигархи, конкретно, Дерипаска, Морташов, Вексельберг, по данным прессы направили деловые письма, кто-то уже ходил на прием к тому же Медведеву, старому новому премьер-министру. У меня сомнений нет, что завтра Госдума одобрит его новое назначение. Может, просто пресса не знает об этом, ни один из олигархов не сказал, что он переводи материнскую холдинговую компанию из оффшорной юрисдикции вновь в Россию. Вообще это не анекдот то, что мы наблюдаем? Офшорники приходят в российское правительство и говорят: дайте денег или дайте гарантии, целый список, у одного на пять с половиной миллиарда долларов, дайте, у другого еще круче сумма. 70 процентов, а может, и больше крупной российской промышленности на сегодня нероссийская. Это не странно, что они не меняют юрисдикцию? С.Г.: С точки зрения логики этих людей, наверное, нестранно. С точки зрения логики государства, это невозможно. По сути дела, оказание помощи компаниям, которые находятся в офшорах, это оказание помощи иностранным компаниям, которые отказались выполнять требования президента России, который еще лет десять назад призывал вернуть деньги сюда. Поэтому правительство, насколько я понимаю, пока на эти хотелки реагирует очень сдержанно. Я думаю, что условия для предоставления помощи, если она потребуется, будут адекватными. Конечно, они должны стать российскими корпорациями. Конечно, государство должно получить контроль. Но замечу, что когда американцы оказывали финансовую помощь своим корпорациям, они акции этих корпораций забирали в залог. По сути, они национализировали соответствующие сектора экономики. И там было требование вернуть деньги. По мере того, как деньги возвращались, акции высвобождались из залога. Но если деньги не возвращаются, значит, соответствующая отрасль экономики национализируется. Это вполне рыночная норма. Если вы хотите получить кредит от государства, передайте в залог свои акции. Для этого вы должны их вывести из западной юрисдикции, вообще из иностранной юрисдикции, в российскую юрисдикцию. Какой нам прок от акций, которые находятся в иностранной юрисдикции? Ю.П.: Вы думаете, этот процесс начнется? С.Г.: Я думаю, что да. Иначе это будет действительно очень странно. Ю.П.: Вы оптимист, я вижу. Я искренне надеюсь, что вы окажетесь правы и, как вы говорите, люди способны обучаться. С.Г.: Я оптимист, потому что сегодняшний Указ президента намного важнее, чем кадровые решения. Этот Указ придется правительству выполнять, кто бы там ни работал. Поэтому я оптимистично смотрю, на будущее. Поскольку те, кто не справится с выполнением этих целевых показателей, которые президент требует от правительства, тем придется искать другую работу, я уверен в этом, потому что времени на раскачку действительно нет. Я уверен, что этот Указ президента дальше будет трансформирован в ежегодные задачи. И каждый год правительство должно будет отчитываться, как здесь сказано, за выполнение этих целевых задач. А если они не знают, как это сделать, мы им как ученые, подскажем. http://russnov.ru/sergej-glazev-pochemu-medvedev-08-05-2018/
  16. Моё сердце горюет и сетует. Моя память от боли седа... А Поэт себе с Богом беседует, Впрочем, он это делал всегда. Голос тихий по-прежнему слышен нам. Города, океанов слюда, - Всё внизу...А они - о возвышенном! Впрочем, он это делал всегда. Весь распахнут с Любовью и Ревностью, Вечной книги листает года, Поражая своей откровенностью, Впрочем, он это делал всегда. Чтоб сегодня знакомою улицей, Там, где новой беды невода, С Александром Сергеичем прогуливаться... Впрочем, он это делал всегда... Средь великих...Им руки не тискает... А душа и светла, и горда, Всё поёт, не юлит, не заискивает, Впрочем, он это делал всегда... Юный Моцарт со скрипочкой старою Рядом с ним улыбнётся с небес... А гитара...Да Бог с ней с гитарою... Он Поэт и с гитарой, и без... А гитара...Да Бог с ней с гитарою... Он Поэт и с гитарой, и без... https://www.facebook.com/grigori.dikshtein/posts/10209018189570841
  17. Спасение шмеля Мария Луценко-Сорочинская Cегодня я спасла кусучего шмеля: он путался в угрюмой паутине, стучался лбом в окно в слепой гордыне и громко выл, обоим муку для. Всё за окном цвело, а мёртвое стекло не пропускало в мир весны бедняжку. Напротив дверь открылась нараспашку, но к жизни повернуть мешало зло. Стояла я, как тень, и видела: вот-вот большой паук шмеля в ловушке свяжет, внезапностью ловца обескуражит, и шмель, тоской отравленный, умрёт! И, побеждая страх, в ответ на жуткий вой шмеля взяла я в липкие ладони и отдалила мир потусторонний! А шмель нырнул в ладони с головой. Пока зудящий ком к веранде я несла - прошла секунда. Думалось о многом: кем я тогда шмелю казалась, Богом? Богиней, из несметного числа тех, чей сачок парит над бабочкой простой? Случайностью? Непостижимой силой, которая вселенную взрастила и бросила сражаться с пустотой! И выжил ли паук, латающий дыру, без унесённой Случаем добычи? Ведь, нарушая хищный, злой обычай, мы смерти не даём вести игру! Покинув свой ковчег и временную клеть, шмель улетел на ветку пышной вишни, а я ждала... Когда же мой Всевышний, Мой, Знающий, как лучше будет впредь, за яростную спесь нисколько не хуля, отечески в горячий лоб целуя, возьмёт меня, ослепшую и злую, к себе в ладонь, как бедного шмеля... 03.05.2018
  18. Когда-нибудь, давным-давно Поймёшь чутьём дворовой псины: Кому дождём стать суждено, Кому стать снегом синим-синим. И, нагоняя век и год, Промолвит кто-то, встав с постели: Ой, погляди-ка - снег идёт!.... А это ты на самом деле. И близорукие цветы Солгут, пространство обесточив: Любовь не терпит суеты, А память - лишних многоточий......
  19. СОВА В кругах и стрелах Зодиака Невероятный зрит сквозь нас А с ним Земля глядит из мрака Прозрачной мглой прекрасных глаз. Как дуновенье катастрофы Скрещенье копий и мечей,¬ Что делать нам? Тут блеск Европы И рокот Азии ничьей. Не дьявол ли играет нами, Когда не мыслим, словно Бог, В его же несравненной Драме На тверди тысячи дорог? Где тучи лисьими хвостами Метут сырые небеса, Шиповник алыми устами Замкнул широкие леса. Тут всё – гармонии изгибы, Вот очи мудрыя Совы, - Глаза расширенные рыбы И листья узкие травы. – Победа, кажется - светает. Но тут же тьма вещей других. Сова роскошно излетает, Принцесса замыслов нагих, Из пасти треснувшего Гроба, В изгибах древних мозаИк, - Тут всё, тут Бык, а вот Европа И злато-черный Материк. Она, как Промысел коснётся Непредназначенной черты, И ты узнаешь, что вернётся Совсем не то, что мыслил ты. Чего нам ждать? Да кто ответит. И только страшно, что порой Из вещей мглы, как образ, светит, Крестом восходит над горой. Тут сил загаданных стяженье, Не путь, но клятва на мече, Не век, - роскошное мгновенье, В лесном гремящее ключе. Сова летит, не разрешая Живых загадок вековых, Столетья начерно мешая Для нас, нечаянно живых. Как будто точными когтями Она схватила ТО, ЧТО Есть, И к нам нести сочла за честь, Да нет, - мы Ей велели сами…
  20. Программа на сайте ИСПИ РАН ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНСТВО НАУЧНЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ НАУКИ ИНСТИТУТ СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК (ИСПИ РАН) ЦЕНТР СОЦИОЛОГИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ ФГАОУ ВО НИУ «БЕЛГУ» (БЕЛГОРОД) НАУЧНЫЙ ЦЕНТР ЕВРАЗИЙСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ Всероссийская научно-методологическая конференция памяти ученого, социолога религии Юлии Юрьевны Синелиной «ОСНОВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ РЕЛИГИОЗНЫХ ИЗМЕНЕНИЙ И СЕКУЛЯРИЗАЦИИ В РОССИИ ХХI СТОЛЕТИЯ» ПРИВЕТСТВИЕ УЧАСТНИКАМ КОНФЕРЕНЦИИ! ГЛУБОКОУВАЖАЕМЫЕ КОЛЛЕГИ! Приглашаем вас принять участие во Всероссийской научно-методологической конференции памяти ученого, социолога религии Юлии Юрьевны Синелиной 30 марта 2018 года в 11.00 Адрес: Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт социально-политических исследований Российской академии наук (ФГБУН ИСПИ РАН) Фотиевой ул., дом 6, корпус 1 2 этаж Большой конференц-зал (217) Современный период отмечен глобальными вызовами, масштабными и глубокими социокультурными трансформациями в отношениях религии и общества. Возрастает роль многообразных религиозных объединений, динамично изменяются соотношения между религиозными движениями и конфессиями. В России особое влияние на формирование современной религиозной ситуации оказали процессы этноконфессионального разъединения народов после распада СССР, произвольное перемещение границ, ограничение территорий проживания этнических и конфессиональных групп. Социологические исследования феноменов, связанных с религией проводятся в России с начала 60-х годов прошлого века. Сегодня российская социология религии переживает новый виток развития. Активизация религиозной жизни в условиях "секулярного поля" ставит перед наукой и практикой новые, беспрецедентные по сложности задачи. Трудность социологического изучения процесса пост/де/секуляризации общества, современного состояния религиозности, религиозных феноменов, этноконфессионального взаимодействия в России связана с тем, что страна продолжает находиться на сложном этапе своего исторического развития, определяемом кризисными явлениями во всех сферах общественной жизни: социально-экономической, политической, идеологической, социокультурной. Цель конференции заключается во всестороннем обсуждении и осмыслении комплекса теоретических, методологических и методических проблем изучения современного многообразия взаимодействий государства, общества и религии. Конференция посвящается памяти выдающегося отечественного социолога религии Юлии Юрьевны Синелиной (1972 – 2013), внёсшей значительный вклад в формирование современной повестки дня российской социологии религии. В рамках конференции предполагается рассмотреть следующие тематические направления: Ø Социология религии в контексте социологии, религиоведения, культурологии: междисциплинарные вопросы. Ø Теории пост/де/секуляризации. Ø Методологические и методические подходы к изучению современной религиозности населения. Ø Социологический анализ духовно-нравственного единства традиционных конфессий. Ø Исследования религиозных феноменов экстремистской направленности. ОРГКОМИТЕТ КОНФЕРЕНЦИИ: ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ОРГКОМИТЕТА: Руководитель Центра социологии религии и социокультурных процессов ИСПИ РАН Кублицкая Е. А. СЕКРЕТАРЬ КОНФЕРЕНЦИИ: Научный сотрудник Отдела оперативных исследований ИСПИ РАН Некрасов С. В. ЧЛЕНЫ ОРГКОМИТЕТА: Научный руководитель ИСПИ РАН, академик РАН Осипов Г. В. Врио директора ИСПИ РАН, член-корр. РАН Рязанцев С. В. Председатель Научного Совета Центра евразийской интеграции, академик РАН Глазьев С. Ю. Исполнительный директор Научного Центра евразийской интеграции Осадчук З. В. Директор Центра социологических исследований НИУ «БелГУ» Шаповалова И. С. Руководитель лаборатории «Социология религии и культуры» Центра социологических исследований НИУ «БелГУ» Лебедев С. Д. Руководитель Отдела оперативных исследований ИСПИ РАН Карепова С. Г. ПОЧЕТНЫЕ ГОСТИ И УЧАСТНИКИ КОНФЕРЕНЦИИ Андреев Эдуард Михайлович – доктор философских наук, главный научный сотрудник Объединенного центра исследования социальных и социально-политических процессов евразийской интеграции ИСПИ РАН (Москва). Афанасьев Владимир Александрович – старший научный сотрудник Центра стратегических социальных и социально-политических исследований ИСПИ РАН (Москва). Безвербный Вадим Александрович – кандидат экономических наук, зам. директора ИСПИ РАН по стратегическому развитию и кадровой политике, доцент кафедры демографической и миграционной политики МГИМО МИД РФ (Москва). Белова Татьяна Павловна – кандидат философских наук, доцент кафедры социологии и управления персоналом ФГБОУ ВО «Ивановский государственный университет», вице-президент РОС (Иваново). Блехер Леонид Иосифович – социолог Фонда «Общественное мнение» (Москва). Гаджимурадова Гюльнара Ильясбековна – кандидат философских наук, доцент, доцент кафедры демографической и миграционной политики МГИМО (У) МИД РФ, ведущий научный сотрудник Центра социальной демографии ИСПИ РАН (Москва). Глазьева Валентина Ивановна – член семьи Ю. Ю. Синелиной (Москва). Глазьев Сергей Юрьевич – академик РАН, Председатель Научного Совета Центра евразийской интеграции, член семьи Ю. Ю. Синелиной (Москва). Глебова Надежда Сергеевна – научный сотрудник МГИМО (У) МИД РФ (Москва). Голубицкий Юрий Александрович – кандидат социологических наук, старший научный сотрудник ИСПИ РАН (Москва). Гараджа Виктор Иванович – академик РАО, доктор философских наук (Москва). Егорычев Александр Михайлович – доктор философских наук, профессор кафедры социальной педагогики и организации работы с молодёжью РГСУ (Москва). Зубок Юлия Альбертовна – доктор социологических наук, руководитель Центра социология молодежи ИСПИ РАН (Москва). Иваненко Сергей Игоревич – доктор философских наук (Москва). Иванов Вилен Николаевич – член-корреспондент РАН, советник РАН (Москва). Иванов Артур Валентинович – кандидат социологических наук, старший научный сотрудник Центра исследований и предотвращения угроз и рисков ИСПИ РАН (Москва). Каргина Ирина Георгиевна – доктор социологических наук, профессор МГИМО – Университета МИД РФ, председатель Исследовательского комитета «Социология религии» РОС (Москва). Карепова Светлана Геннадьевна – кандидат социологических наук, руководитель Отдела оперативных исследований ИСПИ РАН (Москва). Козлов Михаил – администратор программы Центра «Религия и Общество» ИГСУ РАНХиГС (Москва). Кравчук Вероника Владимировна – кандидат философских наук, доцент, заведующий кафедрой государственно-конфессиональных отношений Института государственной службы и управления Российской академии народного хозяйства и государственной службы (Москва). Кублицкая Елена Александровна – кандидат философских наук, руководитель Центра социологии религии и социокультурных процессов ИСПИ РАН (Москва). Лактионова Наталья Яковлевна, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Отделения экономических и политических исследований ИЭ РАН (Москва). Лебедев Сергей Дмитриевич – кандидат социологических наук, доцент, профессор, руководитель лаборатории «Социология религии и культуры» Центра социологических исследований НИУ «Белгородский государственный университет» (Белгород). Левашов Виктор Константинович – доктор социологических наук, руководитель Центра стратегических социальных и социально-политических исследований ИСПИ РАН (Москва). Локосова Мария Вячеславовна – аспирант кафедры онтологии и теории познания философского факультета МГУ им М. В. Ломоносова (Москва). Лопаткин Ремир Александрович – кандидат философских наук, старший научный сотрудник, Заслуженный деятель ССА – РОС, Почетный председатель Исследовательского комитета «Социология религии» РОС (Москва). Лункин Роман Николаевич – кандидат философских наук, ведущий научный сотрудник Института Европы РАН, руководитель Центра по изучению проблем религии и общества ИЕ РАН, заместитель главного редактора журнала "Современная Европа", Портала «Религия и право» (Москва). Мерзликин Николай Васильевич – кандидат философских наук, заведующий Сектором социологических индикаторов и показателей ИСПИ РАН (Москва). Мчедлова Елена Мирановна – доктор социологических наук, ведущий научный сотрудник ИСПИ РАН (Москва). Мчедлова Мария Мирановна – доктор социологических наук, ведущий научный сотрудник Федерального научно-исследовательского социологического центра РАН (Москва). Назаров Михаил Михайлович – доктор политических наук, главный научный сотрудник Центра социологии религии и социокультурных процессов ИСПИ РАН (Москва). Некрасов Сергей Владимирович – научный сотрудник Отдела оперативных исследований ИСПИ РАН (Москва). Новоженина Ольга Петровна – старший научный сотрудник Центра стратегических социальных и социально-политических исследований ИСПИ РАН (Москва). Осадчая Галина Ивановна – доктор социологических наук, профессор, Руководитель Объединенного центра исследования социальных и социально-политических процессов евразийской интеграции ИСПИ РАН (Москва). Осадчук Зоя Васильевна – исполнительный директор Научного Центра евразийской интеграции (Москва). Осипов Геннадий Васильевич – академик РАН, научный руководитель ИСПИ РАН (Москва). Пинкевич Василий Константинович – доктор исторических наук, профессор кафедры государственно-конфессиональных отношений РАНХиГС при Президенте Российской Федерации (Москва). Погосян Варгес Григорьевич – доктор социологических наук, профессор кафедры социологии РГСУ (Москва). Пруцкова Елена Викторовна – преподаватель кафедры философии религии и религиозных аспектов культуры Богословского факультета Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета (Москва). Ростовская Тамара Керимовна – доктор социологических наук, профессор, зам. директора по научной работе ИСПИ РАН (Москва). Рогачёв Сергей Владимирович – доктор экономических наук, главный научный сотрудник Центра исследований и предотвращения угроз и рисков ИСПИ РАН (Москва). Рязанцев Сергей Васильевич – член-корреспондент РАН, доктор экономических наук, профессор, врио директора ИСПИ РАН (Москва). Селезнев Игорь Александрович – кандидат социологических наук, доцент, ведущий научный сотрудник Объединенного центра исследования социальных и социально-политических процессов евразийской интеграции ИСПИ РАН (Москва). Соколова Татьяна Дмитриевна - старший преподаватель Национальный исследовательский университет Высшая школа экономики (НИУ ВШЭ) (Москва). Склярова Виктория Андреевна – научный сотрудник лаборатории «Социология религии и культуры» Центра социологических исследований НИУ «Белгородский государственный университет» (Белгород). Сторчак Владимир Михайлович, доктор философских наук, профессор кафедры государственно-конфессиональных отношений РАНХиГС при Президенте Российской Федерации (Москва). Сухоруков Виктор Викторович – администратор Интернет-портала «Социология религии» (Белгород). Трофимов Сергей Викторович – кандидат социологических наук, доцент кафедры современной социологии социологического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова (Москва). Узланер Дмитрий Александрович – кандидат философских наук, доцент РАНХиГС при Президенте Российской Федерации, главный редактор журнала «Государство, религия, церковь в России и за рубежом» (Москва). Уфимцева Екатерина Игоревна – кандидат социологических наук, доцент, доцент кафедры социологии социальной работы Саратовского государственного университета им. Н.Г. Чернышевского (Саратов). Франчук Дарья Викторовна – младший научный сотрудник Центра социологии религии и социокультурных процессов ИСПИ РАН (Москва). Шаповалова Инна Сергеевна – директор Центра социологических исследований НИУ «Белгородский государственный университет» (Белгород). Шмидт Вильям Владимирович – доктор философских наук, профессор, зам. заведующего кафедрой государственно-конфессиональных отношений Института государственной службы и управления Российской академии народного хозяйства и государственной службы (Москва). Шушпанова Ирина Сергеевна – кандидат социологических наук, доцент, ведущий научный сотрудник Центра стратегических социальных и социально-политических исследований ИСПИ РАН (Москва). ПРОГРАММА КОНФЕРЕНЦИИ 11.00 – 11.30 Регистрация участников ПЕРВОЕ ЗАСЕДАНИЕ 11.30 - 13.30 «Круглый стол» памяти ученого, социолога религии Ю. Ю. Синелиной: § Обзор научного наследия Ю. Ю. Синелиной. § Воспоминания об ученом коллег, общественных деятелей, родных Юлии Синелиной. 13.30-14.30 Перерыв (обед, кофе-брейк) ВТОРОЕ ЗАСЕДАНИЕ 14.30-16.30 Доклады Кублицкая Е. А. «Роль религий в обеспечении духовно-нравственного единства (в оценках населения регионов РФ)» (с презентацией). Мчедлова Е. М. «Роль лидеров религиозных организаций в упрочении духовно-нравственного единства». Лебедев С. Д. «Ценностно-рефлексивный (системно-динамический) подход к обоснованию критерия современной религиозности» (с презентацией). Пруцкова Е. В. «Религиозность верующих различных христианских конфессий в России: сравнительный анализ». Каргина И. Г «Современные вызовы познанию и измерению религиозного плюрализма». Мчедлова М. М. «Роль религии в современном обществе: институционные и ценностные ресурсы». Гаджимурадова Г. И. «Миграционная политика в странах Северной Европы: этноконфессиональный аспект». Селезнев И. А. «О причинах распространения идеологии религиозного экстремизма в деликвентных стратах (слоях) Западной Европы и России». Козлов М. «Христианская вероучительная доктрина и проблема экстремизма». Трофимов С. В. «Индивидуализм и формирование современных религиозных верований». Ростовская Т. К., Егорычев А. М. «Духовность и социальное служение в жизни современного российского общества». Белова Т. П. «Десекуляризм и (или) постсекуляризм: сравнительный анализ теорий П. Бергера и Ю. Хабермаса». Лункин Р.Н. «Методология качественных исследований: в поиске религиозных ценностей и политической роли религии». Соколова Т. Д. «Коммуникационные практики Русской Православной Церкви: информационно-целевой анализ». Афанасьев В. А. Протестная активность россиян в контексте их отношения к религии (по материалам мониторинга «Как живешь, Россия?». Новоженина О. П. «Особенности динамики социально-политических отношений между верующими и неверующими». ОРГАНИЗАЦИОННЫЕ ВОПРОСЫ: К участию в конференции приглашаются все желающие. Адрес проведения конференции: г. Москва, Фотиевой ул., д.6, к.1 (проезд: ст. метро «Ленинский проспект» или «Октябрьская», далее любой наземный транспорт до остановки ул. Ляпунова). Адрес и телефон для вопросов и заявок: Координатор конференции Кублицкая Елена Александровна 8-916-558-68-28 eakubl@yandex.ru Секретарь конференции Некрасов Сергей Владимирович 8-915-383- 21- 95 sv_79@inbox.ru Программа, тезисы и доклады конференции будут размещены на сайтах: http://isprras.ru/ http://sociologyofreligion.ru/topic/9631/ http://eaisc.org По итогам конференции планируется издание сборника материалов.
  21. Античный Фаюм. Египет Элла Крылова Фаюмских портретов живейшие лица, живей, чем у многих моих современников. Не скрыла их Лета. Нельзя не влюбиться в египетских этих моих соплеменников. Прекрасные лики (иконы - лишь схема) глядят прямо в душу глазами глубокими. В них - влажные блики. Из сада Эдема, красавцы, красавицы те черноокие. Две тысячи лет им, но лишь Возрожденье им конгениально - пятнадцать столетий спустя. Гебы лето - их дерма. Схожденье на Землю богов во плоти человечьей. И смотрят, и ранят своей красотою, давно уж истлевшей - избегнувшей Леты. И взглядами манят: “Живи высотою простого искусства фаюмских портретов”. 1 апреля 2018
  22. Анвар Исмагилов 18 марта 2016 г. в 6:41 · Тюмень · Посвящено ужасам на Донбассе. Увидел фото старушки в разрушенной квартире с котом и написал. Фото потерял. Святая икона и кошка - и быть может, хлебца немножко. Вот и всё, что осталось старушке. С грозной крепостью справились пушки - разгромили вражий оплот... Туча грозная в небе плывёт. может, ливень блаженный пойдёт и не даст громить супостату соседскую ещё крепкую хату. Горе горькое с неба пришло. Миротворцы стреляют из пушек а наступит весною тепло - и потянет теплом с помертвевших опушек. И повесит сосед икону на стену, тёмноокую, драгоценную. отощавшая кошка травы погрызёт, и живот её втянутый округлится. а в развалинах травка-муравка взойдёт. И хотя б ненадолго, но жизнь их продлится - щуплой баушки с морщинистым ртом, обладающей добрым гвардейцем-котом.
  23. Две совести В новостях показывают кадры — На шоссе лежит в крови старик… Два пижона, видно, теме рады — На айфон снимают жуткий миг. Нет, чтоб подойти, помочь подняться. Одному ему не хватит сил. Что же происходит с нами, братцы? Кто в нас равнодушье расселил?! Но бывает, правда, по-другому — Два подростка лезут по стене Шумно полыхающего дома, Чтоб коту не дать пропасть в огне.. Двое тех и двое добрых этих Вроде бы в одной стране росли. Кто их так по-разному пометил, Почему их совесть развели? Почему одним – чужие беды Перехватывают горло вдруг?.. А другим – чинушам иль эстетам — До чужих несчастий недосуг. Может, Время в этом виновато, Что сердца ожесточились враз. Господи, верни в нас все, что свято, Обрати, Всевышний, к милосердью нас. 2015
  24. Дятловцам я не знаю, зачем это нужно, но, как юность, люблю всерьез золотую симфонию дружбы и таинственный шорох звезд, небогатые в рюках пожитки, и, уже у судьбы на краю, - девять ангелов, девять жизней, я надеюсь, они в раю. Мне, наверное, многое поздно, только знаю, что жизнь - перевал между трусостью и геройством, между "продал" и между "отдал". Ничего не сбылось, не случилось, лишь большая, как снег, пустота... Девять ангелов снежнокрыпых, и - одна на всех - высота. Герда. 28.01.14
×

Важная информация