1. Сообщество социологов религии

    1. Консультант

      Вам нужен эксперт по конкретной проблеме? Он может быть здесь!

      333
      сообщения
    2. ИК СР РОС

      Исследовательский комитет "Социология религии" Российского общества социологов

      26
      сообщений
      • Serjio
  2. Преподавание социологии религии

    1. 4
      сообщения
    2. 9
      сообщений
  3. Вопросы религиозной жизни

    1. Религия в искусстве

      Отображение и осмысление социально-религиозных проблем в культурных явлениях и событиях

      757
      сообщений
  4. Научные мероприятия

    1. Социология религии в обществе Позднего Модерна

      Международная научная конференция, организуемая нашим порталом
      Социология религии

      151
      сообщение
    2. 166
      сообщений
    3. 82
      сообщения
    4. Другие конференции

      тут находится информация о региональных, муниципальных, внутриорганизационных и т.п. конференциях, ведётся их обсуждение

      26
      сообщений
    5. Иные мероприятия

      здесь можно анонсировать семинары, конкурсы, мастер-классы, презентации, круглые столы, публичные лекции, выставки и т.д., поделиться впечатлениями от прошедших мероприятий

      211
      сообщений
  5. Библиотека социолога религии

    1. Научный результат

      СЕТЕВОЙ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ

      http://research-result.ru/

      31
      сообщение
    2. Классика российской социологии религии

      творения наших авторитетных предшественников

      16
      сообщений
    3. 7
      сообщений
    4. Архив форума "Классика зарубежной социологии религии"   (1 137 переходов по ссылке)

      Архив форума по 16 июля 2014. 39 тем.

    5. Творчество современных российских исследователей

      касающееся религии прямо или косвенно

      588
      сообщений
    6. 7
      сообщений
    7. Программы исследований

      помощь в совершенствовании рабочих документов

      10
      сообщений
    8. 401
      сообщение
  • Юлия Синелина

    Синелина Юлия Юрьевна

    Синелина Юлия Юрьевна – доктор социологических наук, один из самых известных в России и за рубежом социологов религии. Краткая биография Юлии Юрьевны Синелиной.

    Фотоматериалы

    Основные труды

    Здесь вы можете скачать ее работы с сервера и добавить свои комментарии в обсуждении.

  • Кто онлайн (Смотреть полный список)

    В настоящий момент нет зарегистрированных пользователей онлайн

  • Последние записи

    • В Британии украли первое издание книги о Гарри Поттере   Первое издание книги Джоан Роулинг "Гарри Поттер и философский камень" стоимостью 40 тысяч фунтов стерлингов украли в британском городе Тетфорд, сообщает BBC. Всего злоумышленники похитили 12 дорогостоящих изданий, в том числе набор четырех первых выпусков "Винни-Пуха", а также первое издание книги Джона Толкина "Хоббит, или Туда и обратно". Британская полиция призвала общественность, особенно книжных дилеров и сотрудников специализированных магазинов, проявить бдительность в случае, если эти издания будут предложены к продаже, отмечает "Вести FM".   Источник: http://radiovesti.ru/news/744404/
    • Декрет о мире и клире 100 лет назад именно священник помог большевикам отделить Церковь от государства Павел Скрыльников   Заданные большевистским декретом принципы взаимоотношений государства с Церковью не удалось демонтировать до сих пор. Фото Reuters Советская власть разрешила вопрос о вере наиболее радикальным способом. 20 января (2 февраля по старому стилю) 1918 года Совет народных комиссаров принял Декрет об отделении Церкви от государства и школы от Церкви, ставший на 70 лет основой государственной политики в отношении религиозных организаций. В образе будущего социалистического государства – проект которого, к слову, подготовил петроградский священник Михаил Галкин – для Церкви места не было. Декрет лишил ее функций в государственном аппарате и вывел из сферы образования, а все имущество, принадлежавшее религиозным организациям, было национализировано. Чаяниям Поместного собора 1917–1918 годов занять «первенствующее среди других исповеданий публично-правовое положение, подобающее Церкви, как величайшей святыне огромного большинства населения и как великой исторической силе, созидавшей Российское государство» не суждено было сбыться. «НГР» обсудили итоги «безбожного» столетия с политиками, учеными и священнослужителями. Мы также спросили экспертов, какие из положений декрета актуальны сегодня, а какие стали анахронизмом. Сергей Обухов, член президиума ЦК КПРФ Церковь была государственным институтом, ее главой был император. Когда говорят об отделении Церкви от государства и школы от Церкви, нужно понимать именно это. Церковь была частью государственного аппарата. Император отрекся, освободив священников, дворян и все сословия от присяги, и Церковь восстановила патриаршество – 200 лет синодального периода закончились. В этих условиях, конечно же, должен был быть определен статус образования и отношения государства и Церкви. Вы – самоуправляемая организация со своим патриархом? Да. Государство стоит над всеми институтами в обществе. Оно брало на себя систему образования – а значит, и церковно-приходские школы. До революции Церковь руководила системой образования. Мы видим, к чему привело это руководство: одна часть воспитанных в духе православия граждан начала преследовать другую. Вспомним период Гражданской войны: Церковь освящала одну из сторон конфликта, служила молебны за белых, она никогда не выступала на стороне красных. Последствиями этого отягощена вся наша история: с одной стороны, Церковь была государственным институтом свергнутого режима, а с другой – участвовала в Гражданской войне на стороне одной из противоборствующих сил. Это и породило те проблемы, которых не было в других странах и которых могло и не возникнуть при другом развитии событий. Декрет был принят в условиях триумфального шествия советской власти, а дальше ситуация кардинально изменилась. Последовала интервенция, активно использовать Церковь в своих целях стали белые. Метания по этому поводу были даже у Ленина, который еще в работе «Об отношении рабочей партии к религии» задавался вопросом: может ли священник быть членом нашей партии? Оказывается, может. В ней же мы читаем призыв убрать высказывания о насилии в адрес Церкви. А потом мы видим резкие высказывания периода голода в Поволжье и сопротивления изъятию церковных ценностей. Или, например, Карловацкий собор принимает решение о том, что нужно свергнуть правительство Ленина и назначить руководителем патриарха. Как должна была реагировать советская власть на структуру, заграничная часть которой считает, что государственный аппарат должен возглавить патриарх? Владимир Миронов, декан философского факультета МГУ Ситуативно этот декрет был неудачен. Хотя тяга к европейской модели отделения Церкви от государства такого рода была, в 1918 году Россия к этому, конечно же, была не готова. И декрет фактически провоцировал негативное отношение людей к Церкви. Решение это было быстрое, спонтанное, и непонятно, зачем вообще оно было принято: оно никак не способствовало реализации других процессов, в том числе и революционных. Поэтому для России декрет стал скорее негативным явлением – притом что сама тенденция к созданию полностью светского государства имеет право на существование. Но для этого должно было пройти некоторое время. Нельзя же менять уклад жизни, который создавался веками, вот так – за один день или год! Образовался определенный духовный разрыв. Сегодняшние тенденции, безусловно, придают Церкви куда большее значение, чем это соответствует нашей Конституции и нашим законам. Но самое неприятное в другом: поскольку государство формально является светским, а в России традиционно доминирует многоконфессиональная модель, непонятно, как в каком-то единстве с Церковью осуществлять принятие решений. Поэтому сегодня Церковь, безусловно, должна быть отделена от государства. Это не значит, что кто-то отрицает желание верующих верить (а атеистов – не верить), но от принятия решений о судьбах государства Церковь должна быть отделена. Михаил Одинцов, главный специалист Российского государственного архива социально-политической истории В ноябре 1917 года активное участие в подготовке декрета об отделении Церкви от государства принял священник Михаил Галкин. Сохранились даже документы, свидетельствующие о том, что ему выписали за это премию. Церковь к этому, конечно же, готова не была: свое отношение она выразила в начале декабря 1917 года, когда Поместным собором было принято определение о правовом положении Церкви в Российском государстве. Церковь не мыслила себя без исторически обусловленной связи с государством и среди религиозных организаций страны считала себя главной: только ей одной подобают всякого рода почести и преференции, и ни о каком отделении она не помышляла и не могла помышлять. А инициатива священника Галкина – это его личная инициатива. Были и другие священники разного уровня, которые приняли идею отделения и участвовали потом ревностно в этом деле. Сам декрет продержался до 1991 года – в перечне документов, утративших свою правовую силу после распада СССР, есть и этот документ. Хотя если посмотреть на сегодняшнюю Конституцию и действующий закон «О свободе совести», то мы отчетливо увидим, что все 13 пунктов ленинского декрета присутствуют и в них, подтверждая неизбежность и необходимость принятия Россией нового пути отношений между государством и религиозными организациями. Государство должно было быть светским, оно к этому шло, как и прочие европейские и мировые государства. О сегодняшней ситуации нельзя ставить вопрос, ближе она к декрету или тому, что видел Собор: просто в декрете зафиксированы положения, которые уже были приняты целым рядом европейских и американских государств. Это стратегический путь отношений между государством и Церковью в условиях светского государства, а не конфессионального, которым была Российская империя. В новом государстве, о котором с начала XIX столетия думали, о котором грезили ученые, общественные деятели, партии, религия становилась частным делом. Поэтому нельзя ставить вопрос, к какому из вариантов ближе нынешняя ситуация. Мне представляется, что нужно задаться вопросом: насколько нынешние законодательство и система отношений отвечают принципам светского государства в мировоззренчески плюралистическом обществе? К сожалению, не отвечают. Алексей Беглов, старший научный сотрудник Института всеобщей истории РАН Церковь в 1917 году была готова воспринимать себя вне государства – собственно, она себя так и воспринимала. Это очень хорошо, без всяких двойных толкований видно по позиции проходившего в это же время Поместного собора. После восстановления патриаршества в ноябре 1917 года он приступил к обсуждению второй по значимости, с точки зрения соборян, темы: вопроса о будущих отношениях с Российским государством. Страна ждала созыва Учредительного собрания, единственного легитимного органа, который мог принимать решения о будущем устройстве Российского государства. 2 декабря 1917 года было вынесено соответствующее определение Собора: оно было адресовано именно Учредительному собранию, и по своей сути представляло собой проект договора между Церковью и будущим русским государством. Как сказали бы западные юристы, это был проект конкордата. Понятно, что члены Собора предполагали, что у Учредительного собрания будет своя позиция, и по поводу соборного определения возникнет некоторый диалог, в результате чего будет выработан компромиссный текст, который и станет государственным законом. Церковь четко позиционировала себя вне государственной власти, вполне предполагая, что будущее государство не будет брать на себя тех конфессиональных обязательств, которые брала на себя империя, что оно будет светским. Там четко сказано, что конфликты должны были разрешаться в суде – а судебное разбирательство может проходить только между независимыми правовыми субъектами. Мы четко видим, что Церковь мыслила себя частью общества, а не государственной машины. При этом Церковь в этом же документе отстаивала еще один тезис: она надеялась, что государство признает ее «первенство чести» как святыни большинства русского народа. Обратим внимание, что Церковь предлагала рассматривать ее как первенствующую, а не господствующую конфессию, каковой она была во времена империи. Первенство не предполагало правовых ограничений в отношении других конфессий. Конечно, церковь предполагала, что с новой властью будет выстроен некий союз, конкордат, сотрудничество – но уже с выведенной из государственной машины Церковью. Среди историков обсуждался вопрос, насколько большевики принимали во внимание это постановление Собора: есть разные точки зрения, но я склонен считать, что они имели его в виду. Историк и филолог Александр Кравецкий обратил внимание на то, что в «Правде» за несколько дней до издания декрета была опубликована принадлежащая, кажется, тому же бывшему священнику Михаилу Галкину статья с отсылкой к соборному документу, который трактовался в том смысле, что Церковь не хочет отказываться от своих привилегий. То есть такая переинтерпретация со стороны большевиков имела место с самого начала: даже если декрет не был прямым ответом на определение (что вероятно), мы можем сказать, что как контекст оно присутствовало в их сознании. Ну а поводом к принятию декрета стали интенсивные столкновения власти с верующими вокруг Александро-Невской лавры в январе 1918 года, когда пролилась первая кровь, а верующие продемонстрировали мощное желание защищать святыни и духовенство. Идеологически декрет оставался базой советского законодательства на протяжении всего советского периода, но разные его статьи имели в разное время разную актуальность. Постановление о национализации имущества, например, было абсолютно непререкаемым, и последствия этого мы ощущаем до сих пор. Но кроме того, согласно декрету, единственными легальными представителями верующих в советской России были общины. В какой-то степени это создало условия для бурного религиозного возрождения 20-х годов – власти осознали это как свою ошибку и повели мощное наступление на них в период коллективизации и террора 30-х. Здесь были определенные изменения, и интереснее, может быть, поставить другой вопрос: а как менялась позиция Церкви в отношении декрета? Первоначально он был воспринят как однозначно антицерковный акт, ни при каких условиях не приемлемый, а священноначалие призывало фактически к акциям гражданского неповиновения, надеясь принудить власть его пересмотреть. Власть до августа 1918 года давала определенные сигналы о готовности это сделать. А вот после кампании по изъятию церковных ценностей 1922 года отношение меняется, что мы видим по письму соловецких епископов 1926 года: в нем они рассматривают декрет как основу возможного modus vivendi между Церковью и советской властью. Они фактически формулируют тезис будущих диссидентов: «соблюдайте ваше законодательство», то есть декрет, в котором декларируется невмешательство государства в дела Церкви. Ну а ситуацию в 40-е я не охарактеризовал бы как конкордат – он все-таки предполагает какие-то правовые рамки, в которые ставят себя обе стороны. Советская власть никогда не брала на себя никаких обязательств, это видно даже по директивам высшего советского руководства. В 1944 году председатель Совета по делам Русской православной церкви при СНК Георгий Карпов выступил с инициативой нового законодательства о религиозных объединениях – ему сказали, что это неправильная позиция и что послабления в отношении Церкви будут оформляться временными постановлениями правительства с формулировкой «до последующих распоряжений не препятствовать». Протоиерей Георгий Митрофанов, профессор Санкт-Петербургской духовной академии К тому времени, когда появился этот декрет, большевики уже приняли ряд законодательных актов, направленных на ограничение и притеснение Церкви в России. Например, можно вспомнить декабрьские декреты, которые лишали правового статуса церковный брак и традиционно имевшие в России юридическое значение крещение и отпевание как свидетельство о рождении и смерти человека. В данном случае декрет стал одним из многих законодательных актов большевиков, направленных не на отделение Церкви от государства, а на ее подавление государством. Россия к 1917 году все более и более становилась правовым государством, а реальная политика большевиков, как правило, сильно отличалась от принятых ими законов: по букве закона об их реальной политике судить нельзя. После разгона Учредительного собрания стало понятно, что большевики будут навязывать России тоталитарную диктатуру. Участие в реализации декрета возобновившим свою работу Собором было признано для христиан недопустимым. Дальнейшая же политика большевиков оказалась куда хуже декларировавшейся в декрете. Да, до 1929 года он был основным законодательным актом, регулировавшим религиозную политику большевиков. Но в период Гражданской войны проводились жуткие, бессудные расправы над духовенством, когда погибло около 8 тыс. священников. Затем гонения 1922–1923 годов привели к сравнимому количеству жертв. Впоследствии борьба несколько ослабевает, но продолжается на разных уровнях. Законодательство не менялось, а политика менялась кардинально! Декрет фактически прикрывал политику последовательной борьбы государства с Церковью. Очень важно то, как строилась политика Временного правительства: его декрет отнюдь не предусматривал отделения Церкви от государства, но при этом устранял любое вмешательство государства в дела Церкви. В дальнейшем большинство делегатов Поместного собора выступало против отделения – даже такие либеральные его члены, как отец Сергий Булгаков. Хотя были и сторонники – по тому же принципу, который представлен в США или Франции. Надо понимать, что никакого отделения Церкви от государства в Советском Союзе не было – государство либо подавляло Церковь, либо стремилось взять ее под контроль, создав агентурную сеть среди духовенства. Если бы Россия развивалась по тому демократическому пути, на который она встала после Февраля, законодательство приняло бы формы США или, например, Германии. И Церковь была готова к такому развитию событий, что показал ее весьма успешный диалог с Временным правительством. Сейчас никаких гонений на Церковь нет, и вмешательство государства в церковную жизнь минимально. Скорее нужно говорить о готовности представителей церковной иерархии обращаться к государству за помощью и поддержкой, что, безусловно, плохо: Церковь должна быть независимой от государства. Но если проводить сравнение, то нынешнее положение напоминает то, каким оно стало бы при возможном демократическом развитии России, нежели на то, каким его сделала политика большевиков. Протоиерей Всеволод Чаплин Прежде всего нужно помнить, что декрет этот отменен и сегодня мы можем о нем говорить только как об историческом феномене, не имеющем отношения к действующему праву. Кстати, и Конституция 1993 года отказалась от идеи отделения школы от Церкви, а вообще говорит не о Церкви, а о религиозных объединениях в целом. Было много разных формулировок, касавшихся нового правового статуса Церкви в постмонархическом государстве, но до ленинского периода их в основном составляли верующие люди: обер-прокурор Владимир Львов, Антон Карташов. Даже те из них, кто не хотел видеть Церковь государственной – а таких было немало, – все-таки настаивали на особом статусе Православной церкви в Российском государстве, и не случайно именно такую позицию занял в ноябре 1917 года и Поместный собор. Позиция, что роль Православной церкви должна быть особой, кстати, не означает, что Церковь должна быть государственной, – мы знаем, что вообще принцип отделения религиозных объединений от государства означает только то, что они не являются органами власти, а государство не выполняет религиозных функций. Идея радикального отделения, уравнивания Православной церкви с другими объединениями не пришла из церковной среды – это скорее дань наследию Великой французской революции и законодательству, сформировавшемуся по ее итогам. Мы до сих пор слишком зависим от наследия ленинского декрета: не случайно некоторые люди, даже юристы, цитируют не действующую, а советскую редакцию Конституции в той части, которая касается отделения религиозных объединений от государства. Однако на церковное сообщество на глубинном уровне декрет не повлиял. Никто не стремился продумывать, прочувствовать этот декрет, его отрицали. Иногда глухо, на кухнях и в подсобных помещениях – «пономарках», иногда – достаточно публично, если говорить о сам- и тамиздате, но настоящей глубины сознания верующих людей он не достиг ни в СССР, ни в эмиграции. И то, что с ним и принявшими его людьми оказалась связана политика гонений, не добавило ему популярности. Естественно, когда его отменили – это было воспринято с большой радостью, и это решение было принято не без участия верующих людей, заседавших в тогдашнем парламенте.    Источник: http://www.ng.ru/facts/2018-01-17/13_435_dekret.html
    • Гефсимания Виталий Айриян Он пришел не один, но оставил друзей
      перед входом в пространство незримого храма.
      Он прошел босиком по росистой траве,
      неказистый учитель сынов Авраама.

      Освещала луна непослушных волос
      седину и ползущие складки хитона.
      Он упал на траву, задыхаясь от слез,
      чтоб земля помогла удержаться от стона.

      Спал апостольский пост пьяным утренним сном
      под горящим кустом той оливковой рощи,
      и пророчества тень от горы Елеон
      превращала тела в бессловесные мощи.

      Его голос шептал в предрассветном саду
      об Отце и о чаше в преддверии чуда.
      И стоял за спиной, и молился в бреду,
      и заламывал руки послушный Иуда.
    • ЧЕМ ЗАНИМАЮТСЯ ПРАВОСЛАВНЫЕ УЧЕНЫЕ И КАК ИМ ПОМОГАЕТ ПУТИН ЕЛЕНА РОТКЕВИЧ   Президент благословил   Организации православных ученых сегодня появляются по всей стране. Петербург – один из первых городов, где еще в 2003 году образовался Союз православных ученых. Но сегодня центр православной науки сместился в село Отрадное Воронежской области. Там в Храме Покрова пресвятой Богородицы в прошлом году встречал Рождество Владимир Путин. Там же расположена штаб-квартира крупнейшего в России межрегионального Объединения православных ученых (ОПУ), имеющего отделения во многих городах страны и 10 филиалов за рубежом, включая Грецию, Болгарию, Германию. Среди членов объединения более полутысячи человек, из них 130 докторов наук. Объединение православных ученых часто проводит научные конференции. У него есть собственные СМИ – печатные, электронные и радио. В «Вестнике православных ученых» публикуются научные статьи участников объединения. Среди затронутых в публикациях тем есть, например, такие. «Миссионерская деятельность словесника при подготовке к ЕГЭ», «Свобода журналистики и необходимость государственного регулирования в отношении СМИ», «Коммунальная сфера России: инновационные проекты, их реализация и оценка экономических последствий», «Установка для получения копченой мускусной утки с применением избыточного давления».   Температура повышенная   На счету ОПУ уже несколько реализованных проектов.  Один из них называется «Изучение  жизнеспособности цветов белой лилии от чудотворной иконы Панагия-Крини» (Греция). Дело вот в чем: на острове Кефалония, что неподалеку от горы Афон, каждый год в день Успения Богородицы происходит чудо. На засохших стеблях белых лилий, положенных в киот иконы пять месяцев назад (по случаю предыдущего церковного праздника), распускаются свежие цветы. Чтобы доказать, что чудо существует, православные ученые доставили два экземпляра этих чудесных растений (Lilium candidum L)  в Полярно-альпийский ботанический сад-институт им. Н.А. Аврорина (г. Апатиты), где их исследовал  кандидат биологических наук, научный сотрудник лаборатории физиологии и биохимии сада-института А.Н. Кизеев. Изучив лилии с помощью микроскопического, физиологического и метода спектроскопии отражения, ученый выдал заключение, что живая часть растения находится на засохшем стебле. Следовательно, чудо – есть. Члены ОПУ провели первый в мире эксперимент по измерению температуры Благодатного Огня в Иерусалиме. Глава ОПУ протоиерей Геннадий Заридзе, биолог по образованию, пишет об этом исследовании в «Вестнике православных ученых» за июнь 2016 года. «Меня отправили на Страстной неделе  в Иерусалим на схождение Благодатного Огня в  составе официальной делегации от Российской  федерации. По благословению Святейшего Патриарха Кирилла ее традиционно возглавил Владимир  Иванович Якунин… Со мной был пирометр – инфракрасный термометр VT 303… Благодатный Огонь сошел… быстро… После того, как мне  посчастливилось трижды умыться неопаляющим Святым Огнем, была проведена серия замеров  температуры пламени Благодатного Огня с использованием серебряной пластины. Лазерный луч  прибора многократно направлялся на нагреваемую  Святым Огнем серебряную пластинку толщиной 1 мм, шириной 5 мм и длиной 200 мм. Средняя  температура была 42 градуса по Цельсию, через 15  минут Благодатный Огонь приобрел температуру  320 градусов по Цельсию. Это еще раз доказывает  скептикам, что чудо Благодатного Огня нарушает  законы нашей Вселенной.  Холодная плазма появляется и несколько минут существует в условиях  нашей земной атмосферы (что с научной точки  зрения невозможно), потом через 10–15 минут она  получает дополнительную энергию и становится  обычным горячим огнем, нарушая закон сохранения энергии», –  написал в научном отчете православный ученый Заридзе. Сейчас ОПУ начинает новый научный проект, связанный с чудесным превращением змей в теплокровных гадов. Чудо происходит на том же греческом острове  Кефалония, где оживают лилии. Такая концентрация чудес, вероятно, связана с близостью святого Афона. В праздник Успения Пресвятой Богородицы ядовитые змеи со всего острова сползаются  на место бывшего монастыря, но никого не кусают. И в этот момент, по словам очевидцев, они становятся теплокровными. ОПУ ищет авторитетного ученого- серпентолога, который мог бы выехать на место чуда, измерить температуру змей и научно обосновать происходящее.   Бред и мракобесие   В Петербурге у Объединения православных ученых есть филиал, куда вошли  участники петербургского Союза православных ученых. Одним из самых ярких научных открытий петербургских исследователей стали новые свойства молитвы. Инженер-электрофизик из НИИ промышленной и морской медицины Ангелина Малаховская доказала, что «Отче наш» и крестное знамение убивают микробов. Для эксперимента была взята вода, загрязненная кишечной палочкой и золотистым стафилококком. Молитву читали и верующие и неверующие, однако число патогенных бактерий в разных средах все равно уменьшалось по сравнению с контрольным образцом в сто раз. Ученые утверждают, что открыли новое, ранее неизвестное свойство Слова Божьего (молитвы) преобразовывать структуру воды. Так, оптическая плотность водопроводной воды, осеняемой крестным знамением обычным верующим, повышалась почти в 1,5 раза. А при освящении священником – почти в 2,5 раза. Ни при каких других сложениях пальцев рук  и пассов над водой не удавалось добиться подобных результатов. Исследования велись почти десять лет. По результатам была выпущена монография, снят фильм. Правда, Комиссия по борьбе с лженаукой РАН неоднократно характеризовала подобные «православные открытия» как антинаучные, предостерегая от усиливающегося напора мракобесия. В частности, глава комиссии академик РАН Эдуард Кругляков (ныне покойный) назвал работу православной ученой Ангелины Малаховской, изучившей влияние молитвы на микробов, бредом. Так же, кстати, как и другое ее исследование – о дезинфицирующем воздействии колокольного звона.    На фото: Владимир Путин в храме Покрова пресвятой Богородицы в селе Отрадное, ставшем мировым центром православной науки   – Много в Петербурге православных ученых? – Если человек православный и ученый, то он, по идее, православный ученый. Но если человек не православный, тогда он не может называть себя православным. Православный ученый – это верующий ученый. Поэтому есть ученые верующие – значит, православные. Конечно, их много. – Чем занимаются православные ученые? – Я экономист. У нас есть еще доктор биологических наук Слезин Валерий Борисович. Он работал в Петербургском НИПИ имени Бехтерева, сейчас на пенсии. Он открыл четвертое состояние сознания – молитвенное. Потом была Ангелина Молоховская (умерла), которая исследовала воздействие крестного знамения на свойства воды. Я являлся ее консультантом. И другие. – Вы как православный экономист сделали какие-нибудь открытия в своей области? – У меня вышел целый  ряд публикаций, посвященных православным основам русской экономики, государственности и права, и одна монография – «Христианство и Ислам об экономике». – Какая основная мысль монографии? – В монографии мы развиваем положение (которое обосновали еще в 2003 году) «методология Священного Писания как основа общенаучных методов исследования». Мы считаем, что в Священном Писании изложена эта методология – в закодированном виде. Она, эта методология, универсальна, и в ее основе лежит информационный императив. – Не могли бы вы попроще объяснить? – Конечно! Основой разнообразных социально-экономических явлений является информация в своих определенных количественных и качественных характеристиках. Но информация в рамках разных теоретических концепций имеет разные, скажем так, сущностные атрибутивные свойства. Мы развиваем свою теорию информации, субфункциональную теорию информации, которая является основой информационной парадигмы развития общества, которое идет на смену старой индустриальной, линейной парадигме и которое сейчас начинает развертываться в целую систему понятий – и современной науки, и понятий, которые отражаются в прорывных научных открытиях, которые сейчас делаются… – А Священное Писание при чем тут? – Священное Писание содержит в себе универсальную методологию, на которой базируется вся научная методология. Потому что сначала было слово, и слово было у Бога, и слово было Бог. И Бог сотворил словом. А что такое слово? Это определенная информационная структура, сутью которой является информационная функция. Конечные главы нашей работы посвящены изложению духовно-нравственных основ экономики, государственности и права России. Мировоззренческим и научно-концептуальным основанием является именно православие. Солнце дает жизнь, и православие – тоже. Это та энергия, которая позволяет вам сейчас меня слушать, мыслить, жить. Это та энергия, которую Бог вдунул в вас во время творения вас как личности. Этот субфункциональный принцип бытия и есть дар Божий. Когда этот дух из вас выходит, вы превращаетесь в набор химических элементов… Наша работа – это серьезная научная монография на 400 страниц. – Если во мне нет веры, я – набор химических элементов? – Потенциально каждый человек обладает способностью верить. Почитайте Священное Писание, там все сказано. – А если я принадлежу к другой религии, не к православию? – Это уже другая система координат. Я не специалист в других конфессиях. Я изучаю нашу святоотеческую традицию. – Что вы в вузе преподаете? Ваше православное мировоззрение помогает или мешает учить студентов? – Я много предметов преподаю: экономику, экономическую теорию, теорию информационного общества, теорию информационной экономики. Как человек законопослушный, я прежде всего выполняю установки Минобрнауки. Если в том курсе, который я читаю, есть  соответствующий раздел – о нравственных и духовных аспектах экономики – я, естественно, их затрагиваю.     Источник: http://gorod-812.ru/chem-zanimayutsya-pravoslavnyie-uchenyie-kak-im-pomogaet-putin/
    • Светлая и добрая память исполнительнице этой песни Долорес. https://news.mail.ru/society/32240567/?frommail=1 ... 
  • Предстоящие события

  • Дни рождения сегодня

    Сегодня никто не празднует день рождения
  • Галерея

  • Статистика форума

    • Всего тем
      6 614
    • Всего сообщений
      18 232