Jump to content
КНИГИ: Эмиль Дюркгейм. Элементарные формы религиозной жизни. Тотемическая система в Австралии (на русском языке) Read more... ×
МЕЖДУНАРОДНАЯ ПРАВОВАЯ ПОДДЕРЖКА УКРАИНСКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ МОСКОВСКОГО ПАТРИАРХАТА Read more... ×
Международная научная конференция «Будущее социологического знания и вызовы социальных трансформаций (к 90-летию со дня рождения В.А. Ядова)» Read more... ×
IX Международная научная конференция «Социология религии в обществе Позднего Модерна: межконфессиональные, межинституциональные, межкультурные аспекты" (Белгород, 17-18 октября) Read more... ×
VII научно-практическая конференция по исследованию российской государственности «Российская государственность в социальном измерении: теории, идеологии, практики» (Владимир, РАНХиГС, 11 октября 2019 г.) Read more... ×
КНИГИ: Писманик М.Г. Религия в культуре и в гражданском единении (Пермь, 2019) Read more... ×
СПЕЦИАЛЬНО ДЛЯ ПОРТАЛА. Д.М. САХАРНЫХ о православной культуре в российской школе Read more... ×
Социология религии. Социолого-религиоведческий портал

Search the Community

Showing results for tags 'биографии'.



More search options

  • Search By Tags

    Type tags separated by commas.
  • Search By Author

Content Type


Forums

  • Сообщество социологов религии
    • Консультант
  • Преподавание социологии религии
    • Лекции С.Д. Лебедева
    • Студенческий словарь
  • Вопросы религиозной жизни
    • Религия в искусстве
  • Научные мероприятия
    • Социология религии в обществе Позднего Модерна
    • Научно-практический семинар ИК "Социология религии" РОС в МГИМО
    • Международные конференции
    • Всероссийские конференции
    • Другие конференции
    • Иные мероприятия
  • Библиотека социолога религии
    • Научный результат
    • Классика российской социологии религии
    • Архив форума "Классика российской социологии религии"
    • Классика зарубежной социологии религии
    • Архив форума "Классика зарубежной социологии религии"
    • Творчество современных российских исследователей
    • Наши препринты
    • Программы исследований
    • Российская социолого-религиоведческая публицистика
  • Клуб молодых социологов-религиоведов's Лицо нашего круга
  • Клуб молодых социологов-религиоведов's Дискуссии

Find results in...

Find results that contain...


Date Created

  • Start

    End


Last Updated

  • Start

    End


Filter by number of...

Joined

  • Start

    End


Group


AIM


MSN


Сайт


ICQ


Yahoo


Jabber


Skype


Город


Интересы


Your Fullname

Found 4 results

  1. Михаил Одинцов: Нет религии, которая несёт зло «Я пришел в Совет по делам религий с радужными представлениями о стране, в которой я живу. Мне казалось, что у нас все хорошо обстоит с религией и все плохо у американцев, где происходит постоянное угнетение на религиозной почве», - начинает говорить наш собеседник Михаил Одинцов. Михаил Иванович сейчас возглавляет общественную организацию «Объединение исследователей религии» и является сотрудником Российского государственного архива социально-политической истории. Он стал первым гостем открывшейся в Ульяновске академии архивной службы, которая займется проведением публичных лекций для архивистов и всех, кто интересуется изучением истории. - Как вы решили заняться исследованием истории религии? - Если честно, я не выбирал, чем заняться, - так вся моя сознательная жизнь сложилась. Я начинал работать по специальности в Московском доме атеиста, как странно бы сейчас название этого учреждения ни звучало. Потом десять лет проработал в Совете по делам религий. Попал я туда по анекдотическому стечению обстоятельств. Один знакомый сказал, что там освободилось место. Когда я пришел узнать по поводу работы, начальник отдела начал, загибая пальцы, перечислять, кем должен быть одновременно работник совета: ученым, дипломатом, юристом, КГБистом и так далее. Конечно, всех этих качеств у меня тогда еще не было. - Но на работу в совет вы все же попали… - Да. И работа там сильно повлияла на выбор моих жизненных ориентиров. Две первые недели я не вставая читал отчеты из различных областей и республик страны о состоянии церкви: кого и где посадить надо, у кого отняли молитвенный дом, кому надо хвосты накрутить… Я стал совершенно другим человеком: радужные представления испарились, ведь я увидел подлинную реальность, которая от нас ускользала. С этого времени я стал правозащитником, считающим, что человека за его религиозные убеждения ни в коем случае нельзя гнобить и давить. В совете произошел еще один случай. Однажды я просматривал старые книги в шкафу, и на меня упал «Американский православный вестник», посвященный путешествию патриарха Тихона. Вот так буквально патриарх Тихон постучался мне в голову. Я искренне ему сочувствовал, читая все документы, посвященные его жизни. И понял, что нужно заниматься изучением истории православной церкви. - А почему выбор пал именно на двадцатый век? - Признаться честно, я иногда завидую коллегам, занимающимся историей предыдущих периодов - шестнадцатого века или даже девятнадцатого. Все, что было тогда, просто ушло. А двадцатый век - это для меня живая эпоха, которая продолжает оказывать значительное влияние на современность. И эмоционально очень сложно чувствовать себя в этой теме. Попав в ваш город, я оказался в многослойном пироге истории. И бродя по улицам, думаю об этих слоях. Например, на одном здании висит мемориальная доска, что здесь был расстрелян такой-то и такой-то. А рядом - приветственный адрес в честь той власти, которая расстреливала. В Москве это тоже есть, но там ощущение стирается за счет царящей в городе суеты. Здесь же постоянно ловлю себя на этой мысли, пытаясь понять тех людей, как нужно правильно выстраивать человеческое отношение к тем событиям и как идти не по пути повторения ошибок. - И как нужно идти, чтобы не повторить ошибок в отношении религии? - Нужно понимать, что нет ни одной религии, которая изначально бы родилась и жила на территории России. Разве что за исключением язычества. Все остальные пришли - от соседей и более дальних стран. Поэтому нет никакой изначальной единственно правильной церкви в России. Я не скрываю, что атеист и материалист по убеждениям. Но уже сорок лет занимаюсь защитой церкви, относясь ко всем религиям ровно и доброжелательно, если они действуют в рамках закона. В обществе должна существовать свобода обмена мнениями и мировоззрениями. В начале девяностых я принимал активное участие в разработке нового закона о религии в комиссии, созданной президентом Борисом Ельциным. Я выступал за то, что не нужно отдельного религиозного законодательства. Достаточно просто признать все церкви в качестве общественных организаций и приравнять их к другим общественным организациям. Это помогло бы избежать многих проблем. - Сейчас часто можно услышать об опасных религиях, деструктивных культах. На самом ли деле они существуют? - В мире нет религии, которая несет зло. Во всяком случае, за годы своих занятий религиоведением я таких не встречал. Могу с уверенностью сказать, что 99 процентов страха тех или иных религий - это не более чем наши внутренние опасения. В советские времена мы многие вещи воспринимали более спокойно. Потом пришли девяностые, и человек занялся выработкой внутреннего стержня, который поможет ему удержаться на земле. Таким стержнем для многих становилась религия, которая помогает выжить в кризисных ситуациях. Но нужно уметь отделять зерна от плевел. - Какая задача стоит перед историком, чтобы помочь в том, чтобы отделять зерна от плевел? - Каждое поколение имеет право на свой социально-политический выбор, а следующее поколение не имеет право на их осуждение или очернение. Оно может только стараться понять их. И поэтому для меня архив становится полем боя. Именно в архиве находятся свидетельства, не позволяющие говорить нам всякие нелепости о прошедшем времени. И как историки, мы должны стремиться к истине. К сожалению, лучшая литература о религии в книжных магазинах находится не на первом месте. Но ее необходимо находить и изучать. В противном случае мы станем лишь флюгерами без собственного мнения, которые двигаются по направлению ветра. Данила НОЗДРЯКОВ https://ulpravda.ru/rubrics/interview/mikhail-odintsov-net-religii-kotoraia-nest-zlo?fbclid=IwAR3aXx1X1b_bPCXdzXTa0yfpQkie_4MrrD4a3ZMApsyTgpi8TMFgWnDPc1w
  2. Надя Рушева: какой была «лучшая девочка страны» Ксения Кислицына 31.01.2018, 13:45 РИА «Новости» Художница Надя Рушева в 1968-м году и ее работы, коллаж 31 января 1952 года родилась «лучшая девочка страны», художница Надя Рушева, которую называли «Моцартом в живописи». Она рано заявила о себе и рано ушла — в 17 лет — оставив более 10 тысяч рисунков. «Газета.Ru» вспоминает жизнь юной художницы и ее работы. Именем Нади Рушевой названа малая планета и перевал на Кавказе, а ее рисунки хранятся во многих российских музеях. Надя рисовала иллюстрации к Пушкину и Булгакову, Экзюпери и Толстому, греческим мифам и русским сказкам. Тонко, без черновиков, по-взрослому. «Я их заранее вижу… Они проступают на бумаге, как водяные знаки, и мне остается их чем-нибудь обвести», — поясняла юная художница. Надя была классическим советским вундеркиндом — ее хвалили за необыкновенные способности, интуицию, чувство истории, психологизм и хрупкую чистоту. Выставки девочки проходили в Японии, Германии, США, Индии, Монголии, Польше и других странах — всего более 160 экспозиций. Но несмотря на популярность при жизни, в художнице не было ни снобизма, ни звездной болезни, ни любви к публичности. «Я работаю для будущих людей» www.rusheva.com «Люди нуждаются в таком искусстве, как в глотке свежего воздуха. Гениальная девочка обладала поразительным даром проникновения в область человеческого духа…», — говорил о Наде академик Дмитрий Лихачев. #Adcenter_Vertical .partner_material_item{ min-height: 45px; margin: 7px 20px; } #Adcenter_Vertical .sausage-header{ position: relative; display: block; height: 37px; margin-left: 20px; font: bold 21px/38px 'PT Sans', sans-serif; color: #333; letter-spacing: 0.01em; border-bottom: 1px solid #dfdfdf; } #Adcenter_Vertical .x80_80{ max-width: 60px; max-height: 60px; margin-right: 10px; float: left; } #Adcenter_Vertical .partner_material_item_text{ float:left; max-width: 175px; } #Adcenter_Vertical .partner_material_item_text_value{ font-family: "PT Sans"; font-size: 13px; line-height: 15px!important; display: block; } #Adcenter_Vertical .partner_material_item_text_value:hover{ color: #b11116; } div#Adcenter_Vertical{ float: left; width: 305px; margin-bottom: 20px; margin-right: 20px; display:none; } .AdCentre_new_adv{display:none;} Надя (ее настоящее имя Найдан) родилась в Улан-Баторе в 1952-м. Почти сразу после рождения девочки ее родители — художник Николай Рушев и первая тувинская балерина Наталья Ажикмаа-Рушева — переехали в Москву. Надя начала рисовать с пяти лет — сама, никто с ней не занимался. Кроме того, родители не учили девочку ни читать, ни писать до семи лет — считали, что нельзя торопить ребенка. Зато в семье всегда много читали. Так, отец художницы вспоминал, как за один вечер, пока он читал дочери «Сказку о царе Салтане Пушкина», она нарисовала 36 иллюстраций. Позднее Надя не по-детски осознанно скажет: «Я работаю для будущих людей... В своих образах я отражаю то, что представляю во время чтения... Мне кажется, что юному художнику надо рисовать так, как это делали импрессионисты — по впечатлению». «Маленькие принц» и другие книги www.rusheva.com В мае 1964 года прошла первая выставка Надиных рисунков — экспозицию московской пятиклассницы организовал журнал «Юность». В том же году рисунки впервые были опубликованы. А за следующие пять лет 15 выставок Рушиной были показаны в Москве, Варшаве, Ленинграде, Польше, а также в Чехословакии, Румынии и Индии. #container_90105 { -webkit-box-sizing: border-box; box-sizing: border-box; position: relative; background: #fff; outline: 1px solid #eaeaea; -webkit-box-shadow: 0 0 8px rgba(0,0,0,0.05); box-shadow: 0 0 8px rgba(0,0,0,0.05); margin: 20px 0; } #container_90105 #header_90105 { border-bottom: 1px solid #dfdfdf; margin: 0 0 15px 20px; } #container_90105 #header_90105 img { display: block; padding: 20px 0 15px 0; } #container_90105 .list-container { font-size: 0; } #container_90105 .list-container-item { display: inline-block; vertical-align: top; width: 100%; -webkit-box-sizing: border-box; box-sizing: border-box; min-height: 76px; padding: 0 20px; margin-bottom: 15px; } #container_90105 .list-container-item .imgFrame { } #container_90105 .list-container-item .image { display: block; border: none; max-width: 80px; max-height: 80px; margin-right: 10px; float: left; } #container_90105 .list-container-item .title { display: block; font: normal 15px/18px "PT Serif", serif; color: #333; text-decoration: none; word-wrap: break-word; overflow: hidden; } #container_90105 .list-container-item .title:hover { color: #b11116; } #container_90105 .list-container-item .clear { clear: left; } /*2*/ .smi2_incut{ float: left; width: 305px; margin-right: 20px; } .smi2_incut #container_90105{ margin: 0; margin-bottom: 20px; } .smi2_incut #container_90105 .list-container-item .image{ max-width: 60px; max-height: 60px; } .smi2_incut #container_90105 .list-container-item .title{ font: normal 13px/15px "PT Sans", serif; } .smi2_incut #container_90105 .list-container-item{ min-height: 0; /* remove min-height from this css selector */ margin-bottom: 10px; } .smi2_incut #container_90105 #header_90105 img{ padding: 10px 0 7px 0; } .smi2_incut #container_90105 #header_90105{ margin: 0 0 10px 20px; } Надя, между тем, мечтала стать мультипликатором и поступить во ВГИК или Полиграфический институт. www.rusheva.com «Впервые Надя прочитала роман летом 1965 года, когда ей было 13 лет, и все симпатии и сопереживания отдала Наташе и Пете Ростовым и их близким. Теперь, три года спустя, в ее папках лежали свыше 400 рисунков и композиций. Среди них и четыре натурные зарисовки памятных мест на Бородинском поле, где мы были прошлой осенью. Неизгладимы ее впечатления от Зала Отечественной войны 1812 года в Историческом музее на Красной площади, от «Галереи 1812 года» в Эрмитаже, от Бородинской панорамы и Кутузовской избы в Филях, от зала «Война и мир» — в Музее Льва Толстого на Кропоткинской улице. Недавно она увидела три серии из четырех грандиозного широкоформатного фильма Сергея Бондарчука (не все понравилось) и двухсерийный цветной итало-американский фильм «Война и мир» (была под обаянием актеров: Одри Хепберн, Генри Фонда, Мела Ферера). Вчера в Большом театре была на опере Сергея Прокофьева. И вот март-апрель — «Война и мир» в 9-м классе» (из дневников Николая Рушева). www.rusheva.com «Надюша вдруг преобразилась и повзрослела!.. Она отложила все другие мечты и серии рисунков, засыпала меня просьбами достать все, что можно о Булгакове, и как-то сразу и упоенно стала создавать свою лебединую песню «Мастер и Маргарита». ...Ее замысел мне казался грандиозным, и я сомневался в том, что она его может исполнить. Он казался мне непосильным для нее и преждевременным. Ведь ей было в это время 15 лет... И хотя в письмах к друзьям Надя писала, что «рисовать совсем некогда»... она трудилась много и вдохновенно. Четырехслойность романа подсказала ей и четыре графических приема: перо на цветных фонах, акварельные заливки, фломастер, пастель и монотипия. Цельность решения при этом сохранялась. Готовилась она к этой работе тщательно. Прочитала и принесенный мною из библиотеки сборник Михаила Булгакова» (из дневников Николая Рушева). #native3{ position: relative; float: right; width: auto; } #begun_block_439285592 .ad_native_block{ position: relative !important; z-index: 1 !important; padding: .4em 1em .7em .7em !important; min-height: 100% !important; overflow: hidden !important; background: #eeefeb!important; border-bottom: 4px solid #e0e1dd; font-size: 14px !important; width: 410px!important; font-family: "Arial"; color:#000; } #begun_block_439285592 .ad_native_img { position: relative !important; margin-right: 12px !important; float: left !important; overflow: hidden !important; -ms-flex-negative: 0 !important; flex-shrink: 0 !important; margin-top: 6px; } #begun_block_439285592 .ad_native_title_wrapper { line-height: 16px; padding-top: 4px; } #begun_block_439285592 span.ad_native_sponsored_clone { font-size: 18px; font-weight: 700; line-height: 19px; } #begun_block_439285592 span.ad_native_sponsored_clone:hover { color: #AF242C !important; } #begun_block_439285592 .ad_native_title { margin-top: 10px; } #begun_block_439285592 .ad_native_title span { background-color: #AF242C; color: #fff; padding: 2px 5px; } #begun_block_439285592 .ad_native_desc { line-height: 16px; margin-top: 10px; } #begun_block_439285592 span.ad_native_sponsored { display: none; } Директ #yandex_ad5aa90-231ee-9ebed { background: #eeefeb!important; border-bottom: 4px solid #e0e1dd; padding: 0; font-size: 14px !important; width: 410px!important; } #yandex_ad5aa90-231ee-9ebed a.yap-logo-block__text.yap-logo-text.yap-logo-color.yap-logo-bg-color { text-transform: uppercase !important; text-decoration: none !important; font-size: 11px !important; } #yandex_ad5aa90-231ee-9ebed yatag.yap-layout__logo.yap-logo.yap-logo-bg-color { padding:15px 0 0 20px !important; } #yandex_ad5aa90-231ee-9ebed .yap-layout__inner { padding: 15px 20px !important; } #yandex_ad5aa90-231ee-9ebed .yap-title-block__text, #yandex_ad5aa90-231ee-9ebed .yap-title-block__favicon { font-size: 15px !important; font-weight: bold !important; line-height: 18px !important; } #yandex_ad5aa90-231ee-9ebed .yap-body-text { font-size: 14px !important; line-height: 15px !important; font-weight: normal !important; } #yandex_ad5aa90-231ee-9ebed .yap-domain, #yandex_ad5aa90-231ee-9ebed .yap-contacts__item .yap-contacts__item-link, #yandex_ad5aa90-231ee-9ebed .yap-address .yap-contacts__item-link, #yandex_ad5aa90-231ee-9ebed .yap-contacts__item-text { font-size: 14px !important; line-height: 14px !important; font-weight: normal !important; } #yandex_ad5aa90-231ee-9ebed .yap-contacts__item-text { display: inline!important; font-size: 14px!important; #yandex_ad5aa90-231ee-9ebed .yap-layout__body{ margin-top: 5px !important; } #yandex_ad5aa90-231ee-9ebed .yap-layout__adtune { right: 20px!important; } #yandex_ad5aa90-231ee-9ebed .yap-long-domain__path { display: inline!important; font-weight: normal!important; color: #AF242C!important; } #yandex_ad5aa90-231ee-9ebed .yap-long-domain__link { font-size: 14px!important; color: #AF242C!important; } После смерти девочки вдова Булгакова — Елена Сергеевна — пригласила в гости ее родителей и внимательно посмотрела рисунки Нади к «Мастеру и Маргарите». «Только неделю назад я узнал, что Елена Сергеевна Булгакова и есть «Маргарита», и вот мы у нее, и рисунки лежат на столе. И мы, и присутствующая тут же Чудакова – все понимали, что сейчас наступил решающий момент в судьбе рисунков Нади, — вспоминал отец Нади. — Волею судьбы первым лежал большой вертикальный портрет, рисунок фломастером на розовой бумаге,образ Маргариты во время первой встречи ее с мастером: «Вам не нравятся желтые цветы?». Минута затаенного молчания… Все поглядывают на Елену Сергеевну и с удивлением убеждаются, что ясновидящая Надя интуитивно передала полное сходство с нею. Медленно и тихо Елена Сергеевна произнесла: «Это изумительно!». www.rusheva.com «К ней с первых ее рисунков было приковано внимание: старик Гессен, в прошлом кадет-публицист, заказал ей иллюстрации к своим пушкинистским штудиям, и был могучий символ в том, что книги девяностолетнего писателя иллюстрирует двенадцатилетняя девочка. Озорство и романтизм ее работ были удивительно ко времени. И при этом Надя Рушева была тихим очкариком — тем разительнее было торжество ее дара: невысокая, худая, темноволосая, ничем не привлекающая внимания в толпе одноклассников. Иное дело, если вглядеться… ...Никогда никого уже не будем мы любить так, как любили Надю Рушеву», — написал позднее в одной из своих статей писатель Дмитрий Быков. Мальчиш-Кибальчиш и космос www.rusheva.com «31 января — день рождения Нади Рушевой. Я помнил об этом в полете. И отметил этот день на календарном графике буквой «М» — Мальчиш. И вот наступило время сеанса связи с землей. Я показал «Мальчиша», в нескольких словах рассказал о Наде. Этот репортаж с орбитальной станции вышел в программе «Время», которую смотрела вся страна. Увидели «Мальчиша» и за рубежом. Говорили, что это — первый в истории космический вернисаж, — вспоминал космонавт Георгий Гречко в своей книге «От лучины до космоса». — А мне было важно, что мы, космонавты, всколыхнули в людях память о талантливом человеке. #mt_incut { position: relative; display: block; width: 305px; float: left; margin-right: 20px; } #mt_incut .sausage-header { height: 40px; font: bold 21px/40px 'PT Sans', sans-serif; } #mt_incut .partner_material_item { min-height: 0; margin: 10px 20px; } #mt_incut .partner_material_item_text { max-width: 190px; line-height: 15px; font-size: 1px; } #mt_incut .partner_material_item_text_value { font: normal 13px/15px "PT Sans", sans-serif; } Весь месяц в полете они (рисунок и фотография) были нашими спутниками. Я считаю большой удачей, что мне пришла в голову идея взять в полет рисунок Нади Рушевой. В широко открытых глазах Мальчиша есть человечность, хрупкость, но есть и сила, стойкость. Он живой. Рисунок не просто помогал нам работать в космосе, он жил рядом с нами. Мальчиш-Кибальчиш разделил с нами высоту полета, он разделил и трудности. Посадка выдалась тяжелая. Пока мы метались по целине, отстегивая парашют, рисунок помялся». Школьный мемориальный музей Нади Рушевой 5 марта 1969-го Надя вернулась из поездки в Ленинград, переполненная впечатлениями и планами. Она мечтала рисовать Лермонтова, Некрасова, Блока, Есенина, Грина и Шекспира. «Утром 6 марта, одевая школьную форму, Наденька внезапно потеряла сознание... 5 часов врачи делали ей уколы и увезли в больницу... Там, не приходя в сознание, от кровоизлияния в мозг она скончалась…» (из дневников Николая Рушева). У художницы обнаружился врожденный дефект сосуда головного мозга — врачи не смогли ей помочь. Надя Рушева ушла из жизни в 17 лет, навсегда оставшись в 60-х. https://www.gazeta.ru/culture/2018/01/30/a_11630839.shtml?utm_medium=exchange&utm_source=ria&updated
  3. Религия в жизни Владимира Высоцкого ПРОТОИЕРЕЙ МИХАИЛ ХОДАНОВ | 25 ИЮЛЯ 2010 г. Владимир Высоцкий: в канун именин Владимир Высоцкий — «Есть, что спеть перед Всевышним» (+ Песни в исполнении прот. Михаила Ходанова) Владимир Высоцкий, храня в себе генотип многих поколений предков-христиан, прекрасно понимал, что есть мир духовный. И Бога он, несомненно, признавал. Вместе с тем, будучи человеком нецерковным и страстным, отличаясь максимализмом в отношении к жизни, ощущая трагедию жизни и смерти, он мучился и страдал от разрывавших его вековечных проблем, которые безуспешно пытался решить сам, без опоры на христианские законы духовной жизни. Страшная соцсистема скрыла от него, как и от миллионов других его соотечественников, выстраданную тысячелетней историей православной России правду о Боге. В потаенных глубинах его сердца, как и у большинства из нас, были перемешаны свет и тьма. Личные грехи то и дело омрачали настроение поэту, внушали мысль о том, что бесполезно уже что-то исправлять в этой жизни, что Бог никому ничего не простит и неминуемо отправит грешника в ад на вечные муки. Конечно, автор данных строк не влезал в душу поэта и не препарировал ее, но законы развития греха в человеке – одни и те же, и они хорошо известны каждому православному. Владимир Высоцкий в роли Гамлета Именно по этой причине я и говорю с большой степенью уверенности, что горькие переживания Высоцкого по поводу своих падений, несомненно, имели место. Наверняка он и неложно каялся в сердце своем, и тайно проливал слезы как из-за собственных ошибок, так и из-за нанесенных ему обид.«Я видел, наши игры с каждым днем// Все больше походили на бесчинства. // В протоках чистых по ночам тайком // Я отмывался от дневного свинства…» («Мой Гамлет»). Просто он был сильный человек и на публику свои страдания не выносил. Вместе с этим поэт совершенно не выносил чужой боли – от нее он мучился и метался. Вид больного человека и тем более его кончины неизменно вызывали у него чувство глубочайшего потрясения. Прикровенно за этим, несомненно, стояли тревожное памятование им своей собственной неизбежной смерти и неготовность примириться с ней, признать неотвратимость земного конца. Бог христиан есть Любовь. Однако жизненные суровые реалии, живая память о войне и крови, о страданиях и массовой гибели людей, наконец, впечатления от казни того же Пугачева, переживаемые на сцене всякий раз заново, мешали Высоцкому адекватно воспринять эту высшую реалию. Он живо воспринял Его карающее начало. Может быть, он путал Бога с людьми, которые зачастую ригористически и строго говорят от Его имени, но сами отнюдь не живут по Его заповедям? Так бывает. И в результате у поэта, возможно, возникла мысль о том, что рая ему уже не видать, ибо Бог «не простит» ему его грехов. От этого ощущения в сердце у человека, как правило, образуется обида и горечь, граничащие с отчаянием. Как же так, я мучаюсь, мне так плохо, столько искушений вокруг, сколько зла – как же в одиночку бороться со всем этим? Но я пытаюсь что-то делать и на этом пути падаю, ошибаюсь, грешу. А ведь никто мне при этом не помогает, никто ничего не объясняет, и суть вещей остается для меня сокрытой и нередко враждебной. Все это так ранит… В мире – сплошная жестокость и невиданная концентрация страданий, о чем Высоцкий в одной из баллад пел с саркастической болью: Не верь, старик, что мы за все в ответе, Что где-то дети гибнут – те, не эти! Чуть-чуть задуматься – хоть вниз с обрыва… А жить-то надо, надо жить «красиво»! («Бегство мистера Мак-Кинли») Алкоголь и особенно наркотик, от которого в конце жизни страдал Высоцкий, расширяют сознание, человек как бы входит в другие измерения и, вернувшись оттуда на «серую» землю, мучительно ощущает, что ему на ней тесно и пусто. Это также множит тоску и печаль. Причем и «проклятая», и наркопрепараты полностью закрывают от человека пространство Бога, оставляя пути лишь в «черные дыры», на ристалище бесов, которые оказывают на своего гостя такой мозговой и душевный штурм, что человек после этого уже не принадлежит сам себе, его сознание ломается, трансформируется и перестает воспринимать всякое излучение Божественной благодати (в конце жизни Высоцкого не раз посещал видимый только одному ему собеседник и досаждал поэту. О его появлениях говорил сам Высоцкий, с присущим ему юмором называя своего непрошеного гостя «чудаком», «экземплярчиком» и заявляя, что тот «порет ахинею». А какую ахинею мог нести бес? С теми, кто находится в наркотическом или алкогольном плену, у темного мира только один разговор – покончи жизнь самоубийством, выпрыгни из окна, перережь себе вены и т.д… Однако Всеблагий Господь не попустил страшному визитеру торжествовать – Высоцкий умер тяжелой, но своей смертью, хотя и безжалостно укоротил себе жизнь поистине варварским отношением к своему здоровью. «Гробил» себя, чтобы больше продержаться на сцене перед аудиторией и принести ей радость. Вот такой печальный парадокс). Вместе с тем Высоцкий был могучей личностью. После всех падений духовное сознание всегда милостью Божией возвращалось к нему. Но с каждым шагом не туда отношение к Богу у него тотчас делалось неким отчужденным и настороженным. «Не простит», «все кончено», «будущее – беспросветно, впереди – вечные мучения»… Эти и другие мысли создавали в поэте некую духовную замкнутость, внутренний пульсирующий надрыв, чувство безысходности и богооставленности. И вместе с тем таинственно-сладостное балансирование на краю бездны, испытание долготерпения Божия отнюдь не было чуждо поэту. «Чую с гибельным восторгом – пропадаю, пропадаю…» («Кони привередливые») И – там же: Мы успели, в гости к Богу не бывает опозданий, Так что ж там ангелы поют Владимир Высоцкий такими злыми голосами?.. Или это колокольчик весь зашелся от рыданий?.. Или я кричу коням, чтоб не несли так быстро сани?.. (Там же) Голоса демонов (ибо только они – злы) Высоцкий «путает» с ангельскими неслучайно: в настроении песни – фатальность, безнадежность, отчаяние и горькое торжество субъективной уверенности в отсутствии милости у Бога. Чувствуется и некая сладостная гордость-истома, ошибочно принимаемая поэтом за человеческое достоинство, попытка разговаривать с Богом на равных и одновременно – вынужденное, недобровольное смирение. Тут нет радости от грядущей встречи со Всевышним. Причина – сознание собственной греховности, понимание того, что все-таки не в гости мы идем на Небо, а для отчета во всех делах своих. Однако интуитивно ощущается и обида поэта за то, что никто его жутких страданий не видит, что все только осуждают и равнодушно отворачиваются. Все одинаково – как в раю, так и в земной юдоли… И Бога никто не видел, и в мире правит зло, и жизнь угасает, и наступает царство смерти с мириадами теней, бесцельно бродящими по Шеолу… Господи, какое же счастье, что это не так и что Бог христиан есть Бог любви!.. И что впереди – жизнь, по сравнению с которой наше земное странствование – лишь слабый отблеск яркого дня, мутное зеркало с неясным отражением. «Не видело око, не слышало ухо и не всходило то на сердце человека, что приготовил Бог любящим Его». Так сказано в Писании. Так что проблема здесь – в одном. Надо уметь и хотеть любить Бога и ближнего… Вот тогда и будет желанное бессмертие и полнота жизни. Когда поэт 25 июля 1980 года отошел ко Господу, он, смею полагать, полностью смог сам убедиться в этом – с третьего по девятый день после смерти, когда, по свидетельству Церкви, душа человеческая возносится к Творцу для поклонения Ему, и ей показываются дивные и светлые красоты рая… Между тем в песне «О погибшем летчике» Владимир Высоцкий пишет о герое, который был сбит в бою и после этого взлетел в рай. И что же? Опять все та же нерадостная картина: Встретил летчика сухо Райский аэродром, Он садился на брюхо, Но не ползал на нем… Владимир Высоцкий Рай здесь – сухой, неприветливый. Этот образ – тоже явная проекция беспросветного окружающего мира на небо. Все – одно: «Зря пугают тем светом, // Тут с дубьем, // Там – с кнутом. // Врежут там – я на этом, // Врежут здесь – я на том…» («Был побег на рывок»). То же и в «Песне о воздушном бое». После того как два друга-летчика, сбитые немецкими «мессерами», попадают в рай, они слышал обращенные к ним слова Архангела: «В раю будет туго». В ответ летчики просят у Бога разрешения записаться в ангельский полк. И тут же: «А если у вас истребителей много, // Пусть впишут в хранители нас…». Это – знакомые отголоски переживаний Высоцкого, которому кажется порой, что Бог прежде всего – Карающий Мститель и будет наказывать грешников, дабы уничтожить неверный род людской. Чего-чего, мол, а истребителей в горнем мире предостаточно, знаем… И в качестве щита – не покаяние, а гордость в камуфляже «человеческого достоинства», ярко выраженная в нежелании «ползать на брюхе» перед кем бы то ни было. Теперь о песне «Райские яблоки». В этом мрачном произведении рай вообще превращается в зону, над которой «Распятый висел» и где все вернулось на круги своя. Перед воротами рая – измученный этап на коленях, вокруг – колючая проволока, перед закрытыми воротами висит лагерная рельса (било). В «дивных райских садах», где растет «прорва бессемечных яблок (они же «ледяные» и «мороженые»), сторожа стреляют без промаха в лоб всякому, кто пытается сорвать плод с древа. Ассоциация с яблоком, сорванным Евой, очевидна. Расплата – смерть. Где же любовь?.. Херувимы кружат, Ангел окает с вышки – занятно! Да не взыщет Христос,– Рву плоды ледяные с дерев. Как я выстрелу рад – Ускакал я на землю обратно, Вот и яблок принес, Их за пазухой телом согрев. Прориси ада и полной богооставленности сквозят из описания рая. И погнал я коней Прочь от мест этих Гиблых и зяблых… Куда же? К любимой… Вдоль обрыва с кнутом, По-над пропастью Пазуху яблок Я тебе привезу – Ты меня и из рая ждала. Поэт тем не менее коснулся здесь истины – она в любви. Именно любовь бессмертна. Она, по словам апостола Петра, «долготерпит, милосердствует (…), не завидует (…), не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, на все надеется, все переносит». Единственное «но»: эта любовь в песне у Высоцкого полностью воплощена в женщине, в человеке. Богу там места нет, потому что тот бог, которого описывает Высоцкий, не имеет никакого отношения к христианству. Ибо в этом боге нет любви к своему высочайшему творению – к человеку. Чудесным спасением поэту видится только возвращение на прежнюю землю, туда, где его любят и ждут… И там – вновь ожить и познать человеческое счастье взаимной ласки… Однако жизнь на земле дается только один раз. Но от нее, от этой искорки, загоревшейся и погасшей в момент времени, зависит все твое грядущее бессмертие. Мужественно соблюдай светлые Христовы заповеди в мире земного зла, борись за святость сердца – и ты познаешь Бога, который любит и тебя, и твою любимую совершенной и ни с чем не сравнимой любовью. И в этой полноте божественной любви ты найдешь величайшее успокоение, безмятежный мир, неизбывную радость и несказанное счастье, и всем там будет привольно – и тебе, и любимой, и твоим близким и родным людям. Только верь и изо всех сил живи по вере твоей… Вот что говорит Бог, в котором нет ни лукавства, ни равнодушия, ни тем более злобы. Он тихо ждет нас – и хочет, чтобы рано или поздно мы обязательно пришли к Нему. Владимир Высоцкий Прошу прощения за проповедническое отступление. «Что за дом притих…» – еще одна песня, где затронута религия. Герой песни, путник, заходит в некий дом, где хочет отдохнуть и набраться сил после того, как ему удалось спастись от преследовавших его волков («Во хмелю слегка лесом правил я…»). Однако в доме – бедлам, кто-то стонет песню, кто-то, вороватый и придурочный, показывает ему из-под скатерти нож. На поверку дом оказывается притоном, чумным бараком, местом погибели. «Свет лампад погас, // Воздух вылился, // Али жить у вас разучилися?! // Двери настежь у вас, // А душа взаперти.// Кто хозяином здесь? // Напоил бы вином!// А в ответ мне: «Видать, был ты долго в пути // И людей позабыл, // Мы всегда так живем». Отвечающий продолжает перечень темных дел обитателей дома: Брагу кушаем, век на щавеле, Скисли душами, опрыщавели, Да еще вином много тешились, Разоряли дом, дрались, вешались! «Испокону мы, – подытоживает собеседник герою песни, – в зле да в шепоте //Под иконами в черной копоти!» Судя по всему, это Россия. И советская, и дореволюционная. Она – такая. Дом у оврага, погруженный во мрак. Образа в ней – «перекошены» (в том смысле, что висят косо), на них – черная копоть… Все безрадостно. И герой хочет уехать в тот край, «где светло от лампад, // Где поют, а не стонут, // Где пол не покат». В песне отразились и тяжкое время семидесятых (советская рутина, духовный беспросвет, безбожие, скрытность, пьянство, всеобщий идеологический обман, плохо маскируемая жестокость режима), и собственные душевные муки великого поэта. А может, все тот же беглый каторжник Хлопуша в его душе обличал действительность и страстно искал выхода из ее цепких оков… Для фильма «Бегство мистера Мак-Кинли» (1975) Владимир Высоцкий написал несколько замечательных баллад. За отдаленный образец он взял западные рок-баллады, но силой своего таланта преодолел их ограниченность (слова там не важны, главное в балладах такого рода – ритм, а содержание – довесок к грохоту ударных инструментов). У Высоцкого получились баллады-притчи, глубокие, верные, тонкие, точные. Написал он их от имени западного человека, с его прагматическим и атеистическим менталитетом. От этого в «Балладе о маленьком человеке» – налет скепсиса к Богу и религии. Погода славная, А это – главное. И мне на ум пришла Идейка презабавная, Но не о Господе И не о космосе – Все эти новости уже Обрыдли до смерти. Сказку, миф, фантасмагорию Пропою вам с хором ли, один ли. Слушайте забавную историю Некоего мистера Мак-Кинли. Не супермена, не ковбоя, не хавбека, А просто маленького, просто человека. Упомянутое здесь чувство «обрыдлости» нельзя приписывать самому автору, хотя наверняка он как актер входил в дух и плоть «маленького человека» и глядел на мир его глазами. И все-таки это – художественный образ, отображающий современного европейца, вконец изверившегося и замкнувшегося на мертвящем душу меркантилизме. Что касается его песни «Цыганочка» с ее «знаменитыми» строчками: В церкви – смрад и полумрак, Дьяки курят ладан. Нет – и в церкви все не так, Все не так, как надо, – то здесь в принципе проблема несколько иная. В Театре на Таганке тогда шел спектакль «Пугачёв», посвященный страшному русскому бунту, где Высоцкому Ю.П. Любимовым была предложена роль уральского каторжника Хлопуши. Поэт поначалу обиделся – он хотел играть Пугачева, который достался Николаю Губенко и был блестяще им сыгран. Но дело – не в этом. Высоцкий проникся драматической судьбой Пугачёва и, судя по всему, испытал к нему как к бунтарю симпатии. Из-за сильной и волевой личности, из-за неприятия «царской неправды», из-за стремления познать волю и бороться за правду. В монологе Хлопуши Высоцкий в заключительных словах «Проведите, проведите меня к нему, // Я хочу видеть этого человека!!!..» выражает явный восторг личностью бунтовщика. Что делать – неприятие советского строя спонтанно сближало Высоцкого с Пугачевым, который так же, как и поэт, на дух не принимал существующую власть. Из истории пугачевского бунта мы знаем, что пойманного Пугачёва везли в Москву в клетке, как зверя, а сопровождал его в качестве высокого стража не кто иной, как великий полководец и народный любимец, глубоко верующий человек Александр Васильевич Суворов. Тот факт, что христианин Суворов вез на страшную и мучительную казнь другого яркого и самобытного русского человека (донского казака, бывшего подъесаула, участника суворовских походов), потряс Высоцкого. Он воспринял это как трагедию. И последнюю каплю в нее добавило Высоцкому то, что Церковь поддержала казнь Пугачёва и встала на сторону государства. В общем, что царизм, что советская власть для Высоцкого здесь эмоционально уравнялись. И не бралось должным образом во внимание то, что Пугачёв был убийцей: «Там какой-то пройдоха, мошенник и вор // Вздумал вздыбить Россию ордой грабителей. // И дворянские головы сечет топор, // Как березовые купола в лесной обители» (С. Есенин, поэма «Пугачёв»). Под обаяние бунтарства подпал тогда и Василий Шукшин в своей книге о Степане Разине «Я пришел дать вам волю»… Итак, узнав, что духовенство благословило казнь Пугачёва, Владимир Высоцкий пишет в «Цыганочке» соответствующие горькие для него строки. Все просто. Церковь поддержала убийство, да еще в виде четвертования и отрубления головы с последующим посажением ее на кол («По прочтении манифеста духовник сказал им /Пугачёву и его сподвижнику Перфильеву на Лобном месте. – Прим. авт./ несколько слов, благословил их и пошел с эшафота» – А.С. Пушкин, «История Пугачёва»). А как же быть с заповедью «не убий»? Нет, все не так, как надо… Однако в жизни бывают ситуации, когда именно эта заповедь нарушается во избежание еще большего зла. Если жестко не пресечь насилие и бунт, прольются новые реки крови. Но, конечно, убийство человеком человека в любом случае нарушает прерогативу Бога (Бог дал, Бог и взял). И все же нельзя забывать, что мы живем в несовершенном человеческом обществе. Не будет суда и прокуратуры, не будет тюрем – все потонет в стихии насилия и анархии. Человеку свойственно легче легкого забывать Бога… Конечно, не нужно было так петь… Но не слишком ли мы требовательны к невоцерковленому человеку? «Кто без греха, пусть первым бросит камень». Так что не будем осуждать, помня, что «несть человек, иже жив будет и не согрешит». Сказать «Не греши!» стоит прежде всего себе самим. Поверьте, будет гораздо больше пользы. http://www.pravmir.ru/religiya-v-zhizni-vladimira-vysockogo/
  4. Тонкий интеллектуал – и автор популярнейшего романа. Едкий критик – и созерцающий философ. Умберто Эко рассказывает о переменах своей судьбы, снах, психоаналитиках и президентах. Интервью Элен Френель (Hélène Fresnel) и Изабель Тоб (Isabelle Taubes) Подготовила Ксения Киселева ФОТО Getty Images Так могло бы выглядеть классическое определение из кроссворда. «Александрийский маяк, три буквы». Ответ: «Эко», который родился в Александрии (Алессандрии), рядом с Турином, в Италии. Почему? Потому что, подобно маяку, Умберто Эко освещает современную интеллектуальную жизнь. Выдающийся ум и гигант эрудиции, библиофил, полемист, он обладает редким талантом никогда не быть скучным, даже в своих теоретических эссе. Его любовь к знаниям заразительна. Но прославил его не научный труд, а роман «Имя розы»1. Разменяв пятый десяток, этот высоколобый интеллектуал стал успешным молодым романистом. Шесть лет спустя, в 1986 году, кинопостановка Жан-Жака Анно (Jean-Jacques Annaud) сделала роман еще более популярным (возможно, благодаря Шону Коннери, который сыграл главную роль Вильгельма Баскервильского, монаха-полицейского). Но Эко – еще и социально активный философ, который регулярно выражает свою позицию. Во время итальянских выборов 2006 года Эко, озабоченный распространением расизма, повсеместной коррупцией, бедностью политического дискурса, призвал спасти демократию и «отстранить от власти тех, кто привел страну к гибели». Мы встретились с этим загадочным персонажем, холодным и радушным, отстраненным и страстным. Psychologies: Вы успешный романист, критик, эссеист, аналитик современного общества – как вы живете с таким множеством личностей? Умберто Эко: Какую бы личность я ни примерил, у меня всегда впечатление, что я занимаюсь одним и тем же. Но на самом деле в моей жизни произошел поворот, который соответствует рисунку линий на моей ладони. Посмотрите (показывает руку): моя линия жизни останавливается и продолжается дальше, как будто после разрыва. До 50 лет я был теоретиком. Затем я стал романистом. Почему произошел этот разрыв? Потому что я был слишком доволен тем, что у меня было! Я получил кафедру в университете; мои книги по семиотике были переведены на десяток языков... Мне хотелось попробовать что-то другое. В порядке провокации я иногда рассказываю об этом так: «Обычно в 50 лет мужчина бросает семью и уезжает на Карибы с танцовщицей. Я счел это решение слишком сложным, и танцовщица стоила слишком дорого. Я выбрал простое решение: написал роман». В «Имя розы» я включил то, что касалось моей души и о чем я никогда не говорил. Я рассказал о вещах, которые меня тронули, приписывая их моим персонажам; разумеется, когда мы начинаем рассказывать историю, мы пользуемся своей собственной памятью, своими страстями. Это уже не теория. ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕМарк Оже: «Старости не существует» Чувствуете ли вы некую близость к психоанализу в вашей деятельности в области семиотики? У. Э.: Нет, мои исследования по семиотике (общая теория знаков и их объединения при мышлении. – Прим. ред.) состоят в работе над текстами и языками, а не над психологией. Но я интересовался психоанализом с самого лицея, благодаря преподавателю, который говорил нам о Фрейде. Затем я прочел все его труды, а также работы Юнга и Лакана, с которым я, кстати, познакомился. В Лакане было что-то от шута, актера, и его, как Малларме, привлекала тьма, с которой он играл всю жизнь. Он интересовал меня скорее как литератор, чем как ученый. При этом у него, бесспорно, были яркие озарения, и он понял важнейшие особенности психики. Жаль, что он не изложил это более понятно. Я сделал из него персонажа романа «Маятник Фуко»2 – доктора Вагнера. Вы прошли психоанализ? У. Э.: Я никогда не думал об этом. Возможно, это некая люциферова гордость: я чувствую себя более компетентным, чем психоаналитики. Я мог бы обхитрить их и способен анализировать сам себя. Кстати, в моих книгах есть некая психоаналитическая сторона, в том смысле, что я говорю в них о том, что меня действительно волнует, использую мои собственные воспоминания. Но работу по анализу моих произведений я оставляю психоаналитикам. «Увы, я родился в семье, начисто лишенной секретов и всего таинственного» Помните ли вы о вашем детстве? Чувствуете ли вы близость к нему? У. Э.: С тех пор как я начал стареть, моя кратковременная память слабеет. Если я выхожу из спальни, чтобы взять книгу, то, дойдя до гостиной, я иногда задумываюсь, за чем пошел. Но зато воспоминания молодости поднимаются на поверхность. И моя долговременная память работает замечательно. Я никогда не утрачивал связи со своим детством. Но по-настоящему вернулся к нему в 48 лет, когда учился рассказывать истории. В 12 лет я писал сказки и сочинял рассказы. Затем, будучи слишком самокритичным, решил, что эта работа не для меня. В то время я смотрел на жизнь в духе Платона и считал поэтов и романистов людьми странными, второго сорта. Но это пристрастие на самом деле никогда меня не покидало. И я заметил, когда начал мой первый роман, что все мои эссе построены по нарративному принципу: я всегда рассказываю о моих изысканиях, прежде чем прийти к выводам. Когда я защищал диссертацию, один из моих преподавателей отметил, что я не пошел классическим путем: ученый, сказал он мне, публикует только результаты, а ты рассказываешь обо всех этапах работы, упоминая также и неправильные гипотезы, как в детективе. Я сделал вид, что согласился, но на самом деле я думал и до сих пор думаю, что писать следует именно так! И все мои книги написаны как дневник исследования. Именно так я удовлетворяю свое желание быть рассказчиком – а еще рассказываю истории моим детям! ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕВячеслав Иванов: «Мы развиваемся рывками – и не всегда это рывки вперед» Значит, вы рассказчик? У. Э.: Да. В итоге теория, возможно, была всего лишь окольным путем. И как только мои дети слишком выросли, чтобы слушать мои рассказы, я начал писать романы! Это было мое удовольствие, мое призвание. У каждого есть свое призвание. Есть увлеченные альпинисты, которые все свободное время карабкаются по горам, страстные лыжники, бесстрашные мореходы, в одиночку переплывающие Тихий океан. Это разнообразие принципиально важно. Я начал интересоваться историями очень рано. Мама много читала мне вслух: текст, который она прочла, когда мне было 4 года, я помню так ясно, словно это было вчера. Он был в детском журнале. На меня также повлияли рассказы о Сюзетте из другого французского детского журнала, «Неделя Сюзетты». Там было о замках, в которых персонажи находили тайное подземелье, о сокровище. Все это всегда меня завораживало. Откуда ваш интерес к оккультизму, который ясно проступает в вашем втором романе, «Маятник Фуко»? У. Э.: Я начал интересоваться заговорами только в 50 лет, примерно в 1982 году. Не раньше. Меня привлекают оккультные науки, как все ложные теории. Первая глава моей теории семиотики гласит: «Мы опознаем знак как нечто, позволяющее нам лгать». Таким образом, семиотика – это теория лжи. Если бы это была теория истины, она бы не заинтересовала меня до такой степени. Ложные теории намного более захватывающие, чем истинные, такие как дарвинизм, который меня вовсе не привлекает. Как из ложной теории может родиться правда? Вот вопрос, который продолжает меня интересовать, так же как и наша уникальная способность ко лжи. В моей коллекции книг нет трудов Галилея, потому что он сказал правду. Зато я включил в нее Птолемея, потому что в своих астрологических теориях он ошибся. Оккультисты также интересуются скрытым смыслом вещей, как и семиологи, не правда ли? У. Э.: И археологи, и психоаналитики тоже! Но ни одному алхимику не удалось найти рецепт превращения свинца в золото. Оккультисты так ничего и не открыли, несмотря на все их исследования. Если только не заинтересоваться их деятельностью с психоаналитической точки зрения, как это делал Юнг. В этом случае вы действительно можете разглядеть прячущееся под маской философского камня коллективное бессознательное. У меня теперь есть целая коллекция древних книг по оккультным наукам, которую я начал собирать в 60 лет. Раньше у меня не было средств на их покупку, но после публикации «Имени розы» я стал получать большие гонорары и задумался, что мне с ними делать. Самым естественным ответом было – покупать другие книги. Если бы я покупал казначейские боны, я бы их не увидел, а книги я могу листать. И, так как глупость меня всегда завораживала, меня также привлекают люди, которые интересуются оккультными науками. Любопытно, что 90% из них верующие или становятся верующими. Но я остался атеистом. В вашей новой книге вы пишете: «Что меня интересует сегодня, так это несчастная любовь к острову, который мы никак не можем найти»3. Что это за остров? У. Э.: Я расскажу вам два повторяющихся сна, которые интригуют меня. В одном я оказываюсь в городе, который очень хорошо знаю и где я преподавал, – в Болонье. Там я сворачиваю с дороги, выхожу из центра города и оказываюсь в сельской местности. И оттуда я уже не могу вернуться. Во втором сне мне надо встретиться с кем-то, с женщиной, в квартире, которую я снял, но я забыл, где эта квартира, и у меня нет при себе ключей. Остров, который нельзя найти, – это метафора, чтобы обозначить все то, о чем мы мечтаем, но чего никак не можем обрести. ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕМарина Егорова о трудных людях, пользе интеллекта и влиянии среды Эти сны с загадкой, которую требуется разрешить, это пристальное внимание к ложным знаниям, к заговорам – не связано ли это с семейной тайной? У. Э.: Увы, я родился в семье, начисто лишенной секретов и всего таинственного. Единственной мистификацией были попытки убедить меня в существовании Деда Мороза. В 6 лет я выяснил правду. Так что моя единственная семейная тайна была раскрыта довольно рано. Ведя хронику в итальянском еженедельнике «Эспрессо», вы всегда бросали критический взгляд на человечество. По вашему мнению, не идет ли оно по пути регресса? У. Э.: Я интересуюсь человечеством тогда, когда оно регрессирует. Не когда оно прогрессирует. Интеллектуал обличает человеческие нравы. Он не тот, кто их прославляет. Он здесь, чтобы смотреть непредвзятым взглядом, а не для того, чтобы говорить, что все хорошо. Его функция – критика общества. Прославлять настоящее – это всем доступно. Нет никакой необходимости в том, чтобы подчеркивать положительные аспекты прогресса, например писать, что сегодня благодаря лекарствам и профилактической медицине средняя продолжительность жизни растет. Измерять имеющиеся достижения прогресса – это интересное упражнение. Но это не моя цель. Я стараюсь коснуться слабых мест, которые мы сначала не замечаем, и назвать их. Основные даты1932 Родился в Александрии, Итальянский Пьемонт. 1954 Защитил докторскую диссертацию по философии, на тему эстетики святого Фомы Аквинского. 1956–1964 Работает редактором на итальянском телевидении, преподает в Туринском университете. 1971 Преподает на кафедре семиотики в Университете Болоньи. 1980 Написал «Имя розы». 1992–1993 Преподает в Коллеж де Франс. 2003 Назначен в консультативный совет Новой Александрийской библиотеки в Египте (Bibliotheca Alexandrina). «Коснуться слабых мест и назвать их» – не от этого ли мы все страдаем в настоящее время? Психологическое движение во Франции пропагандирует оптимизм, «позитивный взгляд на жизнь». Что вы об этом думаете? У. Э.: Пессимистический дискурс очень распространен в Италии, и итальянцы жалуются все время. Я нахожу, что вы, французы, напротив, недостаточно критикуете ваше общество. Единственный способ побудить вас к этому – настаивать на том, что итальянцы или венгры, например, находятся в самом ужасном положении. В этом случае вы, возможно, отреагируете, желая занять первое место, потому что вы всегда хотите быть первыми во всем, даже если дело касается пальмы первенства по упадку нации (смеется). Во Франции, по сравнению с Италией, нет ничего трагического. Вы только начинаете интересоваться записями телефонных разговоров политических деятелей (намек на записи Патрика Бюиссона (Patrick Buisson). – Прим. ред.), которые распространяют в прессе, тогда как в Италии мы уже двадцать лет ежедневно публикуем материалы, полученные от такого типа подслушивания. Это то, что называют гласностью. Вы расстраиваетесь из-за того, что ваш президент проводит ночи с актрисой. Тогда как бывший председатель нашего совета переспал с пятьюдесятью актрисами. Мы в Италии уже получили прививку. Если надо было бы запомнить единственную мысль из всего, что вы написали, что это за мысль? У. Э.: Мой наставник в университете сказал мне однажды: «Мы всю жизнь продолжаем преследовать одну идею под разными личинами, и мы не делаем ничего другого». Я подумал: «Какой реакционер!» Тридцать лет спустя я понял, что он прав. Единственная проблема – я еще не нашел ту мысль, которую преследую! Мне очень нравится фраза моего друга и коллеги: «В момент смерти все станет ясно». Я жду этого момента с некоторым нетерпением, чтобы наконец понять, какой была основная идея моей жизни. 1 У. Эко «Имя розы» (Астрель, Corpus, 2011). 2 У. Эко «Маятник Фуко» (Астрель, Corpus, 2014). 3 У. Эко «Сотвори себе врага. И другие тексты по случаю» (АСТ, Corpus, 2014). http://www.psychologies.ru/people/razgovor-s-ekspertom/umberto-eko-moya-jizn-prervalas-v-50-let-i-nachalas-zanovo/
×

Important Information